Читать онлайн София Коралова - А мы пойдём своей дорогой

В предрассветной тишине, когда даже птицы ещё не проснулись и солнце ещё не показалось над горизонтом, по лесной дороге шли двое, парень и девушка. За спинами у них были старые рюкзаки, в руках современные пакеты. Они молчали, говорить не хотелось, да и всё было обговорено. За спиной уже появился край солнца, но он был ещё незаметным, так как его скрывали тучи. А может, это они просто хотели покрасоваться на фоне солнца, окрасившись ярко-малиновым цветом.

- Нам до станции ещё километров пять идти, нужно успеть на первую электричку, - проговорил парень.

- Успеем, время есть, - ответила девушка.

А начиналась эта история в одном далёком селе недалеко от Урала. В том селе жила семья знахарей. Жили они как бы на отшибе, обособлено. Нет, никто и никогда не называл никого из этой семьи ведьмой или колдуном. Знали, что с такими словами посетителей даже на порог не пустят. Глава семейства, Михаил, занимался тем, что снимал с людей практически негативное воздействие – порчу кладбищенскую или церковную, порчу на смерть или перекрытие дорог, - сила у него была большая.

Жена его, Алёна, специализировалась по травам. К ней даже с онкологией приезжали. Но она сразу предупреждала – она эту болезнь вылечить не сможет, может только затормозить на год развитие, чтобы человек нашёл врача и деньги, чтобы лечить это. Ну и то если вторая, максимум третья стадия.

Приём вели супруги всегда по записи и строго в те дни, когда не было поста или важного церковного праздника. Иногда отправляли пациента в ближайший храм на исповедь, а то и чтобы человек, если некрещёный, если может - окрестился. Отец Алексий, который был настоятелем храма, конечно, не хулил Алёну и Михаила, но в открытую не благословлял ведовство. Хотя те на храм постоянно жертвовали десятину. Ну а как же, так и предками этой семьи было завещано. Пусть и вера была не совсем православной, но христианские обычаи были на первом месте.

Знания, которыми владели Михаил и Алёна, передавались из поколения в поколение, жили они по такому же типу, как староверы, со своими обычаями, но только вера у них была своя, больше похожа на языческую. Общались они с силами природы, по каждому вопросу обращались к тому духу, который «курировал» такие вопросы. Никаких отклонений, всё, как завещали их прапрабабушки и прапрадедушки.

Михаил не просто пришёл в семью Алёны, его к ней направили его и её предки. Ну а как по-другому им было встретиться? Предки всегда таким образом пару искали, чтобы род не прервался. Он из рода со схожими традициями, магия у него была похожая, правда, пришлось немного перенять науку у рода Алёны. В его семье был ещё старший брат, тот и получил силу рода, хотя с женой было сложнее. Ну а кто из девушек согласится на такую жизнь, обособленную? Ни кино, ни в город поехать? И только очереди из посетителей?

Если и находились девушки с магическими способностями, так у них была своя магия, не такая чистая, как у них. Встретить знающую знахарку было очень сложно. Поэтому старший брат Виктор пока был без пары, а вот Мише повезло. И Алёне повезло. Любви у Алёны и Миши такой, чтобы искры летели, не было, просто уважали друг друга, понимали…А любовь – так на неё столько сил уходит, столько энергии, всё равно, как клиента с тяжёлой смертельной порчей принять.

Вместе с Алёной и Мишей в доме жили ещё два поколения ведающих – родители Алёны и её бабушка с дедушкой по отцовой линии. По материной линии тех уже не было в живых, так получилось, Их в своё время сослали куда подальше, назад им было уже не вырваться живыми.

Но когда пришло время принимать Алёне силу, родители с радостью её передали дочери и отныне принимать посетителей не могли, могли только подсказывать и советовать в сложных вопросах. Впрочем, если было нужно, на совет собирались души всех предков. Старейшины выносили свой вердикт и решение принималось.

В основном в семьях было по одному ребёнку, максимум двое, так проще было передавать знания. Не хотели распорошивать их. Хотя раньше было и по трое норма. У Алёны и Михаила же родилась сразу двойня, мальчик и девочка. Рожали, естественно, дома, потом была небольшая проблема с регистрацией. Дети родились доношенными, хорошо росли и набирали вес, что естественно.

Ждали родители ждал и весь род, включая давно почивших телом, но оставшихся душой возле своих потомков, когда дети достигнут десятилетнего возраста. В этот момент можно будет определить, какие они будут иметь способности. Тогда и понятно будет, кто получит дар целительства, а с ним и знание трав и способность исцелять, кто получит дар бороться со всякими негативными магическими воздействиями.

Дочь родилась первой, ей дали имя Агата, сыну дали имя Борис. Старорусских имён давать не стали, хотя старейшины и настаивали. Но Михаил сказал, как отрезал:

- Детям в школу нужно ходить, потом кто-то из них в медколледж пойдёт, тот, кто выберет знахарство. Их ведь засмеют. Нужно быть ближе к современной жизни. Я вот Михаил, жена – Алёна. И что? В имени ли наша сила? Наша сила в нашем единстве.

Его и Алёна поддержала и многие из старейшин. Особенно, одна из старых, Алёнина прабабушка.

- Пусть называют, как им нравится, они ведь родители своих детей. Главное, кто из них вырастет.

Дети росли, между собой почти и не ссорились. Так, по мелочам, хотя сразу видно было, что они разные по характеру.

- Ну, значит, выберут разные направления в магии. И это хорошо, пусть будут в роду и знахари, и маги, - сказала на каком-то совещании бабушка детей, мама Алёны.

В садик дети не ходили, это было невозможно по причине отсутствия садика, как такового. Если родители находили работу в районе, то детей оформляли в садик там же. До школы детей приготовили родители, Михаил, больше с ними занимался, ведь на маме, пока дети были маленькими, была кухня. Потом, в школу детей возил школьный автобус, который объезжал несколько сёл.

Дети учились хорошо, к тому же были спокойными. Правда, в первом классе один из мальчишек начал дразниться – дети колдунов. На что Агата, спокойно ответила, показывая ему пальцем на место пониже спины.

- Ты, прежде чем дразниться, штаны бы надел без дырок, попа голая выглядывает.

Дети начали над ним смеяться, действительно, все увидели круглую дырку, как выжженную чем-то. Ходил мальчик с дыркой до конца уроков, все над ним потешались. Было уже не до дразнилок. После уроков, когда дети вышли во двор, Борис позвал Агату в сторону и сказал:

- Ты почему это сделала? Нам же пока нельзя таким заниматься? И вообще, это против правил, у нас же не должно до десяти лет быть силы.

- Ты доложишь старейшинам?

- Нет, только не делай больше так, хорошо?

- Если нас будут обижать, буду делать.

- Но нельзя же.

- А где сказано, что мы должны терпеть обиду?

- Нигде, - Борис задумался.

Дома мальчик, у которого брюки прогорели, пожаловался маме, что это не он прожёг, это Агатка так специально сделала.

- Так ни с сего, ни с того? – мама знала, что сын пошёл в отца и любил подшучивать над кем-то.

- Я просто назвал её и ей брата колдунами.

- А ты ещё раз их так назови, тогда и на языке дырка выскочит. Не смей никогда обижать тех, кто может дать очень сильно сдачи. Это ещё их родители не пришли разбираться с тобой. Ох, горе моё луковое, не учись у отца, он уже не раз получал лещей за свой язык. Неужели и ты таким вырастешь?

- Нет, мама, я не буду таким, как папа, - мальчик хорошо помнил, как в прошедшие выходные сосед врезал оглоблей папе по голове. Тот даже перекувыркнулся. Папа хотел заявить в милицию, а другой сосед сказал, что никто не видел, что его ударили, что он сам упал. Сын всё это видел. Знал, что папу не любили в селе.

Боря ничего никому не сказал, старейшины ничего не почувствовали, но и Агата больше свои силы не применяла. Пока не применяла.

В классе до самого выпуска как-то и больше делали попыток обижать брата с сестрой. Первые три года дети сидели за одной партой, потом пересели, Борис сел с одноклассником, Агата с одноклассницей. Это они сами так решили. Но особой дружбы не водили ни с кем. Приятели были, приятельницы были, но чтобы закадычные друзья – этого не было.

Агата вместе с девочками на перемене увлечённо играла в классики, прыгала через резинку, она тогда была очень популярной. Причём прыгала, рассчитывая только на свою прыгучесть. Иногда проигрывала, иногда выигрывала. Так что никто не мог её упрекнуть, что выигрывает она из-за того, что у неё родители колдуны. Борис на перемене и после уроков до приезда автобуса с азартом играл с ребятами в футбол.

Конечно, и обувь снашивалась быстрее, и у Бори часто бывала одежда испачкана, если попали мячом, но это было нормальное детство. Мама ворчала иногда, но не сильно. Детям нужно было движение. Учились они хорошо, оба, замечаний от учительницы не было. Ну а остальное – это с возрастом пройдёт, и футбол, и резиночки.

Пока с детей спроса не было, ну по хозяйству помочь, это обязательно, а вот остальное…Вот будет им по десять лет, тогда соберутся все старейшины и будут Боря с Агатой выбирать то, чем будут заниматься в своей жизни – знахарством или магическими практиками. Выбирать будут при помощи специального ритуала, так как и сто, и сто пятьдесят лет назад. К детям придёт Дар и тогда и начнётся их обучение, параллельно со школьным.

Если честно, на школьное обучение родители смотрели сквозь пальцы, всё равно дети будут жить в родительском доме, принимать посетителей, как и до этого принимали посетителей их родители, бабушки и дедушки. Только того, кто выберет знахарство и целительство, решено было на семейном совете отправить в медколледж. Хотелось добавить знаний о строении человеческого тела к уже имеющимся.

Тот, кто выберет магические практики, после школы дальше учиться не будет. Зачем? Будет помогать родителям принимать посетителей. И только когда родителям будет за шестьдесят, или раньше, они окончательно передадут дар своим детям. Так было уже не одно поколение и детям просто нужно будет принять это. А учиться хорошо дети должны, чтобы не вызывали родителей в школу по поводу успеваемости.

Закончив третий класс, Борис и Агата ждали своего дня рождения. После него на следующий день и должен был проходить ритуал. Им как раз исполнялось по десять лет. И если Боря ожидал этого дня с каким-то нетерпением, Агате, казалось, было всё равно.

- Слушай, неужели тебе всё равно, кем ты будешь, Агата? – спросил её брат накануне дня рождения.

- Почему это всё равно? Совсем и не всё равно. Просто…- и она замолчала, не знала, что ответить брату.

- Что просто?

- Просто я …ну будет видно, выкрутилась она. И сколько брат не пытался узнать, что же – просто, она отмалчивалась.

И вот наконец пришёл день рождения, собрались гости…вся родня, и живые, и мёртвые. Правда, они не ощущались мёртвыми, по-прежнему помогали потомкам, подсказывали решение, если у Алёны или у Михаила был сложный случай. В общем, было всё по канонам. Мама два дня не принимала посетителей, готовилась. Первый юбилей у детей – десять лет. Но это одно, завтра у детей важное испытание, что-то они выберут.

И вот наконец наступил самый ответственный момент. На второй день после их дня рождения детей завели в комнату для ритуалов. На накрытой белой скатертью столе лежали две перевёрнутые миски, покрытые вышитыми полотенцами. Дети должны были по очереди выбирать ту или другую миску. Под миской лежали предметы, знаменующие собой то или другое направление. Свеча – магические практики, ступка для растирания трав – знахарские практики. Так выбирали себе направление родители, бабушка с дедушкой, прабабушки и прадедушки.