Анатом - страница 3

В этот момент луна, все время прятавшаяся за грязными тучами, появилась, заливая парк своим мистически жутким светом. Таня бросила взгляд на стоящего напротив нее мужчину и в ужасе вскрикнула. Вместо прекрасного и любимого лица своего кавалера, она увидела незнакомые, жуткие черты. Она не могла разобрать, кто стоит перед ней, но знала, что этот человек ей не друг.

Тень сделала быстрый выпад вперед, протянув к девушке свои длинные руки, и попыталась схватить ее в плотное кольцо. Неожиданно в Тане проснулся инстинкт самосохранения, чувство, которое удерживает в жизни. Таня резко развернулась и бросилась из беседки.

За спиной она чувствовала зловещее приближение смерти, заключенное в тяжелом дыхании своего убийцы.

На последнем шаге девушка оступилась и упала. Оказавшись в беспомощном положении, она собиралась закричать, но огромная ладонь грубо закрыла ей рот, и в тот же миг Таня ощутила резкую боль в области виска. Она тихо вскрикнула и, сделав последний вдох, навсегда сомкнула свои веки.

После внезапного поцелуя Кати, Иштван несколько минут пытался собраться с мыслями. Девушка уже убежала, когда он направился в сторону дома. Проходя по аллее, он явно ощутил, что в темноте кто-то прячется. Долгие годы службы выработали в нем инстинкт и непревзойденное чувство, предостерегающее от любой опасности. Но, видимо, внезапно нахлынувшие чувства немного притупили его сноровку, и, всматриваясь в темноту, Иштван не смог понять, откуда исходит угроза. Постояв несколько секунд, он махнул рукой на странное чувство и решил вернуться в дом.

У парадного входа он задержался, решив выкурить сигару. Ему необходимо привести в порядок свои чувства, он не мог явиться перед обществом в таком растерянном виде. Он уже докуривал, когда со стороны парка раздался тихий вскрик. Гонимый недавним чувством тревоги, Иштван бросился на этот звук.

Вдалеке, у пруда он увидел темную фигуру, тащившую на плече какую-то ношу. Иштван окрикнул незнакомца, тот обернулся, лишь на миг замер в удивлении и, спешно бросив на снег свою ношу, опрометью побежал к ограде. Иштван бросился ему наперерез.

Ноги его проваливались в сугробы и застревали в снегу, что значительно замедляло любое движение, но радовало одно – у незнакомца были те же проблемы. Однако когда Иштван был уже совсем близко и в любой момент мог схватить преследуемого, сделав резкий бросок вперед, он провалился слишком глубоко. Нога его застряла, и пока сыщик пытался освободиться, неизвестный перемахнул через ограду, быстро вскочил на поджидавшего его рысака и галопом помчался прочь. Иштван успел только достать револьвер, прицелиться, но выстрелить не успел. Неизвестный был уже далеко.

– Дьявол! – воскликнул Иштван, выбираясь из сугроба.

Где охрана! Где вооруженные солдаты, охраняющие дом, почему никого нет? Иштван ругал себя за промедление.

Раздосадованный тем, что упустил преступника, Иштван направился к месту, где неизвестный сбросил свою ношу. Он видел, в снегу осталось лежать что-то, что с такой легкостью тащил на себе незнакомец. Иштвана подгоняло странное чувство, что ноша может быть слишком ценной, раз преступник позволил себе потратить время на размышление: бросать ее или не бросать.

Иштван подошел к месту, где примерно, по его мнению, остался лежать странный груз. Он ожидал увидеть что угодно, но только не то, что открылось его взгляду, едва он приблизился к темнеющему на белом снегу черному предмету. Это была девушка. Иштван без труда узнал в ней княжну Мухину и ужаснулся своей находке. Ее глаза были закрыты, а из раны на виске тонкой струйкой текла кровь.