Беспредел 2 - страница 2
Пока Нариса рассказывала мне о своем мире и о том как она попала к Садвару, а в последствии как от него сбежала, мы насобирали достаточно хвороста и вернулись обратно к месту нашей стоянки. Девочки уже управились с лошадьми и установив нашу походную палатку начали набивать тот самый наш котелок грибами и прочими ингредиентами для готовки ужина.
Я сложил весь хворост у будущего кострища. Вышла достаточно большая охапка и дров должно было хватить нам до самого утра. Сайрина сразу разожгла огонь при помощи кристалла, и пламя быстро разгорелось, отбрасывая тёплый свет на наши лица.
Пока мы устраивались у костра, а Ляна поставила котелок в огонь, чтобы варить похлебку, я заметил, как Нариса всё ещё нервно оглядывается по сторонам. Было видно, что ей не по себе. Я подошёл к ней и положил руку ей на плечо.
— Не волнуйся, — сказал я тихо и улыбнулся. — Мы вместе, и никакие тени не смогут нам навредить.
Она улыбнулась мне в ответ, и в её глазах на мгновение заиграл свет. Я накинул Нарисе на плечи свой плащи и усадил ее около костра, поближе к теплу и свету. Девушка облегченно выдохнула. Видимо она все еще не достаточно восстановилась и сомневалась в своих силах.
А вообще, Нариса была очень красивой женщиной. Высокой, стройной, гибкой, статной, и даже ее выпирающие сквозь белоснежную кожу тренированные мышцы ей были к лицу. Она рассказывала нам о том, что когда-то была мечницей, и причем первоклассной, и неоднократно предлагала нам принять ее услуги по обучению.
Я пока над этим раздумывал. Дело в том, что как только Нарисе стало лучше, я немедленно начал сборы в эту поездку. В провинции нам больше нечего было делать, да и девочкам очень хотелось посмотреть на море. Особенно Ляне, которая мне все уши прожужжала о том, как там здорово и вообще.
Денег у нас сейчас было завались, и почему собственно нет?! А насчет обучения владению мечом я был только «за», но для этого нужно было время, которое у нас скорее всего будет позже. Сначала надо как-то туда добраться и устроиться в самой столице. Нужно было жилье и еще нужны были связи. Там я собирался задержаться на долгое время, чтобы заработать побольше денег и обзавестись имуществом. И возможно даже купить землю. Меня интересовал бизнес и возможность наладить либо какое-нибудь производство, либо торговлю. И лучше, пусть это будет крупный опт. Не всю же жизнь, нам бегать по подземельям!
Согревшись сам у костра, я подсел поближе к Нарисе. Меня интересовали более практичные вещи, нежели всякие преисполненные и их политические заморочки:
— Значит, ты была королева Нариса де Диен, да еще и с клинком в руках? — подмигнул я ей, подбрасывая в огонь очередную ветку. — Неудивительно, что ты так уверенно держалась там в пещере, когда вокруг тебя бродили твари.
Нариса усмехнулась, и в этом жесте промелькнула тень былой гордости, которую не смогли стереть ни годы без памяти, ни странные метаморфозы ее сознания, навязанные Садваром.
Она вытянула свои длинные шикарные ноги к огню, и я невольно залюбовался тем, как играют блики пламени на её коже. Девушка, отогревшись у костра и немного расслабившись, томно потянулась. В её движениях, даже в том, как она просто сидела, чувствовалась грация хищника. Великолепное зрелище!
— Меч — это продолжение воли, — тихо произнесла она, глядя на танцующие языки пламени. — В моем мире искусство владения клинком ценилось даже выше, чем магия. Мана могла иссякнуть, а усталость — притупить чувства, но отточенные годами движения оставались с тобой до последнего вздоха.
Похожие книги
Я расскажу вам о мире, где государства давно канули в лету. Где корпорации вырвали с кровью право на захваченные планеты и монополизировали абсолютную власть в принадлежащих им мирам. О мире, где нет конституции. Где существует только корпоративный кодекс, который все по старинке называют закон. Теперь тюрьмой в корпорации является целая планета, куда ссылают заключенных, чтобы готовить наемников, невольных убийц на службе корпорации. Чистильщиков… Не справившись с работой по зачистке колонии, беглые преступники ищут помощи у старого друга в надежде обрести свободу. Однако тот их использует в собственных целях, и их судьбы по воле случая переплетаются с человеком, который будет хладнокровно и безжалостно мстить.
После тысячи лет абсолютного спокойствия в мировых стихиях, где проживали люди, стали появляться проходы в территории, которые были реальными отголосками ужасных последствий катастроф. Кто и почему туда попадал, и главное – зачем – выяснить это становится важной задачей всех жителей, всех миров, на небе, в морях, океанах и на земле. Является ли это предвестником ужасных событий в будущем или же это просто кладбища последствий катастроф и войн. И сколько людей могут попасть на эти кладбища, и может ли быть такое, что попав туда однажды, они могут не найти путь обратно. Спокойствие было нарушено – это единственное, что пока было известно… Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.
Седьмая книга Пушкинианы Арнольда Гессена представляет собой систематизированный сборник статей автора, опубликованных в различных газетах и журналах в период с 1958 по 1974 годы. В первую часть книги включены автобиографические очерки, кратко освещающие нелегкую жизнь и долголетнюю деятельность замечательного писателя-пушкиниста и патриота России. Вторая часть книги – это сборник этюдов о жизни и творчестве А. С. Пушкина, по своему содержанию близкий к таким ранее изданным книгам, как «Набережная Мойки, 12. Последняя квартира А. С. Пушкина» (М. , «Детская литература», 1960) и «Рифма, звучная подруга…» (М.
Первая половина 80-х. Школьные годы. Эти три года молодости оставили неизгладимый след на всей моей дальнейшей судьбе. Они перевернули мой взгляд на окружающий мир, лишив меня детской прямоты и наивности. Растоптали мои подростковые идеалы и безвозвратно разрушили веру в людей, которым я доверял. Теперь оглядываясь на прошлое через увеличительное стекло прожитых лет, я удивляюсь, как, пройдя этот путь, сумел сохранить человеческий облик, а не сорвался в бездну, подобно многим моим друзьям и товарищам того времени. Но этот период принес в мою жизнь не только боль и обиду. Я научился быть преданным и сполна испытал страсть и любовь.