Читать онлайн Борис Беленцов - Друг повесть

УДК 821.161.1

ББК 84(2РОС-РУС) 6

Б 431

ISBN 978-5-6048719-8-0

Глава 1

ЩЕНОК

«Лучше русского чёрного терьера могут быть только два русских чёрных терьера»

(Личные наблюдения автора)

Жизнь, сделав очередной виток, больно стеганула кнутом Димку Сергеева. Она, конечно, била его и раньше, но не так. В этот раз житуха ударила с оттяжкой, до кровавых рубцов, и не единожды. Мало того, что исчезла казавшаяся незыблемой и вечной большая страна, в которой он прожил сорок лет, но беды и несчастья обрушились на него и в семье. В середине января умерла тёща, а следом за ней тяжело заболела жена. Но если разруха и бардак, возникшие после крушения государства, коснулись всех, то личные беды и неприятности легли тяжкой ношей на плечи Дмитрия.

Зима в том году была лютой. В середине января, когда умерла мать жены, морозы давили почти до сорока, и её похороны превратились в мучение. Чтобы отогреть на несколько метров промёрзшую землю, четверо мужиков жгли автомобильные шины и по сантиметру углублялись в оттаявший грунт. Копали могилу двое суток. Когда гроб стали опускать в яму, то выяснилось, что он в неё не входит, и те же мужики, уже изрядно пьяные, ещё час долбили мёрзлую землю. А родственники и знакомые, пришедшие проводить в последний путь покойную, проклиная всё на свете, буквально замерзали на пронизывающем до костей ветру. Жена Лена, видимо считая, что в этом виноват только муж, весь этот час с укоризной смотрела на него. И от её взгляда Сергееву было не по себе.

Но это было ещё не самое страшное – самое страшное ждало его впереди. Смерть матери подкосила здоровье жены, и она сразу после похорон впала в жесточайшую депрессию, а спустя какое-то время её душевное состояние резко качнулось в обратную сторону – начал развиваться острый психоз. Лена стала подозрительной и была убеждена, что её мать кто-то отравил или облучил радиацией, и очень боялась, что с ней может произойти то же самое. Когда дома никого не было, она с маниакальным упорством искала в квартире возможные тайники и выносила на помойку как ей казалось отравленные и заражённые радиацией вещи и мебель. Уходя утром на работу, Димка каждый раз с тревогой думал: «Какой сюрприз ждёт его сегодня?» Любивший жену до беспамятства он много раз пытался переубедить её, что мать никто не травил, и она умерла от болезни, но Лена молчала, смотрела на мужа пустыми глазами, а когда он уходил, продолжала искать в квартире источники отравления. Понимая, что помочь ей он не может, Сергеев, с болью в сердце наблюдая, как любимый человек у него на глазах сходит с ума, думал: «Господи, верни ей разум, а мне дай сил пережить всё это…» Но Бог, видимо, был занят и не слышал его, и однажды, когда состояние жены обострилось до предела и терпеть больше не было мочи, Дмитрий вызвал «Скорую помощь». Приехавшие врач и два санитара увезли Лену в больницу.

В квартире сразу стало тихо, пусто и неуютно. Сергеев остался один на один со своими горькими мыслями и переживаниями. Сына Вовку, учившегося в десятом классе и готовившегося к выпускным экзаменам, он старался оберегать от свалившегося на их семью несчастья, а с рыжим котом по имени Гаврила говорить по этому поводу было бессмысленно. Кот, по причине того, что был кастрирован, к хозяину относился недружелюбно, а иногда даже злобно. Да и неизвестно, считал ли он его хозяином…

В изрядно скукожившейся после развала стране жизнь становилась всё более и более тоскливой. Цены росли, как на дрожжах, если утром, идя на работу, Димка забывал купить сигареты, то вечером они были в два раза дороже. Стали пропадать дети. Так, у работавшего вместе с ним коллеги исчез по дороге из дома в школу двенадцатилетний племянник. Народ срочно начал устанавливать железные двери, решётки на окна, вооружаться и заводить собак. Всё это не добавляло Дмитрию оптимизма.

Приходя вечером с работы в опустевшую квартиру, он погружался в невесёлые мысли: «Что делать? Как дальше жить?» Проще всего было бы, выпив стопку, другую водки, забыться, снять стресс, но ответственность за сына удерживала от этого. «Что будет с ним в такое тяжёлое время? Если со мной что-то случится, он пропадёт. Я должен обязательно поставить Вовку на ноги», – думал Сергеев и, стиснув зубы, из раза в раз говорил себе: «Терпи, ты же мужик или кто? Терпи...» И он терпел, но напряжение нарастало, организм требовал какой-то отдушины, и однажды ему пришла в голову мысль: «Нужно завести собаку – маленького щеночка. Щенок, он как ребёнок – требует ухода и внимания, с ним всегда можно забыться. Да и лучше собаки в такое тяжёлое время охранника не найти». Придя к такому решению, Дмитрий начал искать в газетах объявления о продаже собак.

Щенков продавалось много, они были разных пород: служебные, охотничьи, комнатные, бойцовские, и Димка растерялся. Ему очень хотелось в лице собаки приобрести настоящего верного друга, готового за тебя пойти в огонь и воду. Но как не ошибиться в выборе? Немного подумав, он пошёл на книжный рынок и купил иллюстрированный цветными фотографиями «Атлас пород собак». Пересмотрев фотографии и прочитав описания всех служебных и сторожевых псов, Сергеев остановился на чёрном русском терьере. Эта собака сразу же привлекла его внимание своим необычным видом. Похожий на тумбочку, стоящую на четырёх ногах, довольно крупный, бородатый с чёрной, как смоль, шерстью, пёс почему-то с первого взгляда понравился ему. Когда же он прочитал, что данная порода была выведена в питомнике НКВД по личному приказу Лаврентия Берии для охраны особо важных объектов, то, подумав, что по приказу Берии не могли вывести плохую собаку, влюбился в неё окончательно. Кроме того, в книге писали, что чёрный терьер хорошо поддаётся дрессировке, бесстрашен и недоверчив к чужим, а также, в отличие от своих собратьев, не линяет.

В городской двухкомнатной квартире сложно найти такой уголок, где бы было уютно собаке. Ещё до покупки щенка Дмитрий изломал все мозги, чтобы как-то разрешить эту, казалось бы, неразрешимую проблему. Ему очень хотелось, чтобы пёс как член семьи не был ни в чём ущемлён. Обследовав все углы и закутки собственного жилища, он пришёл к выводу, что лучшим местом для нового жильца будет ниша в прихожей под встроенным стенным шкафом. Обрезав до половины дверцы шкафа и убрав две нижние полки, он, постелив на пол тюфячок, полюбовавшись на свою работу, подумал: «Ему должно понравиться…» На следующий день Дима, созвонившись с заводчиком, поехал на другой конец города покупать щенка.

Заводчик, улыбчивый круглолицый мужичок, жил в пригородном посёлке, за высоким забором частного дома. Поздоровавшись, он спросил: «Что без собаки никак? Жизнь припёрла? Кого будете брать – кобеля или суку?» И хотя Сергеев давно решил для себя, что будет покупать кобеля, он, неопределённо пожав плечами, ответил: «Посмотрим… А у них какой возраст?» «Два дня назад как месяц исполнился», – ответил хозяин и, открыв двери, завёл гостя на веранду.

Пристроенная к дому веранда была большой и тёплой. У противоположной от входа стены находился сколоченный из досок щенячий вольер размером приблизительно два на два метра. Его пол был застелен матрацами; по ним вперевалочку бродили, тыкаясь друг в дружку блестящими влажными носиками, четыре щенка. Те, что были позадиристее, игриво хватали за кончики ушей своих братьев и сестёр. Мордочки щенков украшали бородки, а свисающие со лбов чёлки ещё не закрывали похожие на коричневые бусинки любопытные глазки. Их чёрная, как смоль, шерсть была блестящей и немного волнистой. Увидев малышей, Димка, забыв все свалившиеся на него неприятности, непроизвольно растянул губы в улыбке. «Ну, выбирайте, кто по душе», – тоже улыбнувшись, сказал хозяин дома. Как выбрать себе друга Дмитрий решил, ещё когда ехал в машине. Ладонью вверх положив руку на край вольера, он стал ждать, кто из малышей первым лизнёт её. Увидев руку и почувствовав чужой запах, щенки вначале бестолково сбились в дальний угол, но через какое-то время любопытство пересилило страх, и, все четверо несмело направились к протянутой руке. Тот, улыбнувшись, пошевелил пальцами. Два малыша остановились, а два других, более смелых, несмотря на это, неуверенно переваливаясь на ещё неокрепших лапах и приветливо помахивая из стороны в сторону купированными хвостиками, пошли дальше. Уже на полпути один из них, не удержавшись на ногах, завалился на бок, а другой, продолжив непростой путь, доверчиво уткнулся влажным носом в ладонь мужчины и лизнул её. Тот, засмеявшись, подхватил на руки тёплый мохнатый комочек и, приблизив к лицу, воскликнул: «Этого беру!» Малыш, будто бы поняв, что сказал человек, признательно лизнул его в щёку. От прикосновения розового шершавого язычка у Димки повлажнели глаза, и что-то дрогнуло и потеплело в душе. «Это самый шустрый кобелёк в помёте», – улыбнувшись, сказал заводчик.

Через пятнадцать минут, получив документы на малыша и рассчитавшись с хозяином, Сергеев постелил в багажнике старенькой «Нивы» взятое из дома стёганое ватное одеяло и, посадив на него щенка, поехал домой. Всю дорогу до дома малыш, оторванный от своих братьев и сестёр, жалобно скулил, и у Дмитрия от этого разрывалось сердце. Стараясь успокоить его, он непрерывно ласковым голосом повторял: «Потерпи, малыш, потерпи… Скоро приедем домой. Там тебе будет хорошо». Поднимаясь на девятый этаж в лифте, сидевший на руках щенок, пугаясь шума и лязга, издаваемого лифтом, дрожал и доверчиво прижимался к груди хозяина.

В квартире было тихо и прохладно. Когда Димка осторожно положил малыша на приготовленное ему место, тот, видимо долго терпевший, сразу поднялся и, расставив свои неокрепшие ножки, тоненькой струйкой намочил матрац. Хозяин, расстроившийся от такого поведения своего питомца, хотел поругать того за содеянное, но потом, подумав, пришёл к выводу, что виноват в случившемся сам, потому как не догадался на улице опустить малыша на землю. Кот Гаврила, всё это время, с присущим ему любопытством и удивлением наблюдавший за новым жильцом, увидев, какое безобразие сотворил тот, брезгливо отряхнул со своих лап будто бы попавшие на них брызги и, презрительно фыркнув, мол, нет сил смотреть на такое, – удалился на кухню. Щенок же, не обращая ни на кого внимания, немного оправившись от свалившихся на него впечатлений, неуклюже переставляя по линолеуму мохнатые лапы, хотел пойти знакомиться со своим новым жилищем, но на скользком полу лапы разъезжались, и он вынужден был вернуться на место.

Пришедший в конце дня из школы Вовка, для которого появление в доме собаки было сюрпризом, очень обрадовался новому жильцу. Остаток дня довольные отец и сын провели в обустройстве жизни и играх с забавным малышом. И только кот, наблюдая за царившим в доме радостным оживлением, лёжа на любимом кресле, с обидой думал, что теперь ему придётся делить свою жилплощадь не только с людьми, но и с этим странным уродцем. От этих горьких мыслей он тяжело вздыхал и строил планы, как выжить нового жильца из квартиры.

«Не вечно же его звать щенком? Пора дать имя. Заводчик говорил, что оно должно быть кратким и понятным собаке и начинаться на букву “ч”, – уже укладываясь спать, подумал Дмитрий. – Чак, Чик, Чих, Чук, – перебирал он в уме. – Нет, не подходит», – вздохнув, он перевернулся на другой бок. И уже перед тем, как заснуть, в его сознании промелькнула мысль: «Нужно назвать его Чейз! Как же я сразу не подумал об этом! Чейз – замечательное имя, а вдобавок ко всему очень хлёсткое!» С этого дня чёрный русский терьер, поселившийся на девятом этаже в городской квартире типового панельного дома, стал носить имя одного из любимых Димкиных писателей – Джеймса Хэдли Чейза, известного американского автора детективных романов. Уснул Сергеев с улыбкой на губах, чего не случалось с ним с тех пор, как заболела жена. Так начался новый жизненный этап в его семье, до отказа наполненный заботами и воспитанием беззаветно преданного крохотного живого существа.