Ее алые паруса - страница 3

Стараюсь не вспоминать, что произошло в тот злополучный вечер. Для меня это оказалось настоящим шоком. Ира, моя одноклассница, удалилась в соседнюю комнату с одним из парней, «чтобы никто не мешал целоваться». Именно так она выразилась. Оставшиеся двое ребят зажали меня с двух сторон, вначале я смеялась, принимая это за шутку. Но парни распалились, их прикосновения были весьма недвусмысленны. Один обхватил меня за плечи и пытался целовать в губы, другой уже забрался под платье и тискал мои бедра. Парни в исступлении бормотали какие-то гадости, смысл которых я до конца не понимала. Их покрасневшие возбужденные лица, затуманенные прикрытые глаза, мокрые губы потом еще долго стояли у меня перед глазами. Помню этот дикий приступ ярости, который охватил меня. Я была крупнее, сильнее и легко вырвалась из их цепких рук.

- Кать, ты чего?! – хором спросили они, сидя на полу и испуганно на меня глядя.

Я возвышалась над ними и тряслась от ненависти. Никак не могла справиться с собой. И парни отлично видели в какое я впала исступление. Они сидели неподвижно, сжавшись от страха.

- Вы почему так,… вы за кого меня принимаете,… вы… как вы посмели?! – бормотала я, сжимая кулаки так сильно, что ногти впивались в кожу.

- Да мы что,… мы ничего…, - начал оправдываться один охрипшим голосом.

- Так, просто хотели… поразвлечься, - сорвавшимся фальцетом добавил второй. – Ты ведь уже вон какая вымахала…. И все у тебя на месте…

И он добавил весьма двусмысленную фразу про мои анатомические особенности оформившейся девушки. И это явилось последней каплей. У меня буквально «сорвало крышу» от дикого гнева. С каким же наслаждением я их избивала! Я с силой пинала их ногами, била кулаками, таскала за волосы, царапала лица. Странно, что они не сопротивлялись, а лишь закрывали головы трясущимися руками и пытались уползти. Но я впала в такую ярость, что перестала себя контролировать. Я бы их точно убила, если бы не вмешались Ира и ее друг. На шум они примчались в гостиную и оттащили меня. «Жертвы» воспользовались моментом и сбежали. Ира смотрела на меня испуганно, словно видела впервые. Но на ее вопросы я отвечать не стала.

Затем по двору поползли слухи о моей якобы неадекватности. Я понимала, что это постарались «жертвы» в отместку мне. Они оба ходили с царапинами на лице и лиловыми синяками, и если я случайно встречала кого-то из них, старались убраться с моего пути. После окончания новогодних каникул я заметила, как изменилось ко мне отношение одноклассников. Парни обходили меня стороной. Но после этого происшествия я и сама старалась с ними не общаться. Невыносимое отвращение к мужскому полу овладело мной. Я все никак не могла забыть, как эти двое лезли ко мне, их липкие руки, слюни и полуприкрытые мутные глаза. Если любовь имела такое физическое воплощение, то я не хотел ее испытывать. Именно так я тогда и думала. Странно, что Ира приняла сторону «жертв». Она тоже стала обходить меня стороной, постоянно шушукалась за моей спиной с одноклассницами, те смотрели на меня с опаской. Конечно, я могла бы объяснить ситуацию хотя бы девушкам. Но мне было так обидно из-за несправедливости всего происходящего, так противно обсуждать эту тему и что-то кому-то доказывать, что я молчала с гордым видом. И постепенно вокруг меня образовался некий вакуум. Со мной даже никто не хотел сидеть за одной партой. Однако я по-прежнему не шла ни на какое сближение с одноклассниками, не пыталась уладить конфликт. Я ненавидела и презирала их всех, скопом. И у меня не осталось друзей.