Его Отец - страница 2
— Пап, это всё так старомодно, — ворчал Дмитрий, поправляя галстук. — Я мог бы сам найти себе девушку.
— Дело не в девушке, а в деньгах, — холодно ответил Андрей. — Ты женишься на дочери Сергея Петровича, и наши активы объединятся. Это бизнес. Личные чувства здесь ни при чём.
— А если она страшная?
— Переживёшь, — отрезал Андрей. — Заводи детей и делай что хочешь на стороне. Мне плевать.
Дмитрий вздохнул, но спорить не стал. С отцом было бесполезно.
Встречу назначили в загородном ресторане, нейтральной территории. Сергей Петрович должен был привезти дочь. Андрей приехал заранее, чтобы обсудить последние детали контракта. Дмитрий маялся в холле, листая ленту в телефоне.
Когда в ресторан вошёл Сергей Петрович в сопровождении молодой девушки, Андрей даже не поднял глаз от документов.
— Андрей Игоревич, позвольте представить — моя дочь, Ева.
Андрей поднял голову.
И замер.
На него смотрела ОНА. Девушка из клуба. Светлое платье, длинные тёмные волосы, только сейчас в глазах не слёзы, а ледяная ненависть. Она смотрела на него, и он видел, как расширяются её зрачки, как бледнеет её лицо, как она узнаёт его.
В ту же секунду Ева узнала этого мужчину. Высокий, властный, с хищным прищуром. Тот самый, чьи руки были на ней в туалете клуба. Тот самый, кого она прогнала.
Воздух в комнате исчез.
— Знакомьтесь, дети, — жизнерадостно начал Сергей Петрович, не замечая напряжения. — Ева, это Дмитрий, сын Андрея Игоревича. А это, Дмитрий, твоя будущая невеста.
Дмитрий, молодой красивый парень, шагнул вперёд с приветливой улыбкой, но Ева его даже не видела. Она смотрела только на Андрея. А он — на неё.
И в этом взгляде читалось одно: «Этого не может быть».
Но это было. И это только начиналось.
Глава 3
Глава 3. Чужая невеста
В ресторане повисла тягучая тишина. Ева смотрела на Андрея, Андрей — на неё. Между ними было метров пять, но каждый чувствовал кожей тот жар, ту смесь стыда, ярости и чего-то запретного, что вспыхнуло в клубной уборной месяц назад.
— Ева, это Дмитрий, — повторил Сергей Петрович, начиная раздражаться от её отсутствующего взгляда. — Поздоровайся.
Ева перевела взгляд на Дмитрия. Молодой, красивый, с открытой улыбкой и лёгким румянцем на щеках. Её ровесник. Ей бы такой понравился в другой жизни. Но сейчас перед глазами стоял только его отец.
— Приятно познакомиться, — Дмитрий протянул руку, и Ева машинально пожала её, чувствуя, как дрожат пальцы.
Андрей резко поднялся, едва не опрокинув стул.
— Мне нужно выйти, — бросил он, не глядя на сына.
— Андрей Игоревич, мы ещё не обсудили детали, — нахмурился Сергей Петрович.
— Вернусь через пять минут.
Он вышел, даже не взглянув на Еву. Но она чувствовала его спиной, каждым нервом. И когда дверь за ним закрылась, ей показалось, что в комнате стало легче дышать, но одновременно пусто.
Дмитрий, ничего не подозревая, галантно усадил Еву за стол, пододвинул меню.
— Ты не представляешь, как я рад, что ты нормальная, — засмеялся он. — Я уж думал, мне подсунут какую-нибудь зазнавшуюся куклу. А ты красивая. И в глаза смотришь по-человечески.
Ева через силу улыбнулась. Краем уха слушала, как отцы обсуждают дату помолвки, размер приданого, условия контракта. Её жизнь раскладывали по полочкам, как товар. И никто не спросил, хочет ли она этого.
Андрей вернулся через десять минут. Сел напротив, но за весь вечер больше не проронил ни слова. Только смотрел. Смотрел так, что у Евы мурашки бежали по коже. Она старалась не встречаться с ним взглядом, но физически чувствовала его присутствие, как магнит.
Похожие книги
Влечение, желание, инстинкты – всё это люди в стране Алденоин, называют любовью. Не имея чёткого понимания, чем страсть отличается от любви, девушка проводит ночи с одним мужчиной, а дни – с другим. Однажды в её жизни появляется тот, кто способен заменить их обоих. Он крепок телом, горяч кровью и умеет обжигать даже простым прикосновением. Но у мужчины есть тайна, заключающаяся в том, что изначально он рождён великим существом, скрывающимся под личиной обычного человека. Смогут ли ОН и ОНА обрести счастье и преодолеть различие физиологии их тел. Или девушке лучше остаться с двумя предыдущими партнёрами.
«Только человек, готовый к смерти, ценит каждое мгновение жизни, потому что оно может оказаться последним» – этому кодексу японские САМУРАИ следовали тысячу лет. Прославленные воины с двумя клинками за поясом, в наборных доспехах и рогатых шлемах, с огромными, в человеческий рост, луками и «поющими» стрелами. Непревзойденные кэнсай (мастера меча), презиравшие огнестрельное оружие. Утонченные эстеты, знавшие толк не только в боевых искусствах, но и в чайной церемонии, искусстве любви, каллиграфии и поэзии, писавшие прощальные стихи перед ритуальным самоубийством-сэппуку. Люди чести, верные Бусидо до последнего вздоха.