Гараж 47 - страница 2
У сторожки стоял Коршунов.
— Я думал, ты позже.
— Просто заехал.
— Племянник Семёныча ключи забрал.
Сергей посмотрел на него.
— От сорок третьего?
— А у него другие были?
— Не знаю, — сказал Сергей.
Коршунов открыл сторожку.
— Чай будешь?
— Нет.
— Правильно. У меня плохой.
На стене сторожки, под стеклом, висел старый план кооператива. Сергей видел его сотни раз, но никогда особенно не рассматривал. На нём были три ряда гаражей с номерами, проезды и подъездная дорога. Он машинально нашёл свой — пятьдесят третий. Потом гараж Воронцова — сорок три. Взгляд пошёл дальше. Сорок четвёртый, сорок пятый, сорок шестой — и сразу сорок восьмой.
Сергей приблизился.
— Ильич, а сорок седьмой где?
Коршунов заглянул через плечо.
— Нет его.
— Номера перепутали?
— Откуда я знаю? План старый, при мне так было.
Сергей провёл пальцем по стеклу. После 46 сразу стоял 48.
— Давно так?
— Всегда.
— Я что-то не замечал.
— А тебе зачем?
Сергей убрал руку.
— Просто спросил.
Коршунов хмыкнул.
— Ты ещё спроси, почему у нас сто двадцать третий два раза.
— Два раза?
— Один в третьем ряду, другой возле мойки. В девяностые кто как хотел, так и строил. Потом оформляли задним числом.
— А сорок седьмой был?
Коршунов посмотрел на него внимательнее.
— Сергей, ты чего?
— Ничего.
— С похорон и сразу номера считать начал?
— Семёныч перед смертью что-то про сорок седьмой говорил.
Коршунов перестал улыбаться.
— Что говорил?
Сергей понял, что сказал лишнее.
— Да ерунду. Путал уже.
Коршунов ещё секунду смотрел на него.
— Вроде не путал он.
— Значит, я не так понял.
Сергей вышел. Около гаража Воронцова стояла незнакомая чёрная «Шкода». Двое мужчин разговаривали с племянником Николая Семёновича. Один был высокий, лет сорока пяти. Второй ниже и старше. Обычные куртки и джинсы; с виду — покупатели гаража, приехавшие осмотреть имущество наследника. Сергей прошёл мимо. Высокий повернулся.
— Извините.
Сергей остановился.
— Да?
— Вы здесь давно гараж держите?
— Давно.
— Мы один ищем.
Сергей ничего не ответил. Мужчина улыбнулся.
— Сорок седьмой.
Сергей невольно прижал ладонь к карману. Ключ остался дома, в верхнем ящике шкафа, но сейчас хотелось проверить, на месте ли он.
— Нет такого, — сказал Сергей.
Высокий посмотрел на второго.
— Точно?
— План у председателя.
— План мы видели.
— Тогда зачем спрашиваете?
— Нам сказали, что был.
— Кто?
Мужчина слегка пожал плечами.
— Старые люди.
— Какие?
— Разные.
Сергей перевёл взгляд на племянника Воронцова. Тот стоял молча. Ему было лет тридцать пять. Сергей видел его сегодня впервые.
— Николай Семёнович вам что-то говорил? — спросил высокий.
— О чём?
— О гараже.
— Нет.
Мужчина снова улыбнулся, разглядывая Сергея внимательнее прежнего.
— Жаль.
— А вам он зачем?
— Хотели гараж посмотреть.
— Которого нет?
— Нам сказали, что был.
Он протянул руку.
— Алексей.
Сергей руку не пожал. Не демонстративно. Просто не увидел смысла.
— Сергей.
— Вы Воронцова хорошо знали?
— Как все.
— Он в последнее время ничего необычного не говорил?
— Человеку было шестьдесят девять. Все мы иногда говорим необычное.
Второй мужчина усмехнулся. Высокий кивнул.
— Ладно. Извините.
Они ушли к машине. Сергей смотрел, как «Шкода» выезжает из кооператива. Он запомнил номер и повторил его про себя. Регион был чужой. Пока машина не скрылась за воротами, Сергей внёс цифры в телефон. Племянник Воронцова подошёл.
— Вы Сергей Андреевич?
— Да.
— Дядя вас упоминал.
— Когда?
— Иногда.
— Что говорил?
Похожие книги
На космическом терминале вскрывают промышленный контейнер, который потребляет подозрительно много энергии. Бывший инспектор Павел Корин ожидает увидеть нелегальное оборудование. Вместо этого он находит квартиру, кухню и девочку, уверяющую, что всю жизнь живёт здесь. В накладной значится биотехнологическая установка. Пассажиров нет. Документы, как ни странно, настоящие. А люди внутри контейнера вовсе не выглядят пленниками. Они уверены, что Павел просто перепутал правила. Пытаясь разобраться, Корин находит следы других необычных грузов. Маршруты ведут через десятки кораблей и терминалов, где за одним неверным решением могут скрываться судьбы целых семей.
Между сорок шестым и сорок восьмым — кирпичная стена. Сергей Климов видел её сотни раз. Пока сосед не оставил ему ключ. «Если придут за сорок седьмым — не открывай». Через несколько дней соседа хоронят. За гаражом приходят. Сергею пятьдесят четыре. Он всю жизнь ремонтирует машины и знает: следы можно закрасить, но хороший механик всё равно их заметит. За стеной стоит старая «Волга». Внутри — чужие вещи и фотография, на которой кто-то тщательно выцарапал одно лицо. Сергей хочет понять, что ему оставили. Но чем больше он спрашивает, тем настойчивее знакомые советуют бросить. А незнакомые предлагают деньги. Слишком большие за машину, которая тридцать два года не выезжала из гаража.
На заводе две вечные проблемы: всё ломается и все звонят Петровичу. В пятьдесят два года он умеет по звуку определить неисправность, по голосу — найти виноватого, а по лицу начальника — понять, кто останется без выходных. Только одного не умеет: доживать этот четверг до конца. После аварии Петрович открывает глаза в собственной кровати. На часах 06:12. Тот же день. Те же звонки. Тот же завод, на котором его снова ждёт смерть. Ладно. Если неисправность повторяется, её можно найти. Петрович меняет порядок работ, ловит людей на вранье и лезет туда, куда давно никто не заглядывал. Вот только привычного опыта всё чаще не хватает.
Книга о двух, чудом выживших людях в мертвом городе. Одного зовут Павел. Он вирусолог. Синтезировав вакцину из добытых им образцов, он просит своего друга Сашу, во что бы то ни стало, доставить ее во внешний мир. Возможно она может спасти все человечество. Саша соглашается, так-как его друг не может передвигаться сам. Он инвалид и уже много лет вынужден быть прикован к инвалидному креслу. Получив от друга все необходимое, Саша собирается в путь. Однако путь главного героя, будет далеко не из легких. Город, который он должен покинуть, располагается на острове и отрезан от внешнего мира. И он буквально кишит нежитью.
Вы хотели бы узнать о факторе, который может на 70 % снизить риск ожирения и диабета, предотвратить более 20 % онкологических и 40 % заболеваний сердца и сосудов. А если дополнительно узнаете, что этот фактор действует на нас каждый день от 3 до 5 и более раз. Среди океана информации о питании и диетах есть правильные и полезные советы. А есть тонны неправильных постулатов, обрывки знаний и просто ничем не сдерживаемая фантазия. Интриги в этот хаос добавляет пищевая промышленность, которая в ее нынешнем виде откровенно инвалидизирует население не меньше табачной. В этой ситуации только профессионал может найти рациональное зерно сбалансированного и здорового питания, а также безопасного снижения веса.