Хитра - страница 4

– Я Симон. Еще раз извините, она совершенно одержима идеей с вами познакомиться с тех самых пор, как узнала, кто вы.

– Миа Крюгер, – представилась Миа.

Мужчина засмеялся.

– Да, мы в курсе. Она все это время говорит только о вас. И на этот раз мне не удалось ее остановить. Лучше бы я не покупал ей этот ялик, но вы же понимаете. Море – оно такое.

Он повернулся в сторону моря.

– Лучше, чтобы дети подружились со стихией как можно раньше. София?

Он пожал плечами, как бы извиняясь.

– Я ее приведу. У вас и так есть чем тут заняться.

Миа улыбнулась.

– Ничего страшного. Но вид у нее был встревоженный. Она говорила, что во всем виновата. Про того мальчика.

Взгляд Симона слегка помрачнел.

– Да-да, извините. Она была с ним тем вечером, когда он пропал. Юнатан Хольмен. Не знаю, знакомы ли вы с…

– Да-да.

А кто ж не знаком? Страна у них маленькая. Тогда дело приобрело широкую огласку. Восьмилетний мальчик. Собирался ехать домой, пропал по дороге, и с тех пор его никто не видел. Расследование вел не ее отдел, а Крипос[2].

– Значит в ее словах ничего нет?

От обаятельного мужчины пахло солью и солнцем, пока он осторожно проходил мимо Мии по узкой набережной, чтобы подняться вверх по камням за девочкой.

– Нет, конечно. А что она могла сделать?

– Тогда почему она думает, что это ее вина?

– Она слишком чувствительна. Все принимает близко к сердцу. Если бы ее мать была здесь, может, было бы легче, но поскольку я с ней один…

Симон отвернулся, прикусив губу, словно сказал больше, чем собирался.

– Сорри, ее мать сейчас в Бурунди. Она врач. Врачи без границ. Здорово, конечно, что кто-то выполняет такую важную работу, но для Софии все это…

– Понимаю, – кивнула Миа, идя за ним вверх к дому.

Девочка с грустным лицом сидела на ступеньках, поджав ноги под себя.

Когда отец подошел ближе, она строго на него посмотрела.

– Мне одиннадцать, я сама могу решать.

– Конечно, София, но не могла бы ты?..

– Могла. Юнатан пропал по моей вине, я что, не могу попросить о помощи?

– Конечно, дочка, просто…

Симон сел с ней рядом на каменной лестнице и нежно погладил дочь по голове, и девочка спрятала лицо в ладонях.

– Почему ты считаешь себя виноватой? – спросила Миа, садясь на камень напротив.

– Потому что я могла остановить его, – всхлипнула девочка. – Я говорила ему, не садись на велосипед. Подожди. Говорила, что надо подождать. Что ему разрешат переночевать, если он попросит еще раз. Его мама, она такая… Вино и все такое.

Папа прервал ее.

– Нет, София, так мы не говорим. Мы ничего об этом не знаем.

– Ты хочешь сказать, что его мама выпивала? – спросила Миа.

Девочка кивнула и продолжила.

– Каждый вечер. И забирать она его не могла поэтому. Так уже случалось. У Эрика была игра «Супер Марио», поэтому мы были у него. Мы как раз собирались победить босса, Боузера – Юнатан обожал драться с Боузером, в прошлый раз мы так и сделали, подождали, он позвонил еще раз, и мама разрешила ему остаться.

– София, мне кажется…

– Ну это же правда! Я должна была его уговорить!

Она снова закрыла лицо руками.

Симон погладил дочь по спине и посмотрел на Мию.

– Я уже говорил, она такая чувствительная…

– Это неправда!

– Я прекрасно тебя понимаю, – сказала Миа, переместившись в тень.

– Правда? – удивленно переспросила девочка.

– У меня так тоже было однажды. Когда я была в твоем возрасте.

– А что было?

– То же самое, что у тебя, только у меня так было с сестрой. Она была на тебя похожа, кстати. Длинные светлые волосы. И очень смышленая.