Неожиданно в палату зашёл Игорь. Он принёс одежду. Костюм медсестры, шапочку и старую потертую куртку. На пол он поставил обувь, сапоги такого вида, что они едва не разваливались.
— Всё, что мог найти у завхоза в старом хламе. Она выкинуть собиралась, да и забыла. Одевайся, я отвернусь.
— Мы идём гулять? — удивленно спросила я.
— Нет, я тебя выписал из больницы. Тебе сейчас некуда идти. Поедешь ко мне. Я один живу, — сказал Игорь и достал заколку из кармана. — Волосы собери на затылке. Не нужно, чтобы их из-под шапки видно было.
Он отвернулся, я начала быстро переодеваться. Жутко хотелось на улицу, вдохнуть свежего морозного воздуха. Когда влезла в сапоги, они оказались большие, у меня нога маленькая. Ничего, как-нибудь дотопаю до машины. Не на автобус же он меня поведëт?
У Игоря оказался собственный автомобиль. Он стоял не на большой парковке, а у чëрного входа. Выходя из дверей, я почти сразу попала в тëмный салон на заднее сиденье. Стекла тут были затемнены больше и меня не увидят с улицы. Жаль, даже погулять не удалось.
Прижала к себе небольшой пакет, где лежала ночная рубашка, халат и предметы гигиены. Почему-то возникло желание бежать. Уже дёрнулась в сторону открытых дверей, но Игорь захлопнул их перед самым носом.
Он быстро сел за руль, я подергала ручку двери. Закрыто, не выбраться.
— Сиди смирно. Я двери заблокировал. Тебе всё равно идти некуда. Бомжевать, что ли, хочется? Денис обещал твои документы восстановить, но это будет не быстро, я так полагаю, — хмурым тоном произнёс он.
Я промолчала, только сильнее прижала пакет к себе, будто там миллион в долларах. Не стоит его злить. Да, это не тот Игорь, который меня обижал, но всё равно не стоит.
Всю дорогу я смотрела в окно и не узнавала город. Была ли я здесь когда-то? Жила ли?
— Игорь, можно спросить?
— Спрашивай.
— Я не узнаю улиц. Неужели я и город забыла? Думала, когда посмотрю на него, что-то вспомнится, — тихо сказала я.
— Ты и не должна его помнить. Ты жила в детском доме, в другом месте. Далеко отсюда, — ответил Игорь.
Глаза увлажнились, я едва не ревела. Слезы капали с ресниц и текли по щекам. У меня нет родных? Я знала, что детский дом — то место, где держат брошенных детей. Просто не помнила, что жила там. Тихо всхлипнула и в голове раздался злобный голос: «Не ори, сучка, гланды вырву!» Непроизвольно дернулась, засунула кулак в рот, чтобы замолчать. Звук мотора заглушил мои стенания.
Мы остановились у какого-то большого здания. Кругом сновали люди. Стояло множество машин. Игорь обернулся ко мне.
— Не выходи и не дергайся особо. Я машину на сигнализацию поставлю. Пойду куплю тебе одежду и обувь. Надо ещё холодильник пополнить. Придётся на глаз всё выбирать, но взять тебя с собой в торговый центр я не могу. Обещаешь сидеть тихо?
— Обещаю, — я снова невольно всхлипнула.
Игорь протянул руку. Я замерла в испуге. Глупая, сейчас тебе прилетит пощёчина за нытьё. Доигралась.
— Ну, что ты? Не плачь. Всё будет хорошо, — сказал Игорь ласково и погладил по щеке.
Он ушёл. Я замерла на сиденье и почти не дышала. За малейшее ослушание будет больно. Очень больно.
Почему приходили в голову такие мысли? Откуда эти ассоциации, я не знала. Они просто жили во мне, словно их прибили длинными гвоздями, которые достали до самой души.
Игоря долго не было, но наконец-то он появился. Что-то пикнуло за стеклом. Потом послышался лязг. Игорь сел за руль.
