Читать онлайн Игорь Ассман - Клад. Киллер

– Хосе, ты что, перенес свою охоту на дневное время? – послышался голос из небольшого кирпичного, неоштукатуренного домишка, с парой окон и бедным видом.

– Нет, я просто задерживаюсь. Еще пол часика и поплыву.

На порог вышла девушка лет двадцати пяти-двадцати семи, в неряшливой видавшей виды одежде и мокрыми от стирки руками. Ее звали Луизой и она была девушкой Хосе уже более пяти лет. Ее можно было бы назвать симпатичной, если причесать и переодеть во что-нибудь получше. Она была явно метиской, волосы были светло-каштановые, но разбавленные пшеничными прядями. Естественно, кожа была темная, неизвестно с рождения или от загара, но отнюдь не черная, она никак не могла быть из негро-африканской группы. В Европе ее бы приняли за испанку из южных провинций, славящихся своим солнцем и пляжами, а не девушку из Гондураса, где они жили. Она с интересом уставилась на Хосе.

В поселке, в котором они жили, его звали Чико, что по-испански значило бы мальчик, хотя он была на пару лет старше своей жены. Но на вид он был похож на парня лет двадцати. Дело было в нем самом. Он был худощав и молод лицом, у него были длинные руки и ноги, да и само его тело выглядело ладным, не хватало пять-десять килограммов веса, и он бы потянул на свои года. Да, и лицо у него было какое-то юношеское, борода и усы не лезли щетиной как у остальных, а редко и плавно ложились на его загорелую кожу.

Глядя со стороны они прекрасно подходили друг другу, и их союз можно было бы назвать счастливым. Хосе любил Луизу, хотя иногда пару раз в год несильно, но бил ее. Это случалось редко, в основном, когда он был сильно выпившим, а где могли в поселке собираться его жители, если не в таверне старого Джона с вывеской *ЗАХОДИ*. Видимо, это и было его именем. Хосе ходил туда редко, или по праздникам, когда там собирался весь поселок и можно было только стоять, или по поводу удачной продажи за день, тогда он радовался как мальчик и бежал обмывать свою удачу. Луиза редко ходила с ним, и только по праздникам. В таверне стоял устойчивый запах рыбы, и свежей, и соленой и даже копченой. Она не переносила этот запах, наверное потому, что ее отец был рыбаком и выросла она именно с рыбой. Да, конечно, ее родителям повезло, что они остались живы, и та страшная волна, которая накрыла побережье почти пятнадцать лет назад, просто не добралась до них. Например, семья Хосе, как и многих других жителей поселка, погибли или будучи на берегу, или находясь в домишках вблизи от береговой полосы. Страшно было вспомнить, как вылавливали трупы и относя их повыше, почти до шоссе, которое шло вдоль поселка, просто закапывали их в землю и ставили крестики. Потом уже каждый разбирался сам, кому из семьи принадлежит тот или этот крест.

Лично Хосе знал крест своих родителей, их нашли вместе уже мертвых, и похоронили тоже вместе, поставив один крест. Вообще-то, это новое, в считанные дни вырытое кладбище, можно было назвать братской могилой, времени на церемонии не было, надо было восстанавливать то, что наделала эта штормовая волна, а горя она принесла много. Сколько жизней, домов и лодок она унесла!

– Стираешь? – перебил ее голос Хосе. – Через полчаса будь готова, я просто отремонтировал сачок, а то в прошлый раз через дырку проскользнула одна раковина.

Хосе рос в обычной семье рыбака, какими были в основном все жители поселка. До сих пор в их доме остались старые сети отца, хотя он не знал, может нити уже давно сгнили. Он был первым и последним ребенком в семье, если бы не та волна, он был уверен, что братиков и сестричек было бы много, отец и мать очень любили друг друга. Уже с семи лет он плавал с отцом на рыбалку. К сожалению, их семья была бедна, лодка была обычная, без мотора, зато не надо было тратиться на ее ремонт и горючее. Отца и мать он вспоминал с сыновьей теплотой, оба дали ему много и от души. Но уже в эти годы у него появилось свое хобби. На единственной пристани поселка иногда собиралась детвора, соревнуясь в нырянии. Так вот, Хосе не было равных. Он был худой, юркий и сильный. К тому же, посещая местные соревнования почти всегда, даже отец отпускал его в эти дни, он, в конце концов побил рекорд Хуана Альвареса, по кличке Акула, поставив рекорд пребывания под водой до пяти минут и двух секунд, у того было четыре с половиной. Конечно, все это ему давалось постепенно, не только время пребывания под водой, но и давление на уши на глубине, а от этого зависело, как глубоко он мог нырять. Но тут всегда появлялись туристы, их было немного, но некоторые бросали в воду монеты, и их надо было достать. Здесь у пирса, это было несложно, но некоторые похитрее забрасывали их далеко вперед, а там глубина была уже другая. Бывало так, что туристы заводились, и продолжали бросать даже монеты в один серебряный доллар, и Хосе почти всегда доставал их. Иногда он возвращался с таких соревнований, имея в кармане до пяти долларов, это были большие деньги, но он отдавал все отцу. И еще ему нравились ракушки, возле их дома из них был склад. Хорошо и глубоко ныряя, он доставал просто какие-то морские чудеса, а потом мать научила их чистить, ведь половина были пустыми, а остальные с моллюсками внутри. Она варила их, кипятила, а уж потом вместе с сыном они всеми сподручными инструментами доставали сами моллюски. Мать знала, что многие из них съедобны, и иногда подавала их к столу.

Отец всегда улыбался такой забаве сына, но отплывая от берега на рыбалку, позволял ему иногда нырять, и доставать со дна новые ракушки.

Однажды их сеть зацепилась, и отец проклинал всех на свете, начиная с самого себя.

– Хосе, – сказал тогда он, – там на дне лежит старое деревянное судно, еще испанцев, я знал о нем, но течение снесло к нему. Не мог бы ты нырнуть и отцепить сеть?

Сын только этого и ждал. Они подплыли поближе, и Хосе нырнул. То, что он увидел, подвергло его в шок. На песчаном дне на боку лежал какой-то старинный фрегат или просто парусный корабль, он никогда не видел ничего подобного, а одна часть сети была зацеплена за бортовую балку, которая треснула и выпирала. Отцепил сеть он за пару минут, но весь вечер расспрашивал отца об этом судне.

– А вдруг там сокровища? – мечтал он.

– Сынок, – улыбнулся отец, – все затонувшие суда недалеко от берега и на такой глубине уже прошли много людей с аквалангами. Поверь, они сняли с него все, что можно было снять, и распродали. Ты увидел только остов судна, но раз ты так интересуешься, в другой раз мы сплаваем туда, и ты все увидишь своими глазами.

Эту ночь Хосе не мог заснуть, гигантский корабль, поваленный на один бок, стоял у него перед глазами. На следующий день он напомнил отцу про его обещание, и перед тем, как плыть на место рыбалки, они немного скосили влево. Хосе нырнул и вот его ступни уже коснулись наклонной палубы корабля, он даже успел заглянуть в одну из кают, но к сожалению понял, что отец был прав, с дверей были свинчены даже бронзовые ручки. Он нырнул еще несколько раз и побывал на капитанском мостике, везде было только трухлявое прогнившее дерево и ржавые поручни, все остальное будто испарилось.

Больше они к этому судну не плавали.

Потом через лет десять случилось то, что случилось, домишко их семьи смыло, но благодаря властям Гондураса, им привезли хоть немного стройматериалов. Из всей утвари, которая была в доме, осталась лишь сеть отца, она просто за что-то зацепилась и ее не стянуло в море. Но что значит сеть без лодки? А где взять лодку без денег? К сожалению, соседи ничем не могли ему помочь, они были точно в таком же положении. Но неожиданно по поселку пополз слух, что местный филиал банка начал выдавать беспроцентные ссуды семьям пострадавших под залог их имущества. Единственным имуществом Хосе был земельный участок его родителей и рыбацкая сеть, которая впрочем банк не заинтересовала. Оформив необходимые документы, он получил небольшую сумму и сам начал строиться. Он ничего не понимал в строительстве, но ходил и смотрел как это делали другие. Именно в этот период он и познакомился с Луизой. Ее дом не пострадал, а она начала с постоянством приходить к нему и помогать чем могла. Конечно, Хосе было веселее с ней, но она была еще молоденькой девушкой, а он даже не был знаком с ее семьей. Вот так, где-то за полгода они вместе и выстроили этот домишко, на большее не хватило средств. Иногда Луиза приносила из дома родителей какие-нибудь старые вещи, погнутые кастрюли, матрас с дырками и так далее, Хосе был рад всему, ведь у него ничего не было, а все деньги он вложил в строительство. Он договорился с одним из соседей сверху, который купил новую лодку, что будет арендовать ее хоть на несколько часов, только тот не захотел рыбу в счет оплаты, лишь наличные.

Наконец Хосе впервые вышел на рыбалку один, он знал, как это было трудно, но ему надо было жить и как-то добывать себе пищу. Он крутился на лодке как мог, но все же вытянул сеть на берег. Рыба была, только не так много, как они ловили ее с отцом. Все рыбаки в поселке сдавали рыбу Дону Рикардо, у которого был единственный большой продовольственный магазин. Он платил центы за вес, и отправлял ее на своем грузовике в город, там из нее делали муку. Но ценные породы рыбы выставляли на рынке. Так вот, этот самый рынок и был главной достопримечательностью этого поселка, как и главным его кормильцем. Здесь продавалось все, что угодно, благо, что он располагался прямо напротив станции автобуса, который ходил в город раз в день. Остальное время станцию занимали проезжающие туристы на шикарных мягких двухэтажных автобусах, останавливались, и сразу же перебегая шоссе, устремлялись на рынок. Больше по пути в столичный город таких остановок не было. Хотя это и был один поселок, и каждый знал любого из него, на рынке царила своя иерархия. Например, продавцов рыбы было человек десять, они продавали ее уже испокон века, и новеньким, желающим влиться в их касту, надо было годами платить им дань, то есть, примерно половину от продажи. Это было маловыгодно, поэтому-то новеньких и не было. То же самое было с продавцами овощей и фруктов и вообще, если на рынке появлялся конкурент хоть кому-нибудь, он должен был сначала решить денежный вопрос с тем, кто уже продавал там. Таким образом, рынок почти не увеличивался, а правила соблюдались всеми без исключения, хотя они были только на словах. Если кто-нибудь нарушал, в основном из новичков, ему устраивали бойкот, с ним никто не общался, и тот скоро сдавался, или убираясь с рынка, или договариваясь с постояльцами.

Вот в такой день, после своей первой рыбалки, на рынке появился и Хосе. Основную часть рыбы он уже сдал дону Рикардо, и оставалось еще килограммов десять хорошей свежей рыбы. Зная правила, он сразу же направился к Дону Пепе, старейшему рыбаку поселка, и сказал, что согласен с условиями. Рынок был прост: прямо на тротуар раскладывали клеенки, а на них клали товар. Весы были ручными. Хосе разложил на свободное место какую-то подстилку, а чтобы углы не поднимались от ветра, положил на них свои тяжелые ракушки. Уже через пять минут к нему подскочил интеллигентный мужчина с женщиной.