Метод Реддла - страница 3

Гарри попал на парня из Пуффендуя, здорового, с медленными движениями. Он победил – Expelliarmus, потом Petrificus Totalus, всё как учили в Хогвартсе. Но инструктор, наблюдавший за дуэлью, лишь поморщился.

– Школьные фокусы, – бросил он. – В бою ты бы уже был мёртв.

Гарри прошёл. Едва. По итогам всех испытаний он оказался предпоследним в списке из пятидесяти. Рон – последним. Драко – четвёртым.

Когда огласили результаты, Малфой посмотрел на Гарри и усмехнулся.

– Поттер, последний номер? Папа будет разочарован.

– Мой папа будет рад, что я жив, – ответил Гарри, чувствуя, как внутри закипает злость. – А твой? Он вообще знает, где ты?

Лицо Драко на мгновение потемнело, но он сдержался, только сверкнул глазами и отошёл.

Обед проходил в огромной столовой, где пахло варёной капустой и пережаренным мясом. Кандидаты сидели за длинными столами, не разговаривая. Гарри сел напротив Рона, который ковырялся в тарелке, не поднимая глаз.

– Я не знал, что ты… – начал Гарри.

– Что я последний? – Рон усмехнулся, но усмешка вышла кривой. – Да, я не герой, как все вы. Я просто… я хотел быть рядом с тобой.

– Рон…

– Не надо, – Рон отодвинул тарелку. – Я справлюсь. Просто дай мне время.

Они ели в тишине, и Гарри впервые почувствовал, как между ними натягивается невидимая нить, которая вот-вот лопнет.

После обеда, когда кандидатов отпустили в казарму, Гарри вышел во внутренний двор, чтобы подышать. Сумерки сгущались, фонари на стенах загорались тусклым голубым светом. Он стоял, глядя на звёзды, которые здесь, вдали от города, казались ближе.

– Поттер.

Голос был тихим, но Гарри вздрогнул и обернулся.

Женщина стояла в тени арки, прислонившись к стене. Она курила, и кончик сигареты тлел красным в темноте. Свет фонаря упал на её лицо: острые скулы, чёрные волосы, собранные в хвост, и глаза – тёмные, глубокие, с каким-то безумным блеском.

На воротнике её формы Гарри разглядел такую же серебряную змею, как у Реддла.

– Беллатриса Лестрейндж, – представилась она, выпуская дым. – Старший инструктор. Присматриваю за такими, как ты.

– За такими, как я?

– За теми, кто думает, что имя что-то значит, – она улыбнулась, и в этой улыбке было что-то хищное. – Завтра начнётся настоящее. Твоя слава не спасёт тебя от крови. И от боли.

Она оттолкнулась от стены и ушла, не оборачиваясь. Гарри смотрел ей вслед, пока её фигура не растворилась в темноте, и только тогда заметил, что его рука сжата в кулак, а ногти впиваются в ладонь.

В казарме было тихо. Кандидаты лежали на койках, кто-то уже спал, кто-то шептался в темноте. Гарри забрался на свою койку верхнюю и уставился в потолок.

Рон не разговаривал с ним. Он просто лежал, отвернувшись к стене.

Гарри достал из-под подушки маленький хрустальный квадрат – свой телефон, который он не сдал, спрятав в двойном дне рюкзака. Риск, но он не мог иначе. Экран засветился, показывая десяток сообщений.

Джинни: «Как ты?»

Джинни: «Ответь, когда сможешь».

Джинни: «Я уже скучаю. Глупо, правда?»

Гарри быстро напечатал: «Всё нормально. Просто… тяжело. Но я справлюсь. Не волнуйся».

Ответ пришёл через минуту: «Я всегда волнуюсь. Это моя работа. Люблю тебя».

Он хотел ответить, но в этот момент в коридоре послышались шаги. Гарри сунул телефон под подушку и замер.

Шаги были медленные, уверенные, они приближались, и сердце Гарри забилось быстрее. Сквозь щель между койками он увидел, как в проходе появилась фигура.