Переписать финал - страница 3

Подняв плед и осмотрев его Велана пришла к неожиданному выводу.

– Бела! Ты вернулась?

Ведьмочка выбежала из кухни в поисках сестры.

Осмотрев весь дом, но так и не обнаружив следов сестры, Велана вернулась на кухню, к уже начавшему выкипать зелью. Она пыталась узнать у Сони, случалось ли что-то странное, когда она задремала, но получила лишь невнятное бормотание. А очень скоро и вовсе забыла о необъяснимом происшествии, обеспокоенная вялым видом любимой кошки.

Весь день Соня чувствовала себя неважно, была рассеянна и раздражительна, это не укрылось от внимания обычно рассеянной Веланы.

– Ты заболела? Может, отнести тебя к дядьке Фраму?

– Только попробуй, – угрюмо пригрозила Соня. О существовании некоего дядьки Фрама она узнала несколько дней назад, когда одна клиентка заглянула, чтобы забрать сонные капли, и засиделась допоздна. Она жаловалась на сонливость ее любимого попугайчика и на то, что Фрам отказывался его посмотреть. Дескать, с птицами он раньше дела не имел. Этот пожилой мужчина долгое время работал на ферме, где обучился лечить многих животных. В основном копытных, но случалось ему заботиться и о собаках, кроликах или котах.

Соня, выросшая в других обстоятельствах, очень себя ценившая и знавшая о всякого рода мошенниках, понимала, что животные оставить отзыв о качестве работы Фрама не могли, а потому заведомо ему не доверяла.

– Если тебе плохо…

– Мне замечательно. – отрезала Соня. – К тому же, как, по-твоему, он будет лечить ведьминского фамильяра?

– Но ты же не фамильяр, ты высшая нечисть.

Тяжело вздохнув, испытывая смешанные чувства от того, что была вынуждена объяснять правила этого мира девушке, которая в нем росла, Соня напомнила:

– Суть-то одна. Я магический зверь.

В этом и заключалась причина, по которой Велана смогла обмануть даже опытных магов и выдать мелкую нечисть за своего фамильяра – зверя, призванного с помощью особого ритуала и рожденного из ведьминского дара.

Велана смущенно потупилась, признавая правоту Сони, но до конца дня не переставала бросать на нее обеспокоенные взгляды. А ночью, несмотря на сильную усталость, долго не могла уснуть и постоянно поднималась, чтобы проверить, все ли в порядке с кошкой.

Соня, скрутившаяся в клубок в кресле и с нетерпением ожидавшая, когда уже девушка уснет, чтобы проверить некоторые свои догадки, в конечном итоге не выдержала:

– Спи. Завтра тебе нужно собрать багаж. Если забудешь что-то важное – быть беде, ведь вернуться за этим ты сможешь только следующим летом… это если тебе удастся сдать экзамены и тебя выпустят из академии на каникулах.

Ведьмочка шмыгнула под одеяло и накрылась им с головой, спасаясь от кошачьего гнева. Соне это показалось забавным. Она вспомнила времена, когда еще училась в школе и часто сидела с племянницей. Девочка была на шесть лет младше, и ощущалось в ней что-то такое же очаровательное и немного нелепое, как и в Велане. Возможно, именно это и заставило Соню при прочтении книги проникнуться к героине глубокой симпатией.

С родителями у нее всегда были довольно холодные отношения, общались они лишь из необходимости и могли не замечать друг друга сутками. Единственным по-настоящему родным человеком Соня считала племянницу.

Дождавшись, пока Велана уснет, кошка соскользнула с кресла, проскользнула в щель приоткрытой двери, спустилась на первый этаж и спряталась на кухне. Она надеялась, что знакомая обстановка, в которой уже однажды случилось чудо, ей поможет.