Полостан - страница 5
В километре южнее прокатных станов начинались пологие холмы, и там Государственный институт проектирования городов старался показать себя с наилучшей стороны. Землянки, которые возвели самостроем различные национальные меньшинства и заключенные на разных стадиях расконвоированности плюс целая деревня, пришедшая пешком из Польши, сносили, и на их месте росли капитальные дома по проекту западных архитекторов, увлеченных лучезарными перспективами социализма. В этот час комплекс был ближе, чем когда-либо, к картине тихой Рождественской ночи. Домны и мартены работали круглые сутки, но внизу почти не было людей или машин. Самое примечательное исключение составляла штрафная бригада православных священников под надзором двух вооруженных парней не старше Авроры. Священники работали всю ночь, долбя ломами и заступами длинный курган мерзлой земли, который тянулся между подъездными путями и канавой, ведущей к озеру.
Физматов, видя полнейшее недоумение Авроры, объяснил ей, что происходит. Два года назад, когда строительство Магнитки только начиналось, проектировавшие ее западные инженеры заказали у «Сименса» некие турбины и заплатили за них советским золотом. Оборудование привезли из Германии и сгрузили рядом с путями – там оно и простояло под снегом и дождем 1932 и 1933 годы, так как по причине различных задержек устанавливать его было некуда. Тем временем потребовалась канава, и новоприбывших рабочих отрядили ее копать. Им нужно было куда-то девать вынутый грунт. Кучи земли вокруг сименсовских турбин росли и росли, пока не скрыли их целиком. Теперь турбины понадобились, чтобы запустить домну № 4, и откапывать их поручили этим изможденным священникам, которые в атеистическом Советском Союзе остались не у дел, но упорно не желали состригать длинные бороды и волосы. На морозе и то и другое покрылось густым инеем и тяжело раскачивалось, когда они долбили самодельными орудиями смерзшуюся в камень землю. Аврора, которую вообще-то крестили в их церкви (против воли родителей, но это другая история), пожалела несчастных попов, вынужденных трудиться в канун Рождества. Впрочем, они по-прежнему держались юлианского календаря, так что для них сочельник наступал двумя неделями позже.
Впереди Грязнов вскрикнул и ругнулся. Ритмический стук его молотка умолк.
– В чем дело, товарищ? – вопросил Тищенко. – Мы все тебя ждем.
– Молоток сломался, – проныл Грязнов. – Мне осколок в глаз отлетел.
– Положи боек в карман, насадим потом на новую рукоятку.
– Да в том-то и гадство, – объяснил Грязнов. – Рукоятка цела. Боек раскололся.
Он задом прополз к лесенке, спустился по ней очень осторожно – когда задубевшей рукой в толстой рукавице берешься за перекладину, трудно понять, крепко ли за нее ухватился, – протянул Тищенко вещественное доказательство, а затем совершил экстраординарный шаг – снял рукавицу, чтобы смахнуть слезы. Не дело, чтобы на таком морозе они текли по щеке.
– Куда ты бил?! – допытывался Тищенко. – Лед сам по себе не мог вызвать такую поломку.
– Должно быть, задел кожух подъемника. Там большие заклепки, они очень прочные. – До Грязнова начало доходить, что его допрашивают. – Это было случайно!
Физматов наконец догнал остальных и теперь протиснулся мимо Авроры, учтиво кивнув ей ушанкой. Он был вдвое старше остальных, и у него из-за обморожения не хватало двух пальцев на ногах.
Похожие книги
Премия «Локус» и премия «Прометей». В 1714 году, когда Даниель Уотерхауз без особого триумфа возвращается на берега Англии, мир выглядит опасным – особенно в Лондоне, центре финансов, инноваций и заговоров. Стареющий пуританин и натурфилософ, в прошлом доверенное лицо высокопоставленных лиц и современник самых блестящих умов эпохи, отважился преодолеть океан, чтобы помочь решить конфликт между двумя враждующими гениями. И пусть на первой взгляд многое изменилось, лицемерие и жестокость, от которых Даниель когда-то бежал в североамериканские колонии, по-прежнему являются разменной монетой Британской короны.
Премии «Локус», «Портал», «Мраморный фавн». Второй роман «Барочного цикла», масштабной эпопеи, которая включает в себя историю, приключения, науку, изобретения, пиратство и алхимию. 1689 год. Открытое море. Джек Шафто, известный также как Король Бродяг, стал рабом на берберских галерах. Но у него есть дерзкий и опасный план. Шафто вернет свободу, а заодно и разбогатеет. Так начинается его великая погоня за легендарными сокровищами. Европа. Элиза, графиня де ля Зёр, оказывается втянута в международные политические интриги, а тех, кто хочет заполучить ее, либо только ее голову, становится все больше. Даниель Уотерхауз стремится спасти мир от безумия, в которое его погружает незримая война между адептами алхимии и сторонниками естественных наук…Перевод Екатерины Доброхотовой-Майковой.
Ричард «Додж» Фортраст, миллионер и основатель известной компании по разработке видеоигр, умирает в результате несчастного случая. По условиям завещания его мозг сканируют, а структурную информацию загружают в хранилище данных, надеясь на дальнейшее развитие технологий. Проходят годы и оцифрованное сознание Доджа подключают к Битмиру – вечной загробной жизни, в которой люди существуют как цифровые души в телах-симулякрах. Но является ли утопией этот новый дивный бессмертный мир. Драматический конфликт аналогового и цифрового, человека и машины, ангелов и демонов, богов и верующих, суетного и вечного в будущем, которое вот-вот наступит.
“Рождение искусственной души: 2099 год” – это захватывающий роман о судьбе обычного человека, живущего на рубеже тысячелетий. В центре сюжета – его противостояние с могущественной Гильдией Искусственного Интеллекта, которая обвиняет его в сбои глобальной системы Земли. Герой книги занимается обучением искусственного интеллекта человеческим чувствам, и его жизнь меняется кардинальным образом, когда его обвиняют в преступлении. Чтобы спасти себя, он должен доказать существование души у человека, опираясь на реальные законы физики и математические формулы. Эта книга – увлекательное путешествие в мир науки и технологий будущего, где душа становится объектом исследования и главным ключом к пониманию человеческой сущности.
Думала ли Юля, оставшись круглой сиротой, что не минует ее эта горькая женская участь: любить одного, а жить с другим. Клим – прошедший войну, работящий, надежный. Кто, как не он, должен быть в ее сердце. Но повстречался Юле на пути Дима, сын директора школы, начинающий предприниматель. И влюбилась она в него – как в омут с головой, бросила и мужа, и ребенка. Но беда подстерегает даже удачливого. Дима украл у бывшей любовницы деньги, хотел начать новую жизнь, но «попал под раздачу». Избили его бандиты до полусмерти, ограбили, угнали машину, и вдобавок – на Юлю глаз положили. Туго бы ей пришлось, не вмешайся в дело Клим, бывший афганец и по совместительству… обманутый муж.
Четыре части складываются в один путь. «Возвращение к себе», о том, чтобы вернуться в Свое тело и к своим ценностям, не заработанной, а врожденной. «Энергия и тишина», о Той силе, внешнем огне и пока. «Жизнь как храм», о том, как жить всем этим в обычной жизни, на самом деле и среди людей. «О любви», о том, как любить и быть любимой, не теряя себя. Когда тебе делают комплимент, ты его обесцениваешь: «да ладно, ерунда». Когда предлагают помощь, отказываешься: «я сама, не беспокойтесь». Когда тебе что-то дают, ты тут же спешишь дать в ответ, чтобы не остаться в долгу. Принимать почему-то невыносимо. Как будто, взяв, ты становишься должна.