Право стать судьбой - страница 4
Вонючее, старое здание, которое походило больше на заброшенную постройку. Краска отваливалась, около дома и внутри бегали крысы, а местная группировка забирала детей для того, чтобы перепродать их в качестве рабов.
~ Погоди немного. Не заходи.
Почему?
~ Твой воспитатель, мистер Гилмор избивает твоих приятелей за то, что те не вернулись вовремя. Он ждет и тебя. Если зайдешь прямой сейчас – попадешься. Подожди две минуты, а после заходи. Спрячешься в кладовке, утром соврешь, что помогал по кухне, поэтому он тебя и не видел, так как туда за весь день он ни разу не зашел.
Как он меня бесит. Ненавижу его. Хочу убить, не хочу прятаться и врать, чтобы избежать наказания.
~ Правда хочешь его убить? Но ты ведь понимаешь, что если убьешь, то нам придется сбежать? Потому что банда, покрывающая приют, заберет здание себе, а оставшихся детей перепродадут.
Не хочу, чтобы меня продали. Я сбегу, а воспитателя убью.
~ Хорошо, друг. Мы убьем его. Делай, как я скажу, после чего мы сбежим.
Куда мы пойдем?
~ Я тебе подскажу, но потом. Сперва выполним твое желание.
Я готов.
~ Заходи и прячься в кладовке. Я скажу, когда тебе можно будет выйти. Надо подождать, когда мистер Гилмор наберет ванную и уснет.
Когда я вошел внутрь, отдаленно слышал крики пацанов, которых избивал воспитатель. Спрятался в кладовке, ждал. Крики через несколько минут стихли, по шагам я понял, что ребята вернулись в общую комнату.
~ Выходи. Аккуратно на цыпочках крадись в его кабинет, дверь открыта. Он уже начал набирать ванну.
В кабинете воспитателя был порядок. Вещи новые, потому что головорезы, продающие детей в рабство, щедро его вознаграждают. У мистера Гилмора есть собственный смартфон, плоский огромный телевизор, удобная мебель, мягкая кровать с чистым постельным бельем. Мы же спали на ржавых металлических кроватях, пружины которых громко скрипели, из-за чего воспитатель нас часто избивал, потому что мы мешали ему спать. Во всех остальных комнатах ободранные обои и в воздухе висит вонючий запах пота немытых детей, так как мыться нам разрешают лишь три-четыре раза за сезон.
~ Воспитатель лег в ванную. Через две минуты уснет. На столе стоит каменная статуэтка. Ей ты можешь проломить ему череп. Здесь главное один раз замахнуться, и твоей силы вполне хватит, чтобы полностью обрубить его сознание. Дальше остается только добить. Он умрет после четырех прямых ударов по голове.
Я взял статуэтку в форме дикого пса, который стоял, закинув голову кверху в победоносном вое. Предмет на вид казался не слишком прочным, и пока я крался в ванную комнату, Арай убедил, что статуэтка не сломается, если я буду бить без промахов.
Мистер Гилмор лежал в воде, а на его лице легкая улыбка. Ему было хорошо оттого, что он выпустил гнев на беззащитных детей, которые боятся даже шелохнуться или косо посмотреть в его сторону.
Меня он тоже избивал.
Ненавижу его. Хочу убить.
Помню, как Гилмор колотил меня битой за то, что я пролил его кофе на диван. Воспитатель сломал мне ребра, а по всему телу были кровоточащие ссадины. Опухшее лицо заживало очень долго, а синяки еще дольше. В другой раз урод поранил меня ножом за то, что я отказался убирать его комнату, так как в тот день отравился просроченными консервами, которыми нас кормили. Шрам от пореза до сих пор остался на руке. Я потерял много крови, а он вместо того, чтобы пожалеть, бросил бинт под ноги, как какой-то дворняге со словами: «Останови кровь, сосунок, а после отмой хорошенько щеткой от этой дряни пол».
Похожие книги
Кто бы мог подумать, что я окажусь потомственным чародеем, на спутнике родной планеты, внутри которого живёт и процветает отрезанная от мира цивилизация. Поднебесье – обитель Бессмертных, наших первых колонизаторов, хранителей Зороастры. Бессмертные отбирают новых хранителей, тех кто посвятят столетия для сохранения мира и порядка на нашей планете. Одним из кандидатов оказался я. Простой продавец смартфонов, который здесь учится боевым искусствам, фехтованию, проходит подземелья и прокачивает свое снаряжение, для того, чтобы в определённый момент быть готовым постоять за свою колонию от наступающей угрозы, о которой нам практически ничего не известно.
Вся моя жизнь – череда боли и страданий. С рождения я наделен даром – могу получить ответ на любой вопрос, заглянуть в будущее и способен найти самый оптимальный вариант решения любой задачи. В приоритете исход, который выгоден, в первую очередь, для меня. Казалось, весь мир лежит у моих ног. Безграничные ментальные способности позволили не служить во благо этого мира, а подчинить себе преступный. В наказание Судьба забрала у меня дочь. Теперь изо дня в день чувствую, как тьма внутри сгущается, а чужой голос в голове сводит меня с ума. Но моя жизнь все еще в моих руках. И я готов вырывать право на нее до тех пор, пока сам не стану Судьбой.
Неоновый город Яндаш – вторая столица маленького государства Сиболия на самой границе с Поднебесной. Город наслаждений и ужасов, киберпреступников, подпольных врачей и уходящих в небо башен нелегальных дата-центров всего мира. Тут территория триад, полиции и международных концернов, делящих власть на широких проспектах и кривых улочках старого города, в похожих на муравейник тоннелях закрытого метро и темной сети "Хризантема". Район Малый Сычуань никогда не видит солнца. Тут небо темное от смога и снующих между домами дронов. Холодной апрельской ночью из окна своего номера в отеле без видимых причин падает на мостовую человек, который мог заставить весь Яндаш стать своей личной настольной игрой.
«Жития святых» Дмитрия Ростовского – это знаменитые Четьи-Минеи, которые имели и продолжают иметь колоссальное духовное влияние на многие поколения православных христиан. Дмитрия Ростовского часто называли «Златоустом Российской словесности», «Пастырем добрый», «Звездой всю страну ученьми и чудесы озарившей», «Райской ветвью Малороссии», «Святителем с медоточивыми устами». Святитель Димитрий Ростовский писал «Жития святых» на каждый день года в течение двадцати лет. Четьи-Минеи можно буквально передать как (чтение на каждый месяц). Это книги житий святых Православной Церкви, причем повествования эти излагаются по порядку месяцев и дней каждого месяца, откуда и название их «минеи».