Я всё равно уточнил у пацанов, но у Кости было алиби. Он и правда приезжал в отпуск, неделю бухал, неделю помогал тестю отремонтировать дом на даче, а вот недавно уехал обратно.
О чём и отчитался Холодову по телефону, не давая новых намёков. Сказал ещё, что скоро еду в Москву на время праздников, где и отпраздную грядущий день рождения.
Думаю, майор тоже скоро уедет туда после этой долгой командировки. А пока же они громят сеть Ланге. Детали я не знал, но мог догадаться по намёкам и загруженности не только чекистов, но и «Контура». Выдохнуть им некогда.
Выходных у них не было, рабочий день длился допоздна, и со мной никто не занимался, им было совсем некогда. Они совместно с ФСБ ездили по городу и рыли. Что-то даже нашли. В городе прошли аресты, один раз даже стреляли. Но про это новостей было мало, только слухи.
Так что вряд ли Ланге сунется в наш город, теперь заниматься здесь своей работой просто нереально. И в «Контуре», казалось бы, даже праздновали победу. Вот только рано, вряд ли Ланге сдастся легко. Из обрывков памяти я понимал, что он упрямый.
И он точно будет интересоваться, кто поймал его агента. И сейчас мне надо смотреть в оба, ведь сейчас преимущество у меня, а не у них. Они-то знают ещё меньше Холодова.
На следующий день я подготовился к поездке. Есть я полюбил, так что купил сухих колбас и сыров, подсушил хлеб и приготовил то, что не испортится в дороге.
После оставил дома метки, чтобы понять, приходил кто-то или нет, закрыл дверь на новый замок, зашёл к пацанам сверху попрощаться и оставил им свои скоропортящиеся продукты из холодильника. Затем поехал на вокзал, где встретились с Наташей. Короткий отпуск ей выделил лично Рогов в счёт былых заслуг, хотя я был уверен, что в Москве за нами будут присматривать на всякий случай.
Так что посмотрю столицу, а заодно проведу короткую разведку. И, может, несколько дней смогу отдохнуть.
* * *
Тем временем. Рим, Италия…
Этот район, который начали строить ещё при Муссолини, мало походил на туристические места древнего города. Здания вокруг были построены из белого камня, бетона и стекла, вокруг было много представительств крупного бизнеса и парковок. Да и спешившие по своим делам люди в деловых костюмах мало напоминали публику центра города.
Всё это Рим не напоминало совсем, и только несколько новых статуй в античном стиле намекали, где находился этот район.
Доктор Ланге, невыспавшийся после многочасового перелёта с множеством пересадок, сел на скамейку и отпил кофе. Своего собеседника он увидел заранее и внимательно смотрел на него, пока тот вальяжно шёл к нему.
Русский встал напротив с лёгкой усмешкой.
— Я слышал, ты провалил задачу, доктор, — сказал он на английском с сильным акцентом. — Стареешь.
— Мы продолжаем, ничего не изменилось, — медленно произнёс Ланге.
— Хотелось бы мне знать, как это тебе удастся? У тебя не просто погиб агент. Его взяли живым, и он уже стучит вовсю, закладывает всех, — русский усмехнулся. — На Лубянке открывают шампанское, я слышал.
— Вы же пьёте только водку, — Ланге хмыкнул.
— От тебя это слышать странно. Ты в России живёшь несколько месяцев в году.
— Шучу, — доктор помотал головой. — Сейчас, конечно, стало неудобно работать.
— Ещё бы. Развалилась вся сеть. Шеф недоволен, — русский глянул влево. — Тебе выпал счастливый билет, а ты его потерял. Кто-то здорово тебя не любит, доктор.
