Но Марго никогда не пыталась выяснить.
Плевать.
Неясно только, почему он так проникся театральной средой вместо попоек с себе подобными. А окружающие видят только его красивую физиономию и игнорируют выжженную пустоту внутри…
Впереди показался перекрёсток и Нью Роуд. За поворотом появился свет фар. Марго разблокировала мобильник, открыла приложение и пробежала взглядом по одной строчке. «На месте». Марго выгнула одну бровь. Он что, Ртуть? Наверняка специально курсировал по району зная, что в Институте Искусств сегодня праздничный шабаш. А вообще надо бы радоваться. Хоть до дома и можно дойти пешком минут за пятнадцать, но в час ночи для этого нужно отключить чувство самосохранения.
И будто в доказательство где-то неподалеку будто треснула ветка.
По спине пробежал озноб. Марго, не сбавляя шаг, нервно осмотрелась. Но на подъездной дороге всё так же царила пустота и этот свет фар в конце. Из груди вырвался осторожный выдох, воздух заклубился паром. Чёртов маскарад. Это он виноват. Во всём. И в монстрах, мерещащихся в кустах, и в пьяных выходках, и вообще…
Она свернула на Нью Роуд. Взгляд упал на машину такси, Марго метнулась к ней и влезла в салон.
– Стэнли авеню, – бросила, захлопывая дверцу.
Таксист, престарелый мужчина с усами, кивнул и что-то пробурчал себе под нос.
Показалось, что в темноте за окном мелькнул какой-то силуэт. Но машина тронулась, и силуэт растворился. Марго сжала пальцами переносицу и зажмурилась.
Больше никаких маскарадов.
Хлопок двери рассёк сон и врезался в мозг.
Марго дёрнулась и резко оторвала голову от подушки. В ушах зазвенело. Перед глазами вспыхнули цветные пятна.
Доброе утро.
Она поморщилась и замерла, прислушиваясь. За дверью раздались гулкие шаги, щелкнул выключатель, зашумела вода. Джин явилась? Марго тяжело перекатилась на спину и взглянула в окно. Сумерки. Не больше семи утра. И соседняя кровать всё еще пустая…
Чтоб её.
Марго закатила глаза и уронила на них руку. Шумно, тяжело выдохнула в потолок.
Видимо, скоро снова придётся менять соседку. Или съезжать самой. С Джин жить становится всё тяжелее, она всё чаще делает что-то такое, с чем сложно мириться. Это даже обидно. Однушка в старом, потёртом доме в Филтоне обходится всего в пять сотен с человека, и трудно будет найти что-то такое же дешевое.
Чёртова Джин.
А тем временем шум воды стих, но теперь раздались шорох и ругательства. Снять костюм Дэдпула было сложно, и, наверное, Росомаха не сильно от него отличается. Марго подавила зевок. На мгновение зажмурилась, прогоняя из глаз цветные пятна, оторвала тяжелое тело от кровати и прошлёпала босыми ногами прочь из спальни. Тут же свернула в ванную. А ведь могла бы еще спать в утро воскресенья, боже…
Джин стоит втащить. Сначала припомнить ей всё, что она наговорила ночью в раздевалке, а потом втащить.
Соседка стояла возле душевой кабины спиной к двери. Забросив руки за голову, она сражалась с замком на спине, а из него торчала тонкая, зажеванная молнией прядь волос. Ауч. Больно, наверное. Марго отбросила с лица всклокоченные волосы и потянулась к ней.
– Ты реально провела там всю ночь? – Решительно отвела её руки в стороны и взялась за бегунок.
Джин явно слышала ее шаги, потому что даже не дёрнулась.
– А не заметно? – Она недовольно фыркнула, но руки всё-таки опустила.
Прозвучало вполне внятно. Как будто она и не пила…
– Ну и зачем? – Марго осторожно высвободила тёмные волоски из зажима и потащила бегунок вниз.
