Секста / Sexta - страница 2

Мужчина из крайнего купе заставил себя выйти из вагона и уткнуться лицом в стекло, считая столбы в тамбуре. Он смотрел, но не видел ничего перед собой. Всё от нервов, волнения.

Фонари, свет, стук сердца. Мир существует? Или уже нет?

Дверь за спиной открылась. Мужчина заставил себя не поворачиваться сразу. Сделал вид, что курит. Выждал несколько секунд.

Дверь снова хлопнула, соседняя, переходная.

Мужчина повернулся, подошёл и посмотрел в стекло двери-перегородки. Взгляд упал вслед спешащей паре по коридору: мужик лет сорока и ребенок лет семи-восьми. Девочка. С косичками. На щеке в свете подсветки мелькнула то ли слеза, то ли слюна, то ли ещё какая жидкость. Отсюда не разглядеть.

Родитель не дал рассмотреть важную деталь. Он дёрнул за дверь своего купе и затолкал уже не упирающуюся девчушку внутрь. После чего плотно закрыл дверь.

Не смотря на жару, мучитель скрывал важное. Эта большая и чёрная тайна оставалась внутри купе рядом с ним. Возможно, рядом с ничего не подозревающими людьми. Может, даже рядом с женой. Может, рядом с другим ребёнком.

Этого нельзя узнать, пока не наберёшься смелости и не войдёшь в купе. А там – вопросы, крики, драка. И… полное отрицание произошедшего.

Глядя им вслед, мужчина понял, что скрипит зубами. Стараясь не предпринимать поспешных решений, и унять гнев, он зашёл в туалет за уликами. Склонился над унитазом на корточки. На ободке ни следа мочи. Но большая белесая капля виднеется почти у самого края.

Не всё стёр!

– Сука, – обронил мужчина и быстро вернулся в родное СВ.

Там он склонился над спутником в стеклянных чёрных очках, приподнял их. Отсвет в окне обозначил открытые глаза. К этому не легко привыкнуть. Но так паж спит всегда.

Так выучил не он, но совсем другие люди в особых подразделениях.

– Тень, – произнес мужчина спутнику, и вернул очки на острый нос.

Они не от зрения. Носит, чтобы скрывать лицо. Не мелькать на камерах. Все что надо он и так видит.

Главное – быть незаметнее. Меньше деталей – больше скрытности.

Спутник напряг пресс, поднялся. Присел. Глядя, как мужчина включил свет и достает с верхней полки рюкзак, даже поморщился:

– Что?

Вернувшийся не ответил. Лишь дрожащие на замке руки обозначили сильное волнение. Достал из недр сумок чёрный ежедневник, кинул на стол.

– Весь во внимании, – ответил паж тут же, безотрывно глядя на кожаный переплёт, как собака на кость в руках человека.

– Там… – начал мужчина, кивнув в сторону туалета, но голос пропал.

В горле пересохло. Он никак не мог выдавить это слово.

– Не торопитесь, Хозяин. Опишите.

Свидетель достал ручку, распахнул дневник на середине страниц. И не обращая внимания на закладку, начал быстро писать на свободном листке всё, что видел: параметры тела, обстоятельства ситуации, приметы, что успел разглядеть.

И главное – номер купе.

После чего резко закрыл дневник и протянул со словами:

– Действуй, Тень.

Спутник снял очки, неторопливо взял и открыл дневник и впился глазами в строки.

– Что ж, я понял, – добавил он. – После чего закрыл чёрный дневник и положил обратно на стол. – Что нужно сделать с ребёнком?

– С ребёнком? – переспросил хозяин. – А если семья?

– А если не семья? – в свою очередь спросил паж.

Секунда на раздумье. Другая.

– Пристроить в хорошие руки, – добавил хозяин.

– Это потребует некоторого времени, – прикинул исполнитель. – Я не смогу сопровождать вас в городе.

– Я справлюсь без тебя… Ей нужнее.