Читать онлайн Валерий Стрижов - Тоска зеленая
ТОСКА ЗЛЕНАЯ.
Глава первая, в которой Вал не чает выкурить люльку покою, а системные сообщения являются сущим наказанием
Нет, вы посмотрите, какая ночь окаялась за оконцем! И не ночь вовсе, а какая-то пучеглазая образина. Месяц — как болячка на гноище, пялится в мутное стекло шинка, а тень от него, чёрная, харкающая, лезет по глиняной стене, точно таракан усатый. Вал сидел за дубовым столом, исцарапанным ножами так, что на нём и кружку не поставить ровно — всё норовит съехать, словно сама посуда от страха шарахается.
— Эй, человече! — крикнул Вал шинкарю, но голос его пресёкся, потому что перед глазами, прямо на воздухе, проступили буквы. Не святые, не писанные чернилами, а мерзкие, маслянисто-зелёные руны.
[Системное предупреждение]
*Ваш уровень «Голод» снижен до -3.*
Внимание! Параметр «Рассудок» флуктуирует.
Эффект локации: «Чёртово болото» — активен.
— Ишь, наколдовали, — буркнул Вал, сплюнув в сторону. — Не было печали, так черти систему подсунули. Прежде, бывало, просто боишься, что упырь за порогом сопит, а нынче — извольте радоваться — само небо тебе цидульки шлёт, сколько сала в желудке осталось.
А было Валу от роду тридцать два годка, косая сажень в плечах, лицом суров, с залысинами, что лесом горелым пахнут. Сапоги — бывшие чьи-то, штаны — бывшие чьи-то, а шапка — и вовсе из шкуры той твари, что в прошлом рейде сама его шапкой чуть не задушила. Люфт? Какой там люфт! Тут бы душу не вылуфтить.
Он провёл шершавым пальцем по татуировке на запястье — там, где у цивильных людей вена синяя, а у него горела мини-карта.
Полоса здоровья: 47 / 120.
Полоса выносливости: 12 / 80.
Эффект: «Гнилая лихорадка» — каждую минуту теряете 1 HP.
— Оказия, — констатировал Вал и, достав кисет, начал набивать люльку. Но табак оказался сырым и пах не травой, а могильной прелью. Только он поднёс огниво, как дверь шинка распахнулась с таким хряском, будто сама Пресвятая Богородица закричала не своим голосом.
На пороге стояла... Да что там стояла! Тряслось. Нечто в бабьем платке, с лицом, похожим на печёное яблоко, кое объели черви. Оно как заверещит голосом тонким, будто комар над ухом:
— Вал-а-а! Квест просрочен! Твою мать, Вал, сдай мне «Гнилую печень болотника»!
А под верещанием этим системным:
[Проклятый квест «Тихие стоны топи»]
Время истекло!
Награда аннулирована.
*Штраф: +15 ед. Скверны.*
Вал перекрестился. Не системно, а по-настоящему, с размахом, как батюшка учил.
— Чтоб ты подавилась своей печенью, дохлая кукла, — сказал он спокойно, выбивая люльку об край стола. — Я эту харю ещё третьего дня в болоте утопил. Значит, не печень ей нужна была, а чтобы я там, в трясине, свои глаза оставил.
И тут шинок — ахти мне! — начал меняться. Стены выгнулись пузырями, половицы потекла смолой, и та самая баба-нежить, отряхнув платок, превратилась в столб зелёного света. Свет этот лез в уши, в нос, за пазуху, и высвечивал на теле Вала то, чего он прежде не замечал.
Прямо на груди, поверх рубахи, горели руны:
[Ваш класс: «Отщепенец. Уровень 4».]
[Доступно умений: 2.]
[Слот для легендарного предмета: ПУСТО.]
— Ах вы ж, гады, — прошептал Вал, чувствуя, как холодок, словно мышь под рубахой, забирается под лопатку. — В игрушку меня превратили. Буквы на мне растут, уровни... А где же совесть? Где душа? Где тот простой страх, когда в полночь в дверь стучат, а ты не знаешь — попадёшь в рай или прямиком в логово босса?
Он встал. Кости хрустнули, как сухарики в руке у пьяного дьячка.
И вдруг из угла, из-за бочки с солёными рыжиками, вылез Первый Моб. Обычная такая тварь — как кусок гнилого теста, но с глазами. Пять глаз. И все пялятся на Вала, и из каждого течёт уведомление:
[Моб «Сгусток Бездны» Уровень 2]
Атакует!
— Ну, здравствуй, харя системная, — молвил Вал и, недолго думая, сграбастал со стола вилку — ту самую, трёхзубую, которой он час назад ковырял печёную картошку.
Вилка засветилась.
[Вы активировали умение «Кухонное шаманство» (ранг F)]
*Урон: 1-3 + ярость.*
— Да пропади ты пропадом, — сплюнул Вал и ткнул вилкой прямо в центральный глаз сгустка.
Тварь взвизгнула системно:
*-2 HP! Критический эффект: «Заражение столовым прибором».*
И лопнула, обдав Вала тёплым, пахучим «лутом»: одна серебряная монетка, пол-литра болотной воды и... пустой флакон из-под водки.
Вал поднял флакон, понюхал.
— Эк, — сказал он с горечью. — Не житьё, а сплошная механика. Ни тебе чуда, ни тебе молитвы. Вместо благодати — резист от магии; вместо греха — накопление скверны. И я, как дурак, иду по этому тракту, потому что мне навигатор в мозг встроили, а обратный путь — сервер недоступен.
Он накинул на плечи дырявый бушлат, сунул за голенище ту самую вилку и вышел в ночь. За порогом его ждало болото. Пузыри лопались на трясине с отчётливым поп-апом, ветер нёс не запах цветов, а невидимого врага-дебаффер, а на небе, вместо месяца, висело огромное окошко:
[Третий этап. Осталось 43 выживших.]
Цель: не умереть от ужаса.
Штраф за отказ: вечные муки совести (с возможностью апелляции).
— Ну что ж, — молвил Вал, нахлобучивая шапку, и зашагал по хлипким клавишам кочек, — будем прокачиваться. Вилами против шерсти, зубами против системных сообщений. Ибо сказано в Писании: не бойся числа звериного, бойся, когда логи твои заместо молитвослова станут.
А впереди, в тумане, уж светились чьи-то злые красные маркеры, и оттуда доносился не то звон цепей, не то механический глас:
— Фармите, дети мои. Завтра патч.
Глава другая, в которой Вал не находит ни дров, ни покоя, а болото плодит уведомления
Идти по клавишам кочек — дело, скажу я вам, тонкое. Ступишь влево — получишь штраф к координации, ступишь вправо — выскочит *[Моб: Корень-душитель. Уровень 3]* и начнёт читать свои системные стихи. Вал же шагал с осторожностью человека, который давно уже не верит ни в Бога, ни в чертей, а верит только в полосу выносливости, которая на его запястье горела уже тускло-алым.
— Эх, — молвил он, присаживаясь на замшелую корягу, что из трясины торчала, словно гнилой зуб из дёсны. — Нет бы тебе, болоту, просто трясиной быть. Ан нет — изволь плясать под дудку интерфейса.
Он разулся. Сапоги — срам глядеть — стали показывать состояние:
[Сапоги бродяги (Поношенные)]
Защита: 2
*Прочность: 3/15*
Особое свойство: при каждом шаге есть 10% шанс издать звук, похожий на выстрел из аркебузы.
— Тьфу ты, напасть! — сплюнул Вал. — Раньше сапоги просто дырявились, а нынче — стреляют. Идешь себе тихохонько, а они — бах! — и вся нежить, что на версту кругом, уже смотрит на тебя как на обеденный стол с приборами.
Он достал из кармана ту самую серебряную монетку — лутоную, мерзкую, с выбитым на ней не портретом государя, а [ID игрока: NecroHunter777]. Повертел её, хмыкнул.
— Не монета, а сущий вздор. Ею, поди, и свечку не купишь, потому что системная лавка, видите ли, требует не серебра, а кристаллов души. А где ж их взять? Душа у меня одна, и та, кажись, на дебафф «Уныние» поставлена.
И тут болото зашевелилось. Да не так, как обычно — не ветерок по осоке, не лягушка квакнет. А зашевелилось оно механикой. Из топи, с хлюпаньем и присвистом, полезли сразу три поп-апа:
[Системное событие: «Ночная фида»]
*Голодные мобы получают +50% к скорости.*
Ваш скрытый параметр «Запах свежатины» превышает допустимый порог.
Внимание! Обнаружено приближение:
[Злой дух «Бездонный Гарбуз» Уровень 5 (Элитный)]
Квест автоматически принят: «Ужин наоборот»
Описание: Вы выглядите как еда. Докажите, что это не так.
*Награда: 200 единиц опыта + случайный предмет из категории «Неприличное».*
Штраф за смерть: ваша плоть будет использована для генерации новой локации «Коптильня».
Вал даже не перекрестился. Рука не поднялась. Система, видите ли, блокирует «эмоциональные жесты, не предусмотренные геймплеем».
— Окаянные, — выдохнул он и выхватил из-за голенища вилку.
И тут из трясины вылезло Оно. Гарбуз — а вы только не смейтесь — был величиной с добрую бочку, из которой пан на Рождество огурцы солёные достаёт. Но вместо огурцов у него изнутри, сквозь треснувшую корку, торчали не семечки, а чьи-то пальцы. Один глаз — зелёный, системный, мигает часто-часто, а второй — заплатан куском интерфейса: [Ошибка 404: Зрачок не найден].
— А ну, иди сюда, витамин, — прохрипел Вал, пятясь. Но пятаться некуда — сзади трясина, слева — зона повышенной агрологии, справа — куст, который, как показало прицеливание, тоже являлся [Моб: Куст-диверсант].
Гарбуз запел. Да, он запел мерзким, писклявым голосом, синхронизированным с системными уведомлениями:
— Ва-а-ал, вку-у-усный Ва-а-ал! Запекись, посоли-ись!
И покатился на него. Тяжело, утробно, с такой скоростью, что земля задрожала, а из ям повыскакивали уведомления о *[Локальном землетрясении: -1 к меткости]*.
Что делать? Вал вспомнил вдруг бабкины сказки. Не те, что нынче в электронных гримуарах пишут, а настоящие, хатние. И сделал то, чего от него система никак не ожидала.
Он присел. Раз — и поднырнул под катящийся Гарбуз, а со всего маху ткнул вилкой не в глаз, а в ту самую кнопку «Ошибка 404», что заплатой висела на месте второго глаза.
[СКРЫТОЕ УМЕНИЕ АКТИВИРОВАНО!]
«Эксплуатация бага» (Ранг F, скрытое)
Вы нашли системную дыру в строении элитного моба.
Эффект: критический сбой. Моб теряет 100% HP и превращается в...
Гарбуз взорвался. Не мякотью, не семечками, а потоком лута. Из него посыпались: три пустых флакона, один ботинок левый (без пары), кусок сырой печёнки (человеческой, по виду), и... скрижаль. Маленькая, дубовая, с выжженными рунами.
Вал поднял скрижаль, не веря своим глазам. А скрижаль — не простая, а [Учебник заклинаний: «Слово о полку Игоревом, переведённое на язык болотной нежити»].
— Боже ж ты мой, — прошептал Вал. — Магия. Самая что ни на есть настоящая, только кривая и пьяная. Ну, была не была. Он раскрыл книгу, и буквы с неё тут же впитались в ладонь, засветившись под кожей синим, болезненным светом.
Вы изучили заклинание: «Сглаз через плевок» (Ранг E)
*Эффект: противник получает -3 к удаче и начинает видеть галлюцинации в виде собственной матери, укоряющей его за неправильный выбор профессии.*
Стоимость: 10 единиц рассудка.
Перезарядка: пока не вспомните своё отчество.
— Отчество моё — Иваныч, — молвил Вал, сплюнул в сторону для пробы, и в том месте, куда попала слюна, вырос маленький, чахлый [Цветок мести]. Цветок тут же завял и показал уведомление: *-2 HP. За что?*
Ночь тем временем становилась гуще. Небо затянуло не тучами, а системным сообщением:
[Смена погоды через 3 минуты]
«Ливень из червей»
— Эге, — крякнул Вал, натягивая шапку глубже. — Вот тебе и survival horror. Не ты боишься мобов, а мобы боятся, что ты им баги откроешь. Не ты копишь опыт, а опыт копится на тебе, как грязь под ногтями.
Он побрёл дальше, ощущая в правой руке тепло вилки, а в левой — мерзкое покалывание новой магии. Система вокруг него гудела, как улей в пору медосбора, и каждое уведомление звучало в голове глухим, похоронным колоколом.
И вдруг из тумана выступила фигура. Человеческая. В рваной рясе, с лицом, исполосованным системными шрамами — поверх щёк, носа, лба горели строки кода.
— Привет, фармер, — прошелестела фигура. — Не хочешь продать душу за премиум-статус? Безлимит на сохранения, три слота под артефакты. И гроб — красное дерево — в подарок.
Похожие книги
Д'Артаньян видел, как шпага приближается к нему с черепашьей скоростью. Он видел удивление на лице противника, который не понимал, почему его рука двигается так медленно. И он, подчиняясь внутреннему импульсу, отвёл клинок в сторону и нанёс ответный удар — лёгкий, почти невесомый, но точный. Противник вскрикнул, выронил шпагу и схватился за плечо, из которого тонкой струйкой потекла кровь. «Это. . . это колдовство. — прошептал он, глядя на Д'Артаньяна с ужасом и ненавистью. — Вы колдун, сударь. »«Я, сударь, — ответил Д'Артаньян, убирая шпагу в ножны с таким видом, будто ничего необычного не произошло, — просто человек, у которого есть хорошие друзья и немного удачи.
Бывают темы, как будто лежащие на поверхности, но в то же время изученные слабо. Сколько страниц мировой литературы посвящено сиротам – не счесть. Писали о детях без отцов и/или матерей древние и средневековые авторы, за ними – Чарльз Диккенс и Роальд Даль, Астрид Линдгрен и Ханс Кристиан Андерсен, Вениамин Каверин и Корней Чуковский, пишут о них и современные авторы. Чем вызван такой интерес к архетипу сироты. Как эволюционировал этот образ за несколько веков. Какие ценности транслируют «История Тома Джонса, найдёныша» и «Голодные игры». Подобными вопросами задаётся автор книги «Гадкий утёнок, Гарри Поттер и другие.
Много лет сообщество «Погибшие ангелы» охотилось на Гвен Проктор, обвиняя в убийствах, совершенных ее бывшим мужем, ныне покойным маньяком Мэлвином Роялом. Теперь у «Ангелов» появилось новое оружие: вирусный тру-крайм-подкаст, который опять вытащил Гвен и ее семью на всеобщее обозрение – и снова подверг смертельной угрозе. Да к тому же еще возникает ФБР с сообщением: кто-то убивает врагов Гвен, оставляя «подпись», связывающую преступления с Мэлвином. Улики указывают на того, кого Гвен заподозрила бы в последнюю очередь, – Сэма Кейда, друга, мужчину, которого она впустила в свое сердце. По извращенной задумке преступника, для решающего столкновения ей нужно вернуться на Мертвое озеро.