Усобица - страница 2

Русские совсем обнаглели. Надо же иметь наглость явиться под стены замка и умудриться ранить нескольких его, барона Курта, людей. Странные эти русские. Там, где разумный человек признает власть и силу ордена, они с упорством сопротивляются. Барон видел в Литве русского боярина, в одиночку бросившегося на барона и его людей. Тогда он чудом остался жив. Маленький топорик русского боярина пробил латы и чуть было не добрался до ребер барона. Русского витязя кнехты взяли на копья, но, даже раненный, он умудрился зарубить двоих и еще тяжело ранил одного кнехта. Из того похода пригнали сто двадцать голов крупного рогатого скота и четыре десятка пленных. Это была доля барона в награбленной добыче. А сколько съедено было овец… Тощие кнехты отъедались на несколько лет вперед.

Кони у русских боярских детей отличные, очень кстати придутся. Нынче все воины барона будут на конях, а доспехи боярских детей продать можно и получить очень хорошую цену за них. Это для рыцарей доспехи делают индивидуально, а русские доспехи универсальны, их легко можно подогнать под любого.

Барон с усмешкой смотрел, как его воины выезжают из ворот, и тяжелые, привыкшие к битвам кони набирают разбег. Русские бросились наутек, погоняя лошадей, изредка оборачиваясь и бросая стрелы. Впрочем, большого урона стрелы не наносили. Лишь парочка всадников вылетела из седла, сбитые стрелами.

Из леса выехали двое саней, возницы правили навстречу убегающим русским. Курт почувствовал холод в груди. И виной тому не был легкий морозец, а предчувствие надвигающейся беды. Что заставило барона так подумать, он не расскажет уже никому. Барон Курт фон Хольц был отброшен со страшной силой назад и упал с высокой стены во двор замка. Рогатый шелом при падении сорвало с головы барона, и подбежавшие оруженосцы увидели на лбу барона сочившееся кровью маленькое отверстие, но стрелы, поразившей хозяина, не было! От этого молодые оруженосцы пришли в ужас, упав на колени, они стали истово молиться. Из оцепенения оруженосцев вывели валившиеся со стены, словно переспелые яблоки, мертвые воины барона. За стенами замка раздался страшной силы гром. Лишь однажды оруженосцы слышали подобные раскаты грома, когда в одном из походов стреляло адское орудие, бросавшее каменные ядра. Подобное дьявольское орудие барон прошлым летом купил за огромные деньги, но стрелять из пушки никто не умел, потому пушка сиротливо стояла на площадке башни.

Казалось, конная лава ливонцев накатывала огромной плотной массой, внушающей ужас, но на самом деле их было не больше полутора десятков. Расстояние между Лукой и преследователями стремительно сокращалось. Боярский сын приказал холопам попридержать лошадей, будто бы они выбились из сил.

Княжеский холоп Неждан, парнишка лет двенадцати-тринадцати, в тулупе с чужого плеча, успел выпрячь коней из саней и, как было велено, отвел их в сторону, глядя во все глаза на проскакавших мимо княжеских воинов во главе с воеводой. Пушечный наряд суетился у орудий, поправляя наводку. Тут раздался страшный гром, и все заволокло густым дымом. Сани отбросила назад неведомая сила. Они врезались в ряды зазевавшихся воинов, калеча лошадей. Княжий холоп Прошка, весельчак и балагур, вскинул лук, и тетива запела звонкую песню. Каленые бронебойные стрелы пробивали латы ливонцев на раз. Рядом метали стрелы Гришаня со своим товарищем Третьяком – лучшие стрельцы, после командира лучников.