Временщики - страница 2

Мужчина подошел к троице и спокойно спросил:

– Удобно ли вам пройти со мной?

Все трое синхронно кивнули. Он слегка поклонился, развернулся и повел их в сторону главного административного здания страны. Без слов, без охраны – просто шли. Ни спешки, ни оглядки. Его походка оставалась той же: размеренной, уверенной.

Инопланетяне следовали за ним безмолвно, с той же отстраненной невозмутимостью. Люди расступались сами. Кто-то делал шаг назад, кто-то лишь медленно поворачивал голову, провожая их взглядом. Никто не решался заговорить. То же происходило и в остальных городах с незначительными отличиями. Где-то путь пролегал через центральную площадь, где-то – вдоль правительственного квартала. Везде – одинаковое молчание.

Люди не выкрикивали лозунгов, не снимали видео впритык, не толпились. Наблюдали. Молча. В напряженной тишине, в которой слышались только шаги по асфальту и отдаленный шелест ветра; казалось, сама реальность сделала паузу. И лишь когда двери административных зданий, тяжелые, массивные, закрылись за последним пришельцем, толпа понемногу начала оживать. Не сразу, сначала были движения головы, обмен взглядами, короткие фразы шепотом. Потом – уже громче.

Журналисты, сбивчиво и неуверенно, пытались передать происходящее в прямой эфир. Их голос дрожал, словно они сами не верили в то, что сейчас увидели. Операторы зумировали пустые входы, словно надеялись, что кто-то вернется. Блогеры, напротив, разразились потоком версий. Телефоны в руках дрожали; лица были возбуждены.

Захват разума, тайный план мирового сговора, инопланетный ультиматум, иллюзия – версии сыпались одна за другой. Кто-то шутил намеренно резко, будто проверяя границы допустимого, другие паниковали и призывали всех бежать, пока не поздно. В комментариях вспыхивали споры, цепочки сообщений вырастали вглубь, как корни. Площадь не пустела. Люди все прибывали, будто надеясь, что это только начало. Они приходили семьями, в одиночку, группами. Просто стояли. Кто-то фотографировал здание. Кто-то искал в небе знаки. Кто-то молился. И все ждали.

Прошел час. Площадь не опустела. Люди стояли, сидели на ступенях, переговаривались шепотом, следили за экранами телефонов. Периодически появлялись сообщения – неофициальные, противоречивые. Кто-то ссылался на источники в министерствах, кто-то утверждал, якобы слышал переговоры через закрытую линию. Но официальных заявлений все не было.

И вот – движение у подиума. Камеры повернулись почти синхронно. На площадку перед микрофонами вышли чиновники. Несколько человек с напряженными, но сдержанными лицами. Без привычной уверенности, без заученных улыбок. В костюмах, но без галстуков – спешка или знак уместности. Среди них – глава правительства, пресс-секретарь, советник по внешней политике. Они не обменивались репликами. Только короткие взгляды. Один шаг вперед, дыхание, и голос в микрофон…

– Мы хотим обратиться к народу нашей страны и к народам других государств с официальным заявлением, – начал тот медленно, с паузами, будто проверяя каждое слово. – Нами было принято решение согласиться с условиями, озвученными посланниками Осознанной Вселенной, – он замолчал, дав фразе осесть в воздухе. – Мы понимаем, насколько необычно и тревожно может звучать сама формулировка. Мы также понимаем, что общество ждет объяснений – конкретных, рациональных, понятных. Мы готовы их предоставить, в том объеме, в котором это сейчас возможно.