Читать онлайн Ольга Дашкова - Звезда для Капитанов

– Леон, ты там еще жив или уже сдох от скуки?

Голос Марка в наушнике звучал так, будто он стоял прямо за спиной, а не в противоположном конце корабля. Леон Хард даже не повернул головы и продолжал смотреть на главный экран, где уже третий час висела одна и та же пустая карта сектора.

– Если бы я сдох, ты бы узнал об этом первым, Астра давно грозится включить по этому поводу траурный марш.

– Подтверждаю, капитан, – отозвался из-под потолка спокойный женский голос. – Марш выбран, громкость выставлена на максимум, ждем только повода.

– Вы оба меня не цените, – обиженно протянул Марк. – Я тут единственный, кто вносит в нашу жизнь хоть какое-то разнообразие, а мне в ответ – похоронная музыка.

«Вега-3» шла по своему участку патрулирования почти восемь месяцев, и за все это время им не поступило ни одного вызова. Ремонтно-спасательное судно, два человека на борту и искусственный интеллект, который иногда говорил больше, чем оба капитана вместе взятые.

За эти месяцы Леон изучил каждую царапину на панели управления и мог бы с закрытыми глазами нарисовать карту сектора. Включая три астероида, которые Марк в приступе тоски назвал именами своих бывших подружек и теперь регулярно передавал им приветы.

– Говори, что у тебя, или я отключу связь и впервые за неделю посижу в тишине.

– Шаттл, капитан, сильно поврежден, но сигнал еще идет. Слабый, как пульс у нашего кофейного автомата, но дышит, координаты я тебе уже скинул.

Леон открыл данные, и почти на самом краю их зоны загорелась маленькая красная точка. До ближайшей станции отсюда около четырех месяцев пути, так что, если на шаттле кто-то выжил, забирать его все равно придется им.

– Сколько человек было на борту?

– По манифесту двенадцать, обычный пассажирский рейс. Системы показывают одного живого, может, двоих, если второй еще не отключился окончательно.

– Понял тебя, идем на сближение, стыковку будешь делать сам.

– Ты это слышала, Астра? – оживился Марк. – Капитан доверил мне стыковку, запиши этот день в бортовой журнал, а лучше выбей на обшивке.

Леон поднялся с кресла, и костюм привычно натянулся на его широких плечах, плотно облегая их, как вторая кожа. Он привык к тому, что на корабле почти ничего не происходит, а Марк привык к тому, что Леон отвечает коротко и почти никогда не повышает голос, даже когда очень хочется.

В темном стекле иллюминатора на мгновение отразилось его лицо: короткие темные волосы с проседью на висках, тяжелая челюсть, плотно сжатые губы. Тридцать восемь лет, из которых почти двадцать прошли среди чужих обломков и сигналов бедствия, научили его не ждать от космоса ничего хорошего.

– Астра, подготовь шлюз и медотсек. Возможно, у нас будет один пострадавший.

– Принято, капитан, медотсек готов, а температура в жилом отсеке повышена на два градуса. Я также нашла в архиве инструкцию по общению с выжившими и рекомендую пилоту Эйвери внимательно изучить ее первый пункт.

– И что там написано? – тут же поинтересовался Марк.

– Там написано «не шутить», – невозмутимо ответила Астра. – Пункт выделен жирным шрифтом, думаю, его составитель был знаком с кем-то вроде вас.

Астра была на борту с самого начала, не слишком разговорчивая, но и далеко не молчаливая. Иногда Леону казалось, что она нарочно выбирает моменты, когда лучше промолчать, и так же нарочно их упускает.

* * *

Шаттл действительно выглядел плохо, гораздо хуже, чем обещали сканеры. Корпус был вскрыт в нескольких местах, один двигатель почти оторван, а шлюз заклинило так намертво, будто его заварили изнутри.

Марк мягко и точно подвел «Вегу» к поврежденному борту с той ленивой небрежностью, которая дается только хорошим пилотам. Он закинул на плечо тяжелый резак, защелкнул шлем и окинул обшивку шаттла долгим оценивающим взглядом.

– Красиво их кто-то потрепал, – протянул он, разглядывая черные подпалины на корпусе. – Если бы это была авария, то я бы оказался балериной и выступал по выходным на Марсе.

– Режь молча, балерина, разбираться будем потом.

Леон вошел первым, Марк последовал за ним, освещая путь фонарем. Внутри пахло горелой проводкой, кровью и чем-то сладковатым – так всегда пахнет, когда системы жизнеобеспечения работают на последнем издыхании.

Большинство пассажиров так и не успели добраться до скафандров и остались там, где их застала разгерметизация. Леон шел мимо, не останавливаясь и глядя только вперед, потому что давно научился отключать в себе все, что мешает работать.

В медицинском отсеке шаттла было темно и тихо, лишь у дальней стены горел единственный зеленый индикатор. Он принадлежал криокапсуле, и при виде нее Леон невольно замедлил шаг.

Капсула была нестандартной, старого образца, явно поставленная сюда отдельно от остального оборудования. Кто-то очень хотел, чтобы выжил именно этот человек, и, судя по остальным пассажирам, на всех остальных ему было глубоко наплевать.

– Открывай, только осторожно.

Марк хмыкнул, но спорить не стал и набрал на панели аварийный код. Крышка с тихим шипением отъехала в сторону, облако холодного пара медленно рассеялось, и внутри капсулы оказалась женщина, на которой не было абсолютно ничего.

Длинные светлые волосы разметались по подголовнику, высокая полная грудь вздымалась ровно и глубоко. Кожа была светлой и почти чистой, без синяков и ссадин, и только на правом бедре виднелся тонкий, уже почти затянувшийся шрам.

Длинные ноги были слегка раздвинуты, темные соски напряглись от холода, а по гладкой коже бежали едва заметные мурашки. Леон смотрел на нее дольше, чем следовало, и прекрасно понимал, что капитану спасательного судна не пристало так разглядывать пострадавших.

– Ну ни хрена себе, – тихо выдохнул Марк. – Капитан, я восемь месяцев молился о разнообразии, но, кажется, там, наверху, меня поняли слишком буквально.

– Заткнись, Марк, и проверь показатели.

Женщина открыла глаза, и оба мужчины одновременно замолчали. Серые глаза сначала были мутными, словно подернутыми дымкой, но взгляд быстро прояснился и стал неожиданно внимательным.

Она посмотрела на Леона, потом на Марка, потом снова на Леона, словно выбирая, с кого начать. Губы зашевелились, и голос прозвучал хрипло и слабо, но на удивление низко для такой хрупкой на вид женщины.

– Где я… что… что произошло?

– Ты на борту спасательного судна «Вега-3», и из всех пассажиров шаттла выжила только ты. Как тебя зовут?

Она медленно и долго моргала, а потом нахмурилась, как будто вопрос оказался слишком сложным. В серых глазах мелькнуло что-то похожее на растерянность, но оно исчезло раньше, чем Леон успел это заметить.

– Я… я не знаю, как меня зовут, я… ничего не помню. Я…

Марк тихо присвистнул, но Леон даже не отвел взгляда от ее лица. Слишком спокойно она это сказала для человека, который только что потерял самого себя

– Совсем ничего?

– Совсем, – девушка провела языком по пересохшим губам, и ее голос зазвучал чуть увереннее. – Помню, что было очень холодно и кто-то кричал, а потом наступила темнота, и даже имени после нее не осталось.

Леон коротко кивнул, принимая ответ, хотя внутри у него что-то неприятно кольнуло. За двадцать лет он вытаскивал людей из самых разных обломков, но никто из них не смотрел на своих спасителей так, будто это они попали к ней в капсулу, а не наоборот.

– Вытаскивай ее, Марк, только аккуратно.

Марк уже протянул руки, ладони легли ей под лопатки и под колени, и он поднял ее легко, словно она ничего не весила. При этом его взгляд опустился вниз и задержался там, где задерживаться точно не стоило.

Леон заметил это, и его голос прозвучал тихо, но с той интонацией, которую Марк за три года научился безошибочно распознавать.

– Марк, глаза выше.

– Да ладно тебе, капитан, – буркнул тот, но все же поднял взгляд. – Я же не слепой, а в инструкции про «не смотреть» ничего не сказано, там только про «не шутить».

Девушка не дернулась и не попыталась прикрыться. Она посмотрела на Марка долгим спокойным взглядом снизу вверх и тихо произнесла, словно речь шла о погоде.

– Можешь не отворачиваться, мне совершенно все равно.

Марк на секунду замер, потом хмыкнул и понес ее к шлюзу с таким довольным видом, словно выиграл в лотерею. Леон шел следом, не говоря ни слова, и мрачно думал о том, что четыре месяца – это очень, очень долгий срок.

* * *

В медотсеке «Веги-3» Астра уже включила мягкий свет и подготовила кушетку. Марк уложил девушку бережно, с осторожностью, которой Леон за ним прежде не замечал.

Она тут же попыталась сесть, но руки задрожали, и ей пришлось опереться на локти. Леон набросил на нее тонкое одеяло, но поправлять его она не стала, лишь переводила взгляд с одного мужчины на другого.

– Астра, проведи полное сканирование.

– Начинаю, капитан, – ответил ИИ. – Жизненные показатели стабильны, легкое обезвоживание, следы длительного криосна, физических повреждений, угрожающих жизни, не обнаружено.

– А память?

– Зафиксированы нарушения, скорее всего, временные, – Астра выдержала короткую паузу. – Также отмечаю, что пульс пилота Эйвери превышает норму на тридцать ударов, но, полагаю, с криосном это никак не связано.

Марк закатил глаза и пробормотал что-то о предательстве и о том, что однажды он обязательно перепрограммирует ей голосовой модуль. Девушка молча выслушала все это, а когда Астра закончила, тихо спросила, глядя на Леона:

– И сколько мне здесь быть?

– До ближайшей станции около четырех месяцев, если по пути не будет других вызовов.

Она медленно кивнула, словно примеряя на себя этот срок. Потом перевела взгляд на Марка, который стоял, прислонившись плечом к стене, и даже не пытался сделать вид, что смотрит куда-то еще.

– Ты все еще смотришь на меня.

– А ты все еще голая, – ответил Марк без тени улыбки. – Так что привыкай, на этом корабле нас двое, а теперь еще и ты.

– Марк, ты помнишь первый пункт инструкции?

– Помню, капитан, поэтому и не шучу, я абсолютно серьезен, как никогда в жизни.

Девушка слегка улыбнулась, едва заметно, одними уголками губ. Одеяло медленно соскользнуло с ее плеча, обнажив округлость груди, но она не спешила его поправлять.

– Эва, – вдруг сказала она, и оба мужчины одновременно повернулись к ней. – Кажется, меня зовут Эва Старк, я только что это вспомнила.

Леон наблюдал, как одеяло сползает все ниже, как она не торопится его поднимать и как Марк дышит заметно чаще, чем положено здоровому человеку.

Четыре месяца втроем на корабле, с которого некуда сойти, и девушка, которая не помнит о себе ничего, кроме имени, зато чертовски красивая.

Она уже смотрела на них обоих так, словно решала, кто из них первым подойдет ближе. Леону это совсем не нравилось, и еще меньше ему нравилось то, что ответ на этот вопрос он уже знал.

– Пилот Эйвери, позвольте уточнить, вы несете в медотсек завтрак или только делаете вид, что несете завтрак?

Марк замер посреди коридора с подносом в руках и поднял глаза к потолку, откуда донесся спокойный голос Астры. Этой ночью он почти не спал, и впервые за восемь месяцев причиной бессонницы была вовсе не скука.

– Я несу пострадавшей белки, углеводы и витамины, как и положено по инструкции. Можешь проверить, там наверняка есть пункт о заботе о выживших.

– Такого пункта нет, но я ценю твою фантазию, – невозмутимо ответила Астра. – Еще отмечу, что вы подровняли щетину и надели чистую футболку, а такое в последний раз случалось перед медицинской проверкой на станции «Гелиос».