Прошло три года. Смута кончилась, Москва отдышалась, у страны появился царь, и Антон думал, что заслужил спокойную жизнь: двор на Покровке, две лавки, артель возчиков, жена. А потом в приказ легло челобитье: будто он украл двести рублей с полтиною. Двести рублей — деньги немалые, но и не те, из-за которых ломают человека. Книги опечатывают, поручителей вяжут чужими дворами, по торговым рядам пускают слух, что счётчик кончился. Всё это стоит дороже украденного — и значит, дело не в деньгах. Кому-то очень нужно, чтобы Антон перестал быть человеком, у которого можно что-то спросить. И чтобы черновые тетради, которые он не сжёг три года назад, никто никогда не открыл.