Оливия Лейк читать онлайн

— Я не искал бабу, но не отказался, когда подвернулась. Я хотел развеяться. Встряхнуться. Думал, это поможет перестать злиться. Ты раздражаешь меня, Машка. Бесишь. Я не хочу развода, но я устал от такого брака. Я хочу рядом ту женщину, на которой женился, а не эту. . . — Да пошел ты. — Машка бросилась к выходу, но я поймал. — Пусти. — едва спас глаза от ногтей, когда вырываться начала, дубасить, куда попадет. — Пусти, сказала. Я подчинился, но был готов, что снова сорвется. Так и вышло. Только бросилась ни к выходу, а к столу. И схватила мой пистолет… — Не наводи оружие на человека, если не собираешься стрелять. — Уходи.

"Я не хотел терять семью, но не знал, как удержать. Меня так злило это, что налет цивилизованности смыло напрочь. Я лишился Мальвины своей, и в отместку сердце ее разорвал. Я не хотел быть один в долине потерянных душ. Эгоистично, да, но я всегда был эгоистом. " (В) "Вадим был моим мужем, но увлекся другой. Кричал, что любит, но явился домой с недвусмысленными следами измены. Не хотел терять семью, но ушел. Не собирался разводиться, но адвокаты вовсю готовят документы. Да, я желала бы встретиться с его любовницей. Посмотреть на этот «чудесный» экземпляр. " (Е) Простить нельзя, забыть. Простить, нельзя забыть.

— Сколько ему. — Ты знаешь. — Точно скажи, — Дима повернулся и припечатал взглядом, — до дня. — Два года три месяца и пять дней. Доволен. — Знала, что беременна, когда последний раз виделись. — Нет, — ответила поспешно. Слишком. — Не смей мне лгать. — ударил по рулю. Я вздрогнула, но не отвернулась: он не смеет мне что- то предъявлять. — Что тебе нужно. . — разозлилась я. — Три года прошло. У меня своя жизнь. — Это и мой сын, — напомнил бескомпромиссно. — Ну зачем он тебе. Ты женат. У вас ведь тоже родился ребенок. Расти его, а ко мне не лезь. Схватилась за ручку двери, хотела выйти из машины, но Дима не дал. — Это мой сын и ты тоже моя.

Мне тридцать шесть, все друзья женаты уже (ну или разведены); говорят, пора и мне остепениться: жениться не готов, да и не на ком, а вот постоянную любовницу нашел. Дашкова Ксения Анатольевна вполне сгодится: она меня заводит и не тупая — большего требовать грешно как-то. Да, я ее выбрал! Правда, она пока об этом не знала. Скоро узнает! История Кости и Ксюши. Можно читать отдельно!

Он: меня жгла, переполняла ненависть. Благодаря ей я выжил. Пять лет я ждал, чтобы отомстить: за смерть брата, слезы матери и горе отца. Меня лишили семьи, дома, свободы, но я вернулся и буду беспощаден. Никакого снисхождения. Я уничтожу своего врага и начну с его дочери. . . Она: я всегда жила в золотой клетке с тяжелыми, очень тяжелыми замками. Вышла замуж, чтобы вырваться из-под власти отца, но оказалась в руках подонка мужа. Я больше не ждала "завтра", пока не появился Он. Жесткий, властный, неприступный. Он похитил меня, чтобы я стала орудием мести. Он меня погубит. . . Содержит нецензурную брань.

Тихий шорох царапнул слух — я распахнула глаза: рядом с моим лицом упало три сотенных купюры. Триста долларов. Не поняла. — Спасибо за услугу. Это больше, чем ты стоишь, но я сегодня щедрый. — Да как ты. . — я задохнулась от злости. — Убирайся. *** Мы с сестрой не виделись двадцать лет. Мы абсолютно разные, но похожи, как две капли воды. Чтобы спасти отца я соглашаюсь на предложение занять ее место на полгода. Тогда я еще не знала, что стану добычей опасного хищника. Он хочет стать моим хозяином и господином. А я не хочу терять себя. Мне нужно бежать от него, но я не могу. Полгода я буду принадлежать ему. Его жена.

— И чего ты хочешь. — услышала голос мужа, мурчащий и довольный. — Тебя… — нежно ответила женщина. Я прижалась к стене, замерла, только сердце оглушительно билось, кровь в ушах звенела. Что происходит вообще. . — Женечка, любимый, так соскучилась по тебе. И день, и ночь с тобой быть хочу… — она целовала его, а он просто смотрел с холодным превосходством во взгляде. В машине я судорожно втянула воздух, дрожащими пальцами за руль схватилась. Мой муж мне изменяет. Я расхохоталась даже, поверить не могла. Телефон неожиданно завибрировал. Он звонит. Что же, отвечу. — Дина, мать твою, где ты была всю ночь. Почему телефон выключила.

Когда тебя, зеленую студентку-стажера, назначают главным редактором – это не манна небесная. «Это» оказаться в полной зависимости от нового босса – самодура и бабника. От меня требуют блюсти нравственность совершенно безнравственного Картера Трэвера! Только я и сама оказалась в плену его желаний. Шантаж, Ненависть, Страсть. Невыносимо, но можно. НАМ МОЖНО... Содержит нецензурную брань.

— Алина, нужно было рожать, когда возможность была. Муж неожиданно напомнил про аборт. Стало тошно. — Но ты же карьеру строила. Мы редко вспоминали о нашем непростом решении, совместном, но моей вины все же больше. — Я не хочу больше эко, чужих детей и нервов. Я люблю тебя. А дети: даст бог и хорошо. Нет и нет. У пар без детей есть другие возможности. — Какие например. — устало спросила. Арс пожал плечами. — Ты что-нибудь знаешь о свободных отношениях. — Что… Мой муж предложил нам обоим выбор, свободу и общение с другими людьми: женщинами… и мужчинами. Он был уверен, что это сделает наши отношения ярче. Только что это.

— Что это. — спросила у мужа, когда в очередной раз приехал из офиса поздно. От него пахло женскими духами, не сильно, едва-едва, но я заметила. Так же, как и помаду на белоснежной манжете. Свят, не успев скинуть брюки, повернулся и подошел: увидел пятно и закатил глаза. — У тебя паранойя, Ярина. — убийственный взгляд и поразительное спокойствие в голосе. — Это помада, Свят. — перешла на повышенные. — У тебя на рубашке чьи-то следы и женскими духами несет. — У меня была встреча с партнерами, с ними были женщины. Что здесь удивительного. Случайность, жена. — С тобой тоже была женщина. Раньше на подобные ужины и выезды он брал меня.

— У тебя снова командировка. — нахмурилась, встретив его в куртке и с чемоданом в коридоре. — Саша. — ждала ответа, но он молчал, только смотрел с какой-то странной безысходностью. — Саш, ответь. — сглотнула влажный ком, царапавший сухое горло. — Нет, Вер, не командировка. — А что тогда. — ошеломленно присела на пуфик. — Вер, Верочка… — Саша никогда не кусал губы, а сейчас медлил, а их грыз с остервенелой ненавистью. — Нам нужно какое-то время пожить отдельно, — прозвучало как сокрушительный удар под дых, как смертный приговор, великое горе. — Как это. — на одном дыхании. — Мне нужно подумать, Вера. Пожить одному.

‼ВНИМАНИЕ‼ Книга ранее выходила под названием "ГОСПОЖА ЭЙДЖВОТЕР=ХОЛЛА" Будьте внимательны, читайте аннотацию и ознаком. фрагмент. . — Габриэлла, давайте поговорим начистоту. Вы привлекаете его, интригуете своей манерой общения, не заглядываете в рот. Зак не может понять вас. А вот я понимаю, как женщина женщину. Вам льстит его внимание, его интерес. Перед некоторыми мужчинами невозможно устоять. Но как долго вы сможете оставаться такой. Он разгадает вас, приручит и сломает. И когда вы потеряете себя, он потеряет к вам интерес… Захария Денвер — загадочный, опасный, непостижимый мужчина, перед которым нельзя устоять.

— Никита, я не хочу, понимаешь. Не хочу быть… — осеклась на полуслове. — Быть использованной. — Так используй меня. — взорвался Вяземский. — Вот он я, — раскинул руки, — пользуйся. — Я не использую людей, — тихо проговорила. — Ой, ну как ты меня утомила. С такими высокопарными речами тебе в монашки нужно. — едко закончил. Щеки неожиданно обожгло. Этого циничного мерзавца нужно проучить. — В монашки не пойду, а вот замуж… — задумчиво прикусила губу. Нарочито медленно вынула шпильки из пучка, пока волосы тяжелым золотым облаком не упали на плечи и спину. — Женишься, тогда буду твоей. — Что. . — он рассмеялся, унизительно, с презрением в каждом звуке.