Амити - страница 8
В порту поднялся ветер и принес с собой резкий запах рыбы. Повсюду люди сновали вокруг огромных гор товаров: бочонки с зерном стояли открытыми для осмотра, большие бочки с сахаром и салом, меха, наваленные на платформы так высоко, что напоминали шкуру убитого чудовища. Оживление споров из-за цен постоянно росло, голоса становились громче, сливаясь в сплошной непрекращающийся гул, и к тому времени, когда мы добрались до парохода, все мои органы чувств подверглись такому натиску, что я едва соображал, что происходит.
Наш пароход внушал трепет: гладкий, окрашенный в красный и белый, он нес на борту имя: «Торжество». Капитан стоял на причале, засунув руки в карманы сюртука, и, когда подошел Тёрлоу, они тепло поприветствовали друг друга и сразу завели беседу, как старые знакомые.
– Боишься, Коулмен? – Флоренс стояла рядом, и мы смотрели, как по сходням на борт вели лошадей.
– Нисколечко, – ответил я, хоть этого и оказалось недостаточно, чтобы она перестала улыбаться.
– Может, сунешь ногу в воду? Вот увидишь – бояться нечего. В самом деле. Попробуй!
Понимаю, почему она так сказала. Среди наших соседей в Батон-Руже эта история стала почти легендой, и, как ни странно, своим происхождением она была обязана моей привычке причесываться. Совсем юным, мне еще не было и шестнадцати, я начал ухаживать за своими волосами. Оказалось, что усердная работа гребешком, несколько капель воды и немного взбитого сырого яйца позволяют мне расчесывать волосы на пробор почти как у самого мистера Харпера. Хотя делалось это ради моды, я думал, что таким образом сумею еще и приобрести расположение хозяина. Но хватило одного дня, когда мистер Харпер выпивал с приятелями, чтобы я осознал свою ошибку.
Мужчины собрались под дубом у небольшого пруда в городском парке, где состоятельные жители Батон-Ружа собирались по субботам, приветствуя друг друга и лениво общаясь между собой. К полудню они уже основательно напились и начали в шутку хвалить мою прическу, говоря мистеру Харперу, что мы с ним, наверное, братья, раз у нас такие похожие прически. Я попытался спрятаться в тени дерева, надеясь, что эти насмешки прекратятся, если я сумею стать невидимкой, но с течением дня шутки продолжались.
Мистер Харпер не смеялся. Он начал постукивать стаканом по столу, расплескивая виски.
– Коулмен, почему мы не видим, как твоя прическа похожа на мою, без твоего колдовства с гребешком? Ступай к пруду. Полей себе голову водой и как следует встряхнись.
Смех прекратился. Приятели просили его успокоиться, но мистер Харпер стоял на своем.
– Это была не просьба, – сказал он, наконец посмотрев на меня. – Я приказываю тебе. Немедленно.
Намочить волосы оказалось недостаточно, и тогда он приказал мне войти в воду по грудь, несмотря на мольбы остальных, и я испытал унижение и невероятный ужас, обнаружив, что пруд оказался довольно глубоким. Слишком глубоким для не умеющего плавать. Это ощущение трудно описать человеку, никогда не попадавшему в столь опасное положение. С тех пор я никогда не забывал звона, с которым он опустил стакан на стол, требуя добавки, даже не дав мне перевести дыхания и ступить на твердую землю. Больше я не отваживался делать такую прическу в его присутствии, но еще более серьезным оказалось то, что с тех самых пор я стал бояться даже самых мелких водоемов, о чем имел неосторожность по секрету поведать Флоренс на следующий день, даже не подумав, что спустя годы это будет использовано против меня. Но теперь девушка с наслаждением ставила других в неловкое положение. Она была готова на что угодно, лишь бы скрыть собственную боль.
Похожие книги
1866 год, Новый Орлеан. После Войны Севера и Юга рабство официально отменено, но для многих чернокожих ситуация не изменилась. Бывшие рабы, брат и сестра Коулман и Джун, остались жить у прежних хозяев, высокомерных Харперов… Спасаясь от послевоенной разрухи и надеясь разбогатеть на серебряных рудниках, хозяин отправляется в Мексику, прихватив с собой Джун, и оставляет Коулмана обслуживать его жену и дочку. Однако через два года от Харпера приходит письмо с требованием доставить хозяйку дома и ее дочь к мужу, и юноша сопровождает их на этом опасном пути. Дорога до Мексики оказалась долгой, а море и пустыня – одинаково безжалостными.
Действие романа разворачивается в Лондоне 1660-х годов и в начале двадцать первого века; в нем переплетаются истории двух женщин: Эстер Веласкес, беженки из Амстердама, ставшей писцом у слепого раввина незадолго до нашествия на Лондон чумы, и профессора Хелен Уотт, которая, несмотря на возраст и слабое здоровье, все еще горит страстью к истории. Когда бывший студент приглашает Хелен осмотреть тайник со случайно обнаруженными документами семнадцатого века, она привлекает в качестве помощника Аарона Леви, нетерпеливого, но обаятельного аспиранта из Америки, и приступает к последнему в своей научной карьере проекту: установить личность загадочного писца, подписывающегося лишь одной буквой «алеф».
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. Приладожье, IX век. По берегам рек, соединяющих Балтийское море с проходами к самой Византии, издавна живут и умирают, воюют и торгуют люди из самых разных племен: скандинавы, балты, финны и славяне. Древние верования, сказания и первобытные обряды создают захватывающую атмосферу, на фоне которой разыгрывается драма Ингигерд, дочери конунга, в одночасье потерявшей все: после захвата викингами торгового города Алдейгьи и убийства отца, девушка, чудом избежавшая плена, горит жаждой мести и ждет момента, чтобы осуществить возмездие.
О трагедии и огромных разрушениях, которые последовали после падения древней столицы ацтеков – прекрасного города Теночтитлана в 1521 году, написано большое количество текстов. Но все они были созданы для того, чтобы воспеть триумф завоевателей или приукрасить память о тех, кто выиграл эту войну. Хосе Леон Санчес создал литературную версию происшедшего от лица побежденного. Он хотел дать правдивую версию того, что на самом деле произошло во время осады столицы ацтеков. Герой его романа не имеет имени. О нём известно только то, что он с огромным мужеством выдержал все испытания, вызванные осадой города.
Hugh Mechta has hallucinations, and he is determined to find a cure for them. After visiting unhelpful doctors, he stumbles across Masha the Mystic and her advice to remedy his curious ailment. She determines that Hugh must connect with others. In the search to rid the theatre of his mind from projecting fanciful visions onto reality, Hugh meets an eccentric young girl whose hidden emotional agony mirrors the struggles of his own childhood. Unbeknownst to Hugh, this girl leads him down the path to understanding not only his hallucinations, but his past. Tasya is a story with hints of humor, traces of absurdity, and pinches of tragedy that all coalesce into the theme of letting go of the past and connecting with those in the here and now.
1899 г. Элизабет Дюкен вместе с женихом Ричардом отправляется в Нью-Йорк. Девушка пытается забыть о том, что сотворил с ней собственный дед, властный Гуго Ларош. Элизабет хочет вернуться к чете Вулвортов – своим приемным родителям и единственным людям, которые любили девушку, как родную дочь. Но во время путешествия через Атлантику страшный шторм забирает жизнь Ричарда. Вновь оставшись одна, убитая горем Элизабет ищет покоя и защиты. Сердце девушки рвется от терзаний. Ведь, пытаясь сбросить путы прошлого, она оборвала связь с Жюстеном, беззаветно дарившим ей свою любовь. Он нужен ей, как никогда прежде.