Читать онлайн Андрей Труш - Барсучий Паб

Суровый баркер, прихлебывая виски и прищурившись на бармена:**

– Вот, браток, сижу сейчас тут, а сам вспоминаю – сегодня у Ашана прикол был. Выхожу к своей тачке, гляжу – бородатый козел на Камри тележку бросил прям за моим бампером. Стоит, в машину грузится, даже не подумал убрать. Ну, думаю, щас просветлю. Подхожу, так спокойно: «Чувак, тебе лень, или память отшибло? Мне за тебя эту хрень в корзину отвезти?»

А он, понимаешь, оскалился, как шакал: «Сам и отвези!» Ну, я не спеша. Стою, курю, жду, пока он в салон ввалится. Как только движок завел – я его тележку аккурат за Камри его воткнул. Чтоб зеркала задние не видел. Сам к своей машине возвращаюсь, стекла чищу, будто невинный.

А этот тип… (баркер хрипло смеется) Врубил заднюю, грохнулся в тележку, колеса скрип – чуть ось не свернул. Выскакивает, красный как рак, глаза на меня пялит. Молчит, но по челу видно – кипит. Думал, наорет, но струсил. Плюнул, ругается, волокет тележку обратно в стойку. Возвращается мимо меня, весь трясется.

А я ему, глядя в глаза, как ножом: «Спасибо, дружище! Редкий нынче человек – отзывчивый!» Его аж затрясло, как под током. Повернулся, хлопнул дверью, газу дал так, что асфальт задымил. А я стою, ухмыляюсь. Вот, значит, как у некоторых совесть… через жопу включается.

Бармен, наливая ему еще:

– Классно вмазал. Надо бы тебе в учителя идти – воспитывать долбоебов.

*Баркер цокает языком, стучит стаканом по стойке, а за соседним столиком кто-то хрипло ржет, допивая пиво.*

Суровый баркер, перекосив рот в усмешке, допивает виски и ставит стакан со звоном:**

– Думаешь, концовка? Щас, братан, самое сладкое. Этот козел, как шальной, с дымом из-под колес рванул – да прямо под бок самосвалу, что на выезде стоял. Не успел моргнуть, как бахнулся в его железную жопу! Капот Камри – гармошкой, фары – в блестках, а бородач – лбом в руль, как мешок картошки.

Самосвал даже не дрогнул, водила высунулся, орет: «Ты чо, слепой, бля?!» А наш «герой» вылезет, весь белый, тележку-то свою бросил, а тут еще и с фуры ему вяжут. Я так и покатился – ржу, как конь. Вот она, карма, браток: сначала тележку задвинуть лень, а потом и в железяку въехать недолго.

Бармен фыркает, вытирая стойку:

– Теперь его Камри в мусорку превратилась.

Баркер хлопает по стойке, требуя еще:

– Ага. И тележки ему теперь до конца жизни сниться будут. И самосвалы.

Бармен так и не понял причём тут мотоциклы…

– Ну что, пацан, нальешь мне виски, или мне придется рассказывать эту историю на трезвую голову?

Бармен, понимая, что отмазаться не выйдет, наливает старый шот. Байкер хрипло смеется, залпом опрокидывает стакан и начинает:

– Было это под Воронежем. Лето, жара, асфальт плавится. Мы с корешами решили рвануть на юг, но мой «Харлей» – старенький Iron 883 – словил клин под Лисками.

– И что, встали?

– Ага. Только я не из тех, кто ждет эвакуатор. Увидел в деревне у дороги ржавую «Урал-козу» – ту самую, с коляской, которую еще деды в Союз гоняли. Хозяин – дед Ефим – сказал: «Бери, если заведёшь».

– И завел?

– С третьего пинка. Но тут засада – у «козы» тормоза были чисто для галочки, бензобак тек, а в коляске сидел дедов козёл Гришка – здоровенный, рогатый, с взглядом матерого зэка. Дед говорит: «Без него – никуда. Он у меня талисман».

– И ты поехал… с козлом?

– Ага. Кореши ржали, пока не поняли, что мне вообще похуй. Мы тронулись, Гришка блеет, ветер в рога свистит. На первом же повороте «коза» чуть не легла, но козёл как начнёт балансировать – прям как затяжной вираж на треке!

– И как вас вообще пропустили?

– Да всем было пофиг. На заправке кассирша даже сфоткалась с Гришкой. Но самое веселье началось под Ростовом. Ночью, на трассе, нас тормознули какие-то ушлепки на «Приоре». Думали, лёгкая добыча. Но когда из коляски вылез Гришка с горящими глазами и боднул одного прямо в жопу – они так смылись, что даже дверь не закрыли.

– И до юга доехали?

– До самого Геленджика. Потом продал «козу» как раритет, а Гришка теперь живет у нашего президента клуба – охраняет мотоциклы. Говорят, если ночью подойти без нашивки – получишь рогом под ребро.

Бармен молча наливает еще. Байкер хлопает стаканом по стойке:

– Вывод, пацан: никогда не недооценивай «Урал» и козла. Иногда они надежнее, чем вся эта хрень с инжекторами.

– И… это правда?

– Хрен его знает. Но виски-то ты мне всё равно налил.

(Байкер ухмыляется и уходит к своему столу, оставляя бармена в раздумьях о жизни.)

P.S. Если хочешь больше таких баек – заходи в «Барcучий Паб». Тут каждый второй – или врун, или легенда. А чаще и то, и другое.

Байкер хрипло смеётся, стуча зажигалкой по стакану. – Ну ладно, слушай как было на самом деле…

– Питер. Полночь. Туман.

Сидим с пацанами у вокзала, пьём кофе из автомата (который, блядь, выдал нам "капучино" с вкусом солярки). Тут подкатывают эти… на своих японских консервных банках. Один, в розовом Supra, орёт:

"Чё, деды, на своих музейных тазиках даже на старт не выйдете?"

Витька-Сварщик (который, кстати, реально сварщик, поэтому у него все идеи – как у терминатора: железные и безбашенные) вдруг говорит:

"Слушай, а там же через дорогу стройка. И там стоит…"

5 минут спустя:

Я за рулём КамАЗа-бетономешалки (справедливости ради – кабину я протёр тряпкой, потому что с водительского места было видно только через дырку в грязи на лобовом стекле). Витька – не на капоте (его там нет, спасибо, что заметил), а на барабане, как будто это его трон.

Старт. Японцы рвут с места с визгом покрышек. Моя "Кама" трогается так, будто просыпается медведь после зимней спячки – нехотя, с хрустом и недовольным рёвом.

Но потом начался спуск к набережной.

Тут-то всё и заверте… в прямом смысле.

– Барабан-то вращается? – перебивает бармен.

– Ага. И Витька орет мне: "ДАВАЙ, ДАВАЙ, ОН ЖЕ КАК ГИРОСКОП!"

Оказалось, если дать полный газ, барабан крутится, и вся эта хреновина становится устойчивее, чем Harley на прямой.

Японцы на поворотах – то в занос, то в встречку. А моя бетономешалка идёт, как рельсовый автобус, ещё и звук – будто внутри цементный демон булькает.

Финиш у "Авроры". Они все – кто в кустах, кто с перегретым двигателем. А я просто выключаю передачу, и КамАЗ сам, как понтон, плавно останавливается.

Витька слезает с барабана (кстати, он там так прилип к бетону, что потом три дня отмывался) и говорит:

"Пацаны, вы хоть знаете, что только что проиграли машине, у которой руль – это штурвал, а топливо – это что-то между соляркой и хаосом?"

– И что, они признали поражение?

– Да хер там! Один чувак на Nissan Skyline так разозлился, что вызвал эвакуатор… для себя. А гаишник, который подъехал, посмотрел на нас, на бетономешалку, на Витьку (который к тому времени уже начал жарить сосиски на выхлопной трубе) и просто сказал: "Уезжайте. Просто уезжайте."

Байкер допивает виски, встаёт:

– Мораль: если тебя называют старым – просто найди транспортное средство, которое ещё старше. И да, никогда не спорь со сварщиком.

(На прощание он кидает на стойку фото: мокрый КамАЗ на фоне "Авроры", а Витька сидит на барабане, держа в руках табличку "ПОБЕДА", сделанную из крышки от люка.)

P.S. Если увидишь того гаишника – скажи, что мы так и не починили левую фару. Пусть ищет.

– Видишь этот шрам на руке? – байкер протягивает ладонь, где под татуировкой «Live to Ride» тянется грубый белый рубец. – Это не от драки. Это от самого дурацкого ремонта в моей жизни. Слушай…

– Лето 2012-го, трасса М4, 3 часа ночи.

Еду на своём «девяносто восьмом» Dyna (который я тогда только собрал из того, что было). Впереди – пустая дорога, сзади – ни души. Разгоняюсь под сотню, и вдруг – БАМ! – заднее колесо начинает вилять, как пьяная баба на каблуках.

Останавливаюсь, смотрю: задняя спица лопнула. Не просто треснула – вырвало с мясом, и теперь обод кривой, как совесть политика.

– Ну, вызвал эвакуатор? – спрашивает бармен.

– Ага, щас. В три ночи? В сорока километрах от ближайшего села?

Решение:

Нашёл в багажнике:

– Ключ на 12

– Обрывок проволоки

– Пустую бутылку «Жигулёвского»

– И гвоздь. Ржавый, кривой, но гвоздь.

План:

– Выровнять обод, чтобы хоть как-то ехать.

– Зафиксировать спицу чем-то, чтобы колесо не разлетелось.

Как это было:

– Снял колесо, положил на асфальт, начал бить по ободу бутылкой (как молотком). Выравнивал на глаз, потому что искривлённый обод – это как кривой прикус: вроде работает, но всё не так.

– Потом взял этот гвоздь, засунул его вместо спицы, обмотал проволокой и затянул ключом до хруста.

– И что, поехал?

– Поехал. Медленно, не быстрее 60, но поехал. Через 20 км начался дождь. Через 40 – гвоздь вылетел, и колесо снова повело. Но я уже добрался до заправки, где мужик на «Волге» дал мне трос, и я привязал колесо намертво, чтобы хоть как-то дотащиться до города.

Развязка:

– В мастерской механик посмотрел на моё «творение», выпил стопку (без повода) и сказал:

– Мужик, ты либо гений, либо идиот. Но раз ты живой – починю за полцены.

– И шрам откуда?

– А это когда гвоздь вылетел, он мне по руке проехался. Но лучше шрам, чем ждать три часа эвакуатор под дождём.

Байкер допивает виски, встаёт:

– Мораль: если мотоцикл не убивает тебя – значит, ты починил его правильно.

(На выходе он стучит костяшками по стойке – ровно 12 ударов, как тот самый ключ.)

P.S. Тот Dyna до сих пор ездит. И да, теперь я возжу с собой запасные спицы.

– Видишь этот шов на картере? – байкер стучит костяшками по алюминиевой заплатке на двигателе своего BMW R1150GS. – Это не заводской брак. Это памятник тому, как я допёр от Астрахани до Волгограда без масла. Наливай, расскажу…

– Май 2019, трасса Р22, 5 утра.

Ехал с рыбалки, мотоцикл загружен под завязку: палатка, снасти, ведро с рыбой на заднем багажнике. За 100 км до Волгограда загорается масляная лампа.

– Ну, остановился проверить?

– Конечно. Откручиваю маслозаливную пробку – сухо. Даже щупом не пахнет.

Диагноз:

Масло ушло полностью.

Ближайший магазин – в 60 км.

На буксире – не вариант (рыбу жалко).

Решение:

Слил остатки из фильтра – набралось пол-литра черной жижи.

Долил подсолнечного масла из запасов для рыбы (2 литра).

Добавил литр трансмиссионки, что был в багажнике "на всякий случай".

– И как оно?..

– Как говно в миксере. Но хоть что-то.

Как ехал:

Не выше 60 км/ч – двигатель звучал, как банка с гайками.

Каждые 20 км останавливался – дать остыть.

На подъёмах – шёл пешком, толкая мотоцикл (рыба к тому времени уже начала пахнуть подсолнечным маслом).

Развязка:

В Волгограде механик снял поддон – шатунные вкладыши стёрлись в порошок.

Коленвал пришлось перешлифовывать.

Рыбу всё же съели – сказали, с "техническим привкусом".

Байкер допивает минералку (после той истории не пьёт):

– Мораль: если в двигателе что-то бурлит – это ещё не конец. Конец – когда оно перестаёт бурлить.

P.S. Тот BMW до сих пор ездит. Масло теперь проверяю каждые 100 км.

– Видишь эту вмятину на выхлопной? – стучит костяшками по ржавой трубе – Это не камень отскочил. Это лопата моего же кореша. Наливай, расскажу как хоронил железного коня… живьём.

– Лето 2016, подмосковные болота.

Гоняли по лесным проселкам с пацанами. Мой "Днепр" (который я месяц собирал из трёх убитых) вдруг плюнул маслом в лицо и заглох посреди лужи размером с озеро.