Буря Судьбы - страница 2

– Что ж, за такой комплимент я согласна потерпеть эту поездку. Но недолго, Вадерион.

– Как прикажешь, котенок, – с любовью произнес Вадерион, продолжая целовать ее нежную ладонь…

…Вновь рядом послышались голоса отца и Велона, к которым Вэйзар незаметно для себя стал прислушиваться.

– Он тебя любит, – вдруг произнесла мама.

Вэйзар тут же насупился: мало того, что мама читает его, как раскрытую книгу, так она еще и лезет со своими дурацкими заверениями. Неужели она, такая проницательная, не понимает, что ему нужна не любовь? Какой с нее толк?!

– Ну и что, что любит? – мрачно ответил Вэйзар, демонстративно отворачиваясь от окна. Как же они ему надоели, ничего они не понимают. Даже мама.

– Какой у меня капризный сын, – хмыкнула мама, но перестала лезть. Хотя бы за это он был ей благодарен.

***

Резиденция рода Лар'Шера находилась на самом мысе Мерейской Косы. Эта была крепость, не лишенная внешней красоты (в отличие от императорского замка), но истерзанная временем и множеством врагов. Темная Империя никогда не была безопасным местом, и это касалось не только ее жестоких законов, но и существ, живущих в ней, а также жадных до золота соседей. На севере Раудгард Вал'Акэш охранял страну от Мертвых Земель и их мерзкой магии, на востоке были вечные проблемы с людьми – хрупкий мир то и дело грозился рухнуть, – на юге жили пустынники, которые до сих пор помнили Южную войну – и никакое золото не могло стереть ее из их памяти, – а запад страдал сразу от нескольких угроз. Именно о них сейчас вещал Нивегион Лар'Шера на похоронах младшей дочери. В Темной Империи не принято было долго скорбеть по умершим – жизнь здесь, в принципе, оценивалась весьма низко, – и после ритуального сожжения в пламени Тьмы безутешные родственники продолжали жить дальше, и никто бы не подумал собираться по поводу чье-либо кончины. Однако леди Нивена Лар'Шера была достаточно значимой фигурой, и ее смерть послужила хорошим поводом собраться некоторым важным личностям для решения последних вопросов. Политика – вещь еще более жестокая, чем война. Необходимость лично встретиться с безутешным отцом – лордом Лар'Шера – была единственной причиной, по которой Вадерион решился на эту поездку.

Они с Нивегионом неспешно прогуливались по верхней галерее внутреннего двора. Крепость Лар'Шера располагалась прямо в скале, за маяком. Резиденция вырастала из камня и поднималась над морем, как великан. Множество коридоров и лестниц уходило вниз, вглубь скалы, и вверх, в самое небо. Вадерион не раз бывал здесь, однако до сих пор это хитросплетение серых туннелей приводило его в некоторое замешательство – настоящий лабиринт, и это очень не нравилось Императору. Лар'Шера, конечно, более лояльны к короне, чем те же южные лорды, но как истинный политик и слишком долго живущий дроу, Вадерион понимал, насколько зыбко может быть это утверждение. Он привык все и вся рассматривать как врага, поэтому в причудливой архитектуре замка Лар'Шера видел не красоту (это понятие редко когда его интересовало, если только речь не шла о его хес'си), а настоящую ловушку. Заблудиться тут весьма легко.

Лорд Нивегион говорил уверено и ровно, но Вадериона это не обманывало. Он знал, как дорожил Лар'Шера своими дочерьми. Вадерион сам бы не знал, что чувствовал, если бы Велон или Вэйзар погибли. Он точно не хотел это знать. Кстати, о детях.