Читать онлайн Oliver Grotesk - Чë такой кислый?

Глава 1

Вечером Дима и Станислав пришли в бар. Внутри было накурено, пахло разлитым пивом и жареной едой. За соседними столами мужики громко спорили про футбол, кто-то стучал кружкой по дереву. Дима и Стас сели в углу.

Стас махнул рукой бармену:

— Слышь, командир. Принеси водки. Только нормальной какой-нибудь.

Бармен молча кивнул и ушел. Вернулся он быстро, но вместо обычного графина поставил на стол бутылку.

Она реально была красивой. Тяжелое, темное стекло, необычная форма — не то что стандартная магазинная чекушка. На ней была аккуратная, строгая этикетка, которая сразу выделялась на фоне липкого стола и обшарпанных стен бара. Бутылка выглядела дорого и непривычно для этого места.

Стас удивленно покрутил её в руках:

— Ого. Это чё за подгон? Мы за неё не переплатим?

— Берите, новинка, — буркнул бармен, расставляя стопки. — По цене обычной пойдет.

Бармен ушел. Они выпили по первой. Водка пошла на удивление мягко, почти без привкуса спирта, но в голову ударила моментально — по телу разлилось тяжелое, густое тепло.

Дима выдохнул, потянулся за закуской и махнул рукой:

— Да как сам... Работа эта задолбала уже, сил нет. Каждый день одно и то же, рожа уже от этих стен трещит.

Стас уверенно разлил по второй, глядя на красивую бутылку:

— Да ладно тебе, Димон, хорош прибедняться. Зато платит твой начальник нормально. Деньги есть, шмотки есть, хата не в подвале. Живи да радуйся, чё ты. Давай, за работу, чтоб она сдохла.

Они хлопнули еще по одной. Диалог потек сам собой, стопки наполнялись быстрее, чем обычно. Бар вокруг потихоньку превращался в размытое пятно. Дима помнил, как они смеялись, помнил, как Стас спорил с барменом, а потом... потом в голове просто выключили свет.

Дима открыл глаза от того, что в лицо бил яркий дневной свет. Голова раскалывалась так, будто по ней стучали кувалдой. Он лежал на своем диване, прямо в одежде. Вокруг было тихо.

Дима сел, схватился за виски и попытался вспомнить, как он вообще сюда попал. Последнее, что осталось в памяти — это та самая темная красивая бутылка на липком столе бара и Стас, который что-то орал. Как они расплатились? Как он дошел до дома? Кто открыл дверь? Ни одного ответа.

«Сука... Ну и водка была, — подумал Дима, с трудом сглатывая сухую слюну. — Крепкая, блять, как спирт чистый. Вообще наглухо вырубило».

Дима посидел на диване еще пару минут, дожидаясь, пока перестанет плыть перед глазами. Во рту было сухо, как в пустыне. Он вспомнил, что входил в свои планы на утро — в холодильнике с прошлых выходных лежала баночка холодного пива. Едва переставляя ватные ноги, Дима побрел на кухню. Вера стояла у плиты и жарила яичницу.

Дима молча прошел мимо нее и распахнул дверцу холодильника. Взгляд сразу зацепился за нижнюю полку. Банки не было. Вместо нее между кастрюлей с супом и банкой огурцов стояла она. Та самая бутылка из бара. Тяжелое, темное стекло, строгая бумажная этикетка с непонятным рисунком. На глянцевом боку поблескивали капли конденсата. Пробка была запечатана, словно ее никто и не открывал.

Дима замер.

— Вера, — хрипло позвал он. — Слышь. А где мое пиво? Из банки которое. И вообще... откуда ты взяла эту водку?

Вера перестала мешать яичницу. Она медленно повернулась к нему, держа в руке лопатку. Она смотрела на него с искренним недоумением.

— Что? — тихо спросила она. — Какое еще... пиво? Что это такое?

Дима раздраженно мотнул головой, отчего в затылке стрельнуло.

— Ну обычное пиво, в жестянке! Алкоголь, Вера. Светлое, с пеной. Я покупал позавчера, на нижней полке лежало. И зачем ты эту бутылку сюда притащила?

Вера нахмурилась и сделала шаг к нему, глядя на Диму как на сумасшедшего.

— Дим, ты какое-то странное слово придумал. Что за «пиво»? Я первый раз такое слышу. Ты вчера перебрал, что ли? Там же, в холодильнике, стоит твоя любимая водка. Ты сам ее всегда берешь.

Дима перевел взгляд с Веры на темную бутылку. Внутри все похолодело. Жена смотрела на него абсолютно серьезно. Она реально не понимала, о чем он говорит. Дима стоял посреди кухни и ничего не понимал.

Дима выскочил из кухни, вернулся в комнату и схватил с тумбочки телефон. Пальцы мелко дрожали, пока он листал список контактов. Нашел Стаса, нажал вызов. Трубку долго не брали, в динамике тупо шли гудки, от которых голова Димы взрывалась новой порцией боли.

Наконец на том конце раздался тяжелый, хриплый голос:

— Алё... Димон, бля, потише звони... Мозг сейчас вытечет.

Дима даже не стал здороваться. Он прижал трубку плотнее к уху.

— Стас, здорово. Слышь, ты помнишь вообще, как мы вчера домой вернулись? У меня в голове чистый лист после бара.

Стас на том конце тяжело вздохнул, послышался шорох одеяла.

— Да я сам, если честно, еле вспоминаю... Помню, выползли из бара, на улице дождь херачит. Мы мокрые все. Кой-как такси поймали, прыгнули туда, да и разъехались. Меня самого до сих пор штормит, водка злая какая-то попалась.

Дима сглотнул сухую слюну. Значит, такси было. Дождь был. Бар был. Реальность сходилась.

— Слушай, Стас... — Дима перешел на полушепот, косясь на дверь кухни. — Ты не мог бы сейчас ко мне заскочить? Сил нет. И по дороге... купи пива пару банок. Любого, холодного. Спаси меня, бро.

В трубке повисла долгая, тяжелая пауза. Дима слышал только чужое хриплое дыхание.

— Чё ты купить просил? — переспросил Стас с явным недоумением. — Какого еще... пива? Димон, ты чё, до сих пор синий там?

У Димы внутри всё оборвалось.

— Стас, хорош шутить, мне хреново. Пиво, блять. В банках жестяных, ну! Мы же с тобой постоянно его берем!

— Слышь, Димон, ты меня пугаешь, — голос Стаса стал трезвее и серьезнее. — Какое еще пиво? Что это за херня вообще? Если тебе надо похмелиться, скажи прямо. Водка есть в магазине, я куплю и приду. Водка — это понятно. А ты какую-то дичь выдумал. Жди, короче, скоро буду.

Трубка разразилась короткими гудками. Дима медленно опустил руку с телефоном. Стас тоже не знал этого слова. Из памяти его лучшего друга стерлись все их совместные пьянки, если они не были связаны с водкой.

Прошло минут двадцать, не больше. Раздался резкий звонок в дверь. Дима дернулся, пошел в коридол и защелкал замком. На пороге стоял помятый Стас. Из-под куртки он достал и выставил вперед руку.

В руке была бутылка водки. Точно такая же, как вчера в баре — тяжелое темное стекло, строгая этикетка.

Дима отступил на шаг, тупо глядя на бутылку.

— Ты... ты где её взял? — тихо спросил он.

— Да в магазине за углом, где обычно, — Стас прошел в квартиру, скидывая ботинки. — Она там всегда на полках стоит, ты чё, ослеп? Пошли на кухню, а то меня до сих пор трясет, надо похмелиться.

Вера уже ушла с детьми в комнату, так что на кухне было тихо. Стас по-хозяйски достал из шкафа две рюмки, привычным движением скрутил пробку и разлил прозрачную жидкость. По кухне пронесся резкий, знакомый запах водки. Единственный запах алкоголя, который Дима знал всю жизнь.

Они сели. Дима смотрел на свою рюмку. Голова трещала, но страх и непонимание давили сильнее похмелья. Они чокнулись и выпили. Водка пошла легко, мгновенно обжигая горло и принося тупое, тяжелое облегчение.

Дима поставил рюмку, оперся локтями о стол и уставился на друга.

— Стас. Ну блядь. Ну вспомнил. Жестяная банка. Градусов пять всего. Желтое такое, с пеной. Мы же его постоянно покупали! Ну не бывает так, чтобы человек взял и забыл!

Стас, который как раз потянулся за куском хлеба, замер. Он посмотрел на Диму долгим, усталым взглядом.

— Димон, хорош, а? Какая пена, какие пять градусов? Что за бред ты несешь? Алкоголь — это водка. Всё. Другого же не бывает и никогда не было. Что ты заладил со своим... как ты его там назвал? Пиво? Хватит херней страдать. Голова и так раскалывается, а ты мне мозги какой-то выдуманной херней лечишь. Наливай давай.

Стас снова взял бутылку и разлил по второй. Дима смотрел на него и чувствовал глухую стену. Спорить было бесполезно. Стас не шутил и не притворялся — для него водка была единственным существующим алкоголем на планете. А пиво для него было просто выдуманным словом.

Дима дико устал. Мозг отказывался переваривать эту чертовщину. «Ладно, — подумал он, глядя на рюмку. — Хрен с ним. С пивом этим я позже разберусь. Интернет перерою, поищу. А сейчас надо просто пару рюмок бахнуть, чтобы отпустило, и нормально поесть. Иначе сдохну прямо здесь».

Дима взял потеплевшую рюмку.

— Ладно, — буркнул он. — Забей. Давай еще по одной.

После второй рюмки Дима наконец наложил себе остывшей яичницы и принялся молча жевать. Водка сделала свое дело — голову немного отпустило, а дикий страх притупился, превратившись в глухую, давящую тревогу. Стас посидел еще минут пятнадцать, допил остатки из бутылки, пожаловался на жизнь и ушел к себе отсыпаться.

Вся оставшаяся часть дня прошла на удивление серо и обычно. Была суббота, на работу идти не надо. Вера привычно ворчала, дети шумели в комнате, по телевизору крутили какие-то унылые передачи. Дима несколько раз порывался взять телефон и вбить в поиск слово «пиво», но каждый раз останавливал себя. Ему было банально страшно увидеть на экране надпись: «Результатов не найдено». Он подсознательно надеялся, что вчерашнее и сегодняшнее утро — это просто затянувшийся жесткий глюк после перепоя. Ему нужно было проверить всё лично. Дождаться вечера и пойти туда, где алкоголь льется рекой.

Когда стемнело, Дима снова созвонился со Стасом. Тот уже оклемался и был не против продолжить. Дима оделся и вышел на улицу с четкой целью: он докажет Стасу свою правоту. Он найдет это чертово пиво, ткнет в него пальцем и посмотрит другу в глаза.

Они встретились у метро и пошли к бару, в котором сидели вчера. Дима всю дорогу молчал, настраиваясь на разговор с барменом. Они свернули в знакомый переулок. Дима поднял глаза на вывеску и замер как вкопанный. Вчера он не обратил внимания на название — в голове было слишком темно и паршиво. Но сейчас неоновые буквы горели ярко и отчетливо. На вывеске светилось: «БАРОДКА».

Дима несколько раз моргнул, но надпись не изменилась. Не «Бар», не паб, а именно «Бародка».

— Ну, чё встал? Пошли, — Стас толкнул плечом тяжелую деревянную дверь и зашел внутрь.

Дима пошел за ним, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться в груди. Внутри всё выглядело так же, как вчера: полумрак, деревянные столы, те же мужики. Но теперь Дима смотрел на всё другими глазами.

Они сели за стойку. Дима сразу повернулся к бармену — сегодня за кранами стоял другой парень, помоложе. За спиной бармена на стене ровным рядом стояли огромные деревянные бочки с краниками, из которых обычно наливали разливное пиво.

Дима перегнулся через стойку и громко, чтобы перекричать гул, спросил:

— Слышь, друг. Налей мне... пива. Из бочки. Любого. Ну, светлого там или нефильтрованного.

Бармен на секунду завис, глядя на Диму с вежливой улыбкой.

— Чего налить, простите? Наверное, шутка какая-то?

— Да какое пиво, Дим, опять ты за свое! — раздраженно прикрикнул сбоку Стас. — Хватит людей пугать.

— Да подожди ты, Стас! — Дима аж вспотел от напряжения. Он снова уставился на бармена. — Ну алкоголь такой! Желтый, с пеной, легкий! Из бочек что у вас наливают?!

Бармен понимающе усмехнулся и похлопал ладонью по ближайшей дубовой бочке.

— А, вы в этом смысле! Из бочек у нас идет разливная водка, мужчина. Есть пшеничная, есть ржаная, есть на кедровых орехах. Крепость стандартная, сорок градусов. Другого алкоголя у нас не бывает. Мы же в «Бародке» находимся. Вам какую повторить — вчерашнюю, в темной бутылке, или из бочки попробуете?