Он проработал около часа, затем сдался. Закрыл ноутбук, отодвинул его в сторону и снова достал альбом. Фотографии смотрели на него с пожелтевших страниц — двадцать четыре лица, двадцать четыре истории, которые закончились здесь. Олег перелистнул на имя, которое запомнил: Анна Алёхина, 1965 года рождения. Снимок был сделан у подъезда — женщина в светлом платье, с тёмными волосами, улыбается в объектив. На обороте подпись: «Анна, 1986. Лето».
Олег открыл браузер. Нашёл базу данных пропавших без вести — государственный портал, куда вносили информацию по заявлениям родственников. Он ввёл: «Алёхина Анна Михайловна, 1965».
Результат появился через секунду. Анна Алёхина, пропала без вести в 1986 году. Последнее место жительства — дом №7, улица Советская. Причина обращения: родственники сообщили об исчезновении. Дело закрыто за отсутствием улик.
Олег перечитал дважды. Сердце забилось быстрее. Он вернулся к альбому, нашёл следующее имя: Белов Сергей Петрович, 1967. Фотография — мужчина с открытым лицом, в рубашке с коротким рукавом, стоит у того же подъезда. Он ввёл имя. Результат: Сергей Белов, пропал без вести в 1988 году. Последний адрес — дом №7, улица Советская.
Он проверил третье имя. Ирина Соколова, 1971. Пропала в 1977. Тот же адрес.
Четвёртое. Пятое. Шестое.
Каждое имя, которое он видел в альбоме, появлялось в базе. Все они числились пропавшими без вести. Все жили в этом доме. Все исчезли в период с 1965 по 1989 год. Олег листал альбом и вводил имена одно за другим. Двадцать четыре человека. Все ушли. Все — из подъезда №7.
Он откинулся на стул. Руки дрожали. Двадцать четыре человека исчезли, и их имена были в альбоме его матери. Почему у неё были эти фотографии? Она знала их всех? Собирала их? Или что-то другое — более страшное?
Олег снова взял альбом и пролистал до конца. Последняя страница, которую он видел вчера, но тогда не придал значения. Фотография матери. Светлана Сазонова, 1995 год. Она стояла у той самой двери в подвал — серой, с массивным замком, с выцарапанной надписью. На ней было то же платье, что и на первом снимке, но лицо было другим. Она не улыбалась. Она смотрела в объектив серьёзно, почти строго. На обороте подпись, сделанная её рукой: «Света, 1995. Последняя».
Олег перевернул фотографию и заглянул в базу данных. Он ввёл: «Сазонова Светлана Викторовна, 1968».
Результат появился, но Олег не поверил своим глазам. Запись была: «Сазонова Светлана Викторовна, 1968 г.р. — выехала на новое место жительства в 1995 году. Дело закрыто. Причина: отсутствие состава преступления.»
Он перечитал три раза. Не пропала. Не числится в списке пропавших без вести. Выехала. Новое место жительства. Как будто она просто взяла и уехала. Но Олег знал: она не уезжала. Он ждал её, ждал годами. Её вещи остались здесь. Чемодан остался здесь. Она бы не оставила его, если бы уезжала добровольно.
Он смотрел на экран и чувствовал, как внутри закипает ярость. Почему её дело закрыли? Почему для неё — отдельное решение, а для остальных двадцати четырёх — нет? Кто принял это решение?
Он вернулся к альбому и пролистал до самого конца. Там была ещё одна страница — пустая, без фотографий. Но на ней, мелким материнским почерком, было написано:
«Олег, если ты читаешь это — ты уже знаешь слишком много. Я должна была рассказать тебе раньше. Я не смогла. Прости. Я ухожу, чтобы защитить тебя. Не ищи меня. И не открывай ту дверь. Там только смерть.»
