Читать онлайн Игорь Дикало - Эгида "Х"

Камера замигала красным огоньком, фиксируя и записывая всё в лаборатории. Учёные волновались, пытаясь стать чуть ближе к саркофагу. Никто из них не обращал внимания на то, что входная дверь в секцию щёлкнула, блокируясь.

Один из них поднял бокал.

– Сегодня величайший день, коллеги. Мы долго шли к тому, чтобы расшифровать загадку прошлого, но ни разу не подходили так близко, – пожилой мужчина волновался. – Сегодня мы узнаем, что за люди жили в прошлом.

– Сергей, не переживай так, мы все волнуемся. Завтра уже мы представим отчёт в Научный комитет и, быть может, откроем новую веху в наших Секторах.

– Да, да, верно. Давайте приступим, – пожилой учёный залпом выпил содержимое бокала и отставил его в сторону. – Джон, инструменты готовы?

– Конечно, – мужчина помахал чем-то, напоминающим разводной ключ. – Приступаю. Подвиньтесь, мне нужно место для манёвра.

Учёные расступились, и мужчина встал рядом с саркофагом. Сделать он ничего не успел, дверь открылась и в неё влетели люди в комбинезонах Военного Комитета. Камера увеличила зум, фиксируя лица прибывших.

– Всем лицом в пол! – заорал один из военных в офицерской одежде. – Сопротивление будет жёстко караться.

– Постойте, но ведь наши исследования проходят через Научный комитет, – пролепетал пожилой учёный, которого один из коллег называл Сергеем. – Вы не имеете…

– Молчать! – снова заорал офицер и ударил мужчину по лицу прикладом автомата. – Говорить, только когда я скажу!

Учёный повалился на пол без сознания. Остальные торопливо упали на пол, закладывая руки за затылок.

– Мы на месте, – сказал в коммуникатор офицер и добавил, обращаясь уже к бойцам. – Рассредоточиться по лаборатории, заблокировать вход, патруль из двух человек, вдруг кто ещё здесь остался.

Камера двинулась, уходя в сторону. Сработал зум, наводясь на человека, который прятался за саркофагом. Это был тот самый мужчина, который должен был открыть саркофаг. Видимо, в общей суматохе он остался незамеченным. Мужчина крепко сжимал в руках инструмент, видимо, пытаясь решиться на что-то.

Наконец, он выглянул из-за саркофага, офицер трепался по рации и стоял к нему спиной. Мужчина крепко сжал инструмент в руке и начал красться к офицеру сзади, пытаясь издавать как можно меньше звуков. Кто-то из учёных вдруг испуганно вскрикнул, когда Джон случайно наступил ему на руку. Дальше всё завертелось очень быстро. Офицер стал поворачиваться, вскидывая оружие, мужчина бил ключом в замахе.

Камера зафиксировала, как ключ врезался в шлем офицера, сминая тот, как фольгу. Брызнула кровь, тот не успел даже нажать на курок. Фигура в офицерской форме рухнула на пол. Мужчина подхватил автомат и прижался к стене, ожидая, что сейчас появятся солдаты, но никого не было. Судя по всему, он был напуган, дыхание сбивалось, Джон постоянно утирал пот рукавом. Но уже сделан роковой шаг, поэтому шанса на ошибку не было. В открытую выступить против бойцов Военного комитета, это каким же смельчаком нужно было быть.

Наконец, он выдохнул и дёрнул рубильник, открывая дверь. Та зашипела и открылась, открывая доступ в коридор. Учёные зашевелились, но вставать боялись, только наблюдали во все глаза за мужчиной, который выскользнул в коридор. Снова заработал зум, но камера уже не могла увидеть происходящее в коридоре. Микрофон записывал только звуки выстрелов и крики раненых людей.

Позже, камера записала, как военные забрали учёных. Потом, как убрали саркофаг, поместив на его место аналогичный контейнер. Последним, что видела камера, были четыре тела, которые лежали возле саркофага. Процесс наблюдения был завершён, экран погас.

– Иксу восемьсот лет. Ты сума сошёл? Ведь такого не может быть, – седоволосый мужчина утирал платком лицо и кричал на своего ассистента. – Первые упоминания об иксах датированы третьим веком после катастрофы. Это же наверняка фальсификат.

– Андрей Афанасьевич, но все находки, которые были найдены рядом с искомым объектом указывают на то, что этот икс – один из первых на планете, – худощавый юноша в лабораторном халате поправил очки и добавил. – Если не верите, я снова запущу машину и проверю искомый материал.

– Да верю я машине, Семён, – профессор ещё раз заглянул в бумаги, которые держал в руках. – Это просто невозможно. Научное сообщество нас раздавит, если мы вынесем эти данные на суд Консилиума.

– У меня есть идея, Андрей Афанасьевич, – юноша снова нервно поправил очки. – Мы можем…

– Даже не думай упоминать об этом, – снова воспылал гневом профессор. – Запускать икса нельзя. Разве ты не помнишь, чем закончился последний опыт в Лаборатории – 18?

– Но он разительно отличается от поздних находок, – парировал Семён. – В его конструкции нет орудий убийства и мне кажется…

– Кажется ему! – седоволосый мужчина хлопнул ладонью по столу, от чего часть бумаг разлетелась в разные стороны. – Юн ещё для подобных суждений. Нашим предкам тоже казалось, что имея в руках такое оружие, они смогут построить мир на планете. Что из этого вышло?

Дверь в кабинет открылась и на пороге показалась женщина средних лет, кареглазая, светловолосая. Во взгляде читалась обеспокоенность тем, что происходило в лаборатории.

– Андрей Афанасьевич, у вас всё в порядке? – женщина поправила причёску и робко улыбнулась.

– Мы снова сильно шумим? – смутился профессор. – Я не хотел…Мы будем потише себя вести.

– Здравствуйте, уважаемая Сильвия, – поздоровался юноша. – Это всецело моя вина. Впредь, буду вести себя спокойнее.

– Знаю я, чья это вина, – женщина посмотрела на профессора и добавила. – Если хотите, принесу вам бессонник или что-нибудь из традиционного набора.

– Из традиционного на две персоны, – сказал профессор. – Лучше всего кофе.

Женщина исчезла за дверью, а оба научных работника переглянулись и снова принялись за работу в сотый раз перепроверяя данные. Идентификация икса не должна была завершиться провалом. От того, насколько тщательно они проанализируют этот саркофаг, зависела карьера профессора и дальнейшая жизнь ассистента в научном сообществе. Учёные в нескольких лабораториях работали с саркофагами, но подобраться так близко не удавалось ещё почти никому.

Когда Сильвия вернулась в кабинет, оба были поглощены расшифровкой данных, поступивших от анализатора материала, поэтому не заметили женщину и никак не отреагировали. Та не удивилась, тихо вышла из кабинета и прикрыла за собой дверь. Сегодня можно даже спокойно уйти пораньше, они даже не заметят.

Резкий сигнал отвлёк Семёна от работы. Он взглянул на визор на запястье, близилось время завершения работы. Задерживаться было некогда. За каждую минуту, которую они проводили в лаборатории вне рабочего времени, копился долг Лаборатории-12 перед Трудовым комитетом. А что будет после того, как комитет придёт собирать долги, все знали. Андрей Афанасьевич был видной фигурой в сообществе Консилиума, его бы никто трогать не стал, а вот он, простой научный сотрудник был не так популярен и защищён. В конце концов, Семён мог и пострадать, если бы остался на переработку.

Без пяти минут пять Семён уже был собран, костюм медленно сжимался, принимая форму фигуры. Шлем и кислородный баллон он подключит уже после того, как транспорт покинет комплекс лабораторий. Кислород в комплексе в достатке, поэтому будет экономить. Как раз перед тем, как вагонетка подойдёт к шлюзу, он включит аппарат. Даже если бы были лишние кредиты Консилиума, он бы всё равно экономил, запросто могла бы возникнуть ситуация с разгерметизацией вагона на монорельсе и вот тогда лишний галлон кислорода спасёт жизнь.

– Уже собрался? – профессор рассеянно посмотрел на юношу. – Забеги к нам в ячейку, передай, пожалуйста, Юленьке, что я задержусь. У нас проблемы с коммуникаторами, видимо ветер снова рвёт радары, поэтому я не смог с ней связаться. Сегодняшний код в сектор, хм…сейчас посмотрю.

Профессор достал из стола коммуникатор, покрутил панель задач и удовлетворённо хмыкнул.

– Сегодняшний код – 13258, – повторил он цифры вслух и добавил. – Совершенно не понимаю, зачем это всё. Усиления безопасности, так от кого? Кого боится внутренний комитет? Не обращайте на меня внимания, Семён, у вас транспорт. Возьмите вот, это ваша оплата на сегодня.

Профессор снова покрутил панель задач на устройстве, ввел цифры и визор Семёна блымкнул, принимая сообщение о кредитах, зачисленных на счёт. Он мельком заглянул на сообщение и обомлел. Тысяча кредитов. Это ему почти полгода пришлось бы пахать на ферме, или откапывать реликвии прошлого из песка.

– Андрей Афанасьевич, это слишком много… – начал было он, но профессор махнул рукой, прерывая любую попытку сопротивления. Семён увидел, как мужчина погружается в записи, переставая замечать всё вокруг, спорить сейчас с ним было совершенно бесполезно. Визор снова резко зажужжал, предупреждая о скором прибытии транспорта на станцию. У него оставалось ещё десять минут на то, чтобы уехать со своей платформы.

Когда он прибежал на станцию, уже собралось достаточно людей. Вагонетка должна была появиться через восемь минут, и он от нечего делать стал в миллионный раз изучать тоннель перед собой. Андрей Афанасьевич говорил, что много лет назад, у древних предков, было такое явление научной мысли, как метро. Подземная цепь коммуникаций, соединенная тоннелями, по которой ездили поезда, пережиток прошлого, и такая нелепица.

Люди спускались под землю каждый божий день, чтобы добраться до работы и вернуться с неё. Вот ведь, дураки. Нужно было бы наслаждаться каждой минутой на свежем воздухе, солнцем, которое не обжигало до смерти, а ласково гладило по коже. Эх, ему бы то время застать. У него дома был древний плакат в вакуумной оболочке. Фотография какого – то парка, парка в эпохе без войны. Он отогнал мрачные мысли о состоянии мира сейчас, когда можно о таком только мечтать.

– Семён! Искатель! – крикнул кто-то из толпы и помахал рукой. – Иди к нам!

Научный сотрудник покрутил головой и увидел аспирантов из Лаборатории – 11. Они занимались проектом возрождения Земли, поэтому у них было привилегированное положение в обществе. Начинали они все учиться одинаково, но сейчас были разбиты по разным отделам. Клички даже дали друг другу, успели по долгу службы. Аспиранты из Лаборатории-11 носили название Ботаников, его называли Искателем по долгу службы. Был парень, которого называли Гробокопателем, но это уже была совсем грустная история.

Семён наконец увидел того, кто ему махал рукой. Это был круглолицый смешливый парень, вечный зубоскал и один из самых талантливых людей на этой станции. Себя Семён относил к рангу пониже, потому что работал с артефактами из прошлого, а тот, он занимался насущным, делом, которое должно было бы помочь людям жить на поверхности.

– Привет, Джозеф, – он подошёл ближе и поздоровался. – Как продвигаются исследования?

– Как, как. Успешно. Такие успехи тебе и не снились, – тот с нарочито напыщенным видом начал произносить эту речь, но в середине сдулся и рассмеялся. – Ну ты же знаешь, Семён. Растения устойчивые синтезируем, чтоб пустыню задержать, пытаемся на основе вашего материала воссоздавать животных. У нас пять экспериментальных зон за пределами комплексов с разными условиями и добровольцами.

– Ого! – заинтересовался Семён. – Ты не рассказывал.