Читать онлайн Морио Тайши - Гермес Под Дождём

Я сидел под дождём.

Так хотелось сказать.

Но реальность была куда прозаичнее: я сидел за кустом. Точнее, стоял, пригнувшись и пытясь рассмотреть происходящее.

Листья колыхались в щекочущей близости от моего лица, и совершенно не хотелось думать, кто может обитать в самой гуще. Да и не до этого особо было.

Я смотрел на старое бетонное депо, мимо которого проходил до этого десятки раз.

И то, что я видел даже отсюда, с сотен метров, внутри – это выбивало любые мысли из головы.

Впрочем, их и до этого было не то чтобы много.

Воздух.

Как пахнет воздух, чистый – свободный, скорее? – от шума и света?

Влагой, думаю. Ещё дразнящий, чудный аромат чего-то зелëного, древесного.

Возможно – сознание подсказывало – это яблоня.

А может, я это сам додумал?

Я посмотрел на забор, мимо которого проходил по вечерним путям, возвращаясь от друга.

С той стороны действительно поднимались деревья.

Но не яблони, нет.

Хотя, они могли быть глубже, ближе к середине участка?

Я продолжал свой путь.

Мы отлично провели время в сторожке, придумывая настольную игру, которая, очевидно, никогда не увидит света.

Чуть позже запах чего-то летнего, вечернего, сменится запахом свежей выпечки.

Через пару развязок начнëтся хлебозавод.

Или хлебзавод, как с самого детства называл его я.

От него я поверну направо, и по улице Пушкина дойду до Свободы, тем самым завершив круг и вернувшись домой.

Дорога, по которой я ходил всю свою жизнь. Вернее, одна из них.

Я родился и вырос здесь, так ни разу и не покинув родной город. Некоторые одноклассники разъехались – кто-то, слышал, даже за границу перебрался. Но многие – больше половины, наверное – остались.

Я мог пошагово представить предстоящий путь – узкую дорогу мимо длинного ряда частных домов, расположившихся едва ли не на самой центральной улице города.

Вообще, обойти Сасово было нетяжело. Город вытянулся с юга на север, но даже по периметру основных улиц можно было пройти часа за два. Дойти же от микрорайона, где жил я, до вокзала в центре было задачей минут на двадцать.

А кто-то при этом ещё и пользовался машинами или такси.

Увидел вдали перекрёсток – и вот я уже пойду по Свободы, размышляя, чем заняться остаток вечера.

Перечитать что-то из фантастики? Или лучше поиграть? Можно было бы включить телевизор… Я хмыкнул. Сто лет этого не делал. Может и стоило бы.

Чтобы увидеть…

Тут я замер.

Тут я увидел.

Увидел то же, что видел и сейчас.

Обычно депо было надёжно закрыто. Или – как я помнил – изредка открыто, и посреди огромного полутёмного помещения с крутящимся колесом на полу стояла самая что ни на есть обычная электричка.

Но всë это происходило днём.

Сейчас же – почти ночь. И депо было ярко освещено изнутри. Будто в операционной.

А что стояло на рельсах…

Я… Я даже не знал, можно ли назвать это поездом.

Белый, сияющий в отражении света. С затонированными стёклами. Обтекаемая форма с острым носом, будто прижатым к земле. На боку был изображён символ, но разглядеть с такого расстояния было затруднительно.

Ничего общего с теми поездами, которые я видел когда-либо.

Может, это какой-то американский? Или европейский?

Я слышал, что в Японии продвинутая техника. Может, он именно оттуда?

Что что делает здесь, в глуши, за сотни километров от Москвы?

Я прислушался к звукам.

Было почти одиннадцать ночи, но раздавался стук, будто его… чинили?

В одиннадцать ночи?!

Я потёр веки, озадаченный.

Действительно, можно было бы представить, что куда-то в Европу или в Москву из Японии везут новый поезд – ну, или для выставки там какой – но не по нашим дорогам же! Как он вообще досюда тогда добрался?!

Из распахнутых ворот показались две тени.

Я чуть пригнулся.

Силуэты, вышедшие на освещённую площадку перед депо, вызвали ещё больше вопросов.

И не в том было дело, что курили и переговаривались они как самые обычные железнодорожники-работяги, пусть я почти ничего не мог различить…

А в том, что выглядели они совершенно не как железнодорожники-работяги!

К высокому брюнету вопросов было мало – не считая того, что одежда его явно не была похожа на спецовку, скорее, на спортивный костюм, да и выглядел он каким-то слишком белым и чистым для вагоноремонтного депо.

Дело было в стоявшей рядом с ним девушке, макушка которой, доходившая парню до плеча, была покрашена в красный, и на ней было пышное платье!

Вот уж чего я не ожидал увидеть!

В голове возникли мысли всё же подойти и спросить… Ну, положим, сигаретку. А там постоять и покурить… Что-то выяснить изподволь…

Но проблема была в том, что я находился здесь не то чтобы официально – скорее, всем обычно было плевать – а подставлять друга, лишая непыльной охранной работёнки, совершенно не хотелось.

Да и что они скажут? Если действительно куда-то новый поезд везут – в лучшем случае, куда именно и откуда он. Скорее же всего, меня просто пошлют лесом.

И с сигаретой, и с информацией.

Так что делать там рядом было совершенно нечего.

Лучше у друга потом спрошу.

Я кинул последний взгляд на странную парочку и удивительный поезд, после чего неслышно отошёл от кустов и в темноте, на фоне которой отлично скрывалась моя обряженная в тёмно-синее фигура, двинулся дальше, прочь от ангара.

На полпути к выходу с путей что-то дёрнуло меня повернуться назад.

Я не мог сказать точно – расстояние было слишком большим, метров пятьсот.

Красноволосая девушка будто смотрела прямо на меня.

* * *

Я стоял с Фомкой у строительного магазина. Мы курили.

Не то чтобы я много курил.

Скорее, время от времени бросал, а затем возвращался вновь.

А бросать рядом с Фомой, который курил перманентно, было намного тяжелее.

А Фома, кстати – это мой друг, от которого я возвращался вчера по путям.

Когда и увидел тот поезд.

В том, что это был именно он, я уже и не сомневался.

Придя домой, я первым делом, забыв об иных планах, принялся шерстить Интернет в поисках нужного.

Это действительно оказался “Синкансен” – японский сверхскоростной поезд, который мог разгоняться (и разгонялся!) до четырëхсот километров в час (почти).

На самом деле, найти его оказалось нетрудным, буквально делом пяти минут.

Хотя, я до сих пор не был до конца уверен. Что-то всё-таки смущало. До ангара от того места, где стоял я, расстояние было немаленькое.

Когда часы досчитали до двенадцати (говорил же, дойти из конца в конец – минутное дело!), я уже лежал в постели.

Ни намëка на бессоницу не было, но мысли всë равно текли в сторону неожиданной находки, благо, это помогало скоротать время до сна.

Что японский сверхскоростной поезд забыл у нас в Сасове? Его действительно везли из самой Японии своим ходом? Да на наших дорогах он и до сорока не разогнался бы, не оставив подвеску на стыке шпал!

Или…

Я хмыкнул.

Может и оставил.

Где я его видел? Правильно, в депо. Где его, похоже, чинили.

И я не могу сказать, что чинили в первый раз.

Может – я хихикнул – может, он так уже третий месяц ползëт, на каждом полустанке чинясь.

Хотя, странно всë равно… Неужели такого потом в Европу пустят (в том, что он предназначался для Европы, я и не сомневался)?

Или наши купили? Распилы-откаты, жилые массивы?

У нас там был какой-то поезд до Питера быстрый, но тоже вряд ли его стали бы из Японии тащить.

Я нахмурился, запрокинув голову к потолку, но через пару секунд выдохнул и закрыл глаза.

Заметка на будущее: посмотреть, как перевозят поезда.

И позвонить Фоме, он-то наверняка сумеет рассказать побольше.

Что я, собственно, и сделал.

И вот мы стояли и курили.

У Фомы были дела в центре, сегодня он после суток свободный.

Вот и договорились пересечься у строймага, где он зачем-то ждал Серого – моего бывшего одноклассника, с которым мы провели немало времени, когда-то обсуждая компьютерные игры.

Не подумал бы тогда, что он пойдёт работать грузчиком – скорее, оператором погрузочной машины – в магазин, мимо которого мы сотню раз проходили ещё в детстве, по пути друг к другу.

Но пока он, в любом случае, был занят, и мы курили.

– Не знаю, не мой участок. – ответ Фомы на мой вопрос был коротким. – Я отвечаю за пути уже после депо.

– И ни о чём не предупреждали, типа, поедет супер-поезд, стерегите? – я взглянул на него.

Конечно, эта тема и яйца выеденного не стоила… Но всё равно любопытно. Да и поговорить было особо не о чем.

Фома покачал головой.

– И даже пути не чинили перед этим? – я сам удивился, как странно прозвучал этот мой вопрос. Будто детектив дело расследует.

– Это, вообще-то, информация ограниченного доступа. Под статью хочешь? – резко сказал Фома. Увидев моё удивлённое лицо, он гоготнул. – Не, не чинили ничего. Ты ко мне дня три по ним ходил, сам не видел?

Я кивнул. Ну да, ничего не ремонтировали, я бы заметил. Да и охрану, будь это что-то важное, предупредили бы.

– Хочешь, могу у ребят поспрашивать… – начал было он, но тут же вернулся к старой теме. – Ты точно уверен, что не ошибаешься?

Я вздохнул. Да, я не разбираюсь в поездах. Но какую-нибудь техническую дрезину от капсулы на рельсах я отличить-то могу!

– И странного тоже никого не видел? – зевнул я, кидая взгляд на снующих туда-сюда (место-то оживлённое) прохожих, пусть их было и не много.

– Никого не было, только я и пёс. И ты. – Фома подхватил мою зевоту. – Странных – это ты о чём?

Я резко прекратил зевать.

– Да вот о том. – постаравшись сделать это не так приметно, кивнул я в сторону перешедших светофор (единственный в городе) людей.

Вернее, пары.

Той самой вчерашней пары.

Высокий парень с густой копной волос был всё так же одет в спортивный костюм странного покроя – клетчатый, да ещё и олимпийка была достаточно длинной, будто полупальто. Лицо его выглядело ухоженным, и… Нерусским каким-то? Был похож на что-то среднее между кавказцем и татарином.

Рядом с ним вприпрыжку шла давешняя девица, тоже не сменившая платья. Хотя, скорее это можно было бы назвать какой-то балетной пачкой, настолько юбка была пышной. Может, розовые волосы молодили её, но на вид ей было лет семнадцать. Или это делал густой макияж?

Я услышал кашляющие звуки и повернулся к Фоме.

Тот то ли вдохнул табак не в то горло, то ли сдерживал смех, давясь дымом и глядя на эту парочку.

Действительно, зрелище для Сасова не самое частое. Подобные костюмы в нашем джинсово-китайско-турецко-рыночном обиходе могли бы, по слухам, стать поводом для драки.

Могли «бы».

Потому что никто так никогда не ходил, только артисты на сцене в честь Дня города.

А до Дня города было далековато.

Девушка о чём-то оживлённо вещала в ухо парню, который, по-видимому, был то ли достаточно флегматичным, то ли ему было всё равно. Или болтовня девушки успела его утомить.

Ни на что вокруг девушка почти не обращала внимания, яростно жестикулируя и будто что-то доказывая собеседнику. При этом, несмотря на порхающие туда-сюда руки и пружинящую походку, сумочка на её плече даже не думала раскачиваться, ровно свисая на отдалении от платье. «Тяжёлая, наверное», подумал я.

Когда они быстро прошли мимо нас, я не смог разобрать ни слова из того, что мимоходом донеслось до ушей. Даже не мог бы сказать, на каком языке вёлся разговор, ничего вычленить не получилось. Но то, что с русским это имеет немного общего – было ясно наверняка.

Вряд ли у нас в словарях где-то были слова «хэдсап», «акомплис» или «нэрбай».

Они быстро удалялись от нас дальше по дороге к церкви. Девушка развернулась и шла спиной вперед, с восторгом на лице о чём-то продолжая вещать парню.