Игольное ушко - страница 3
Она, разумеется, могла попросить его выключить приемник. Миссис Гарден посмотрела на стоявший рядом с кроватью будильник. Одиннадцатый час. Она могла бы надеть свой халат, чудно гармонировавший с ночной рубашкой, чуть поправить прическу, вставить ноги в тапочки – тоже стильные, с узорами в виде роз, – а потом подняться на один лестничный пролет и постучать в дверь. Он откроет. На нем, вероятно, будут брюки и майка, и тогда он снова посмотрит на нее так, как смотрел, случайно застав в одной ночной рубашке по пути в ванную…
– Старая ты дура, – сказала она самой себе, но вслух. – Ты же просто ищешь предлог, чтобы подняться к нему.
А потом ей показалось странным, что она нуждается в каких-то там предлогах. Она – взрослая женщина, это ее дом, и за десять последних лет она не встретила ни одного мужчины, который бы ей подходил. Какого черта! Ей нужен некто сильный, возбужденный и волосатый, способный придавить ее как следует сверху, сжать груди и, пыхтя в ухо, раздвинуть бедра широкой ладонью, поскольку завтра из Германии прилетит бомба с газом, от которой они все умрут в отравляющем удушье. Вот и получится, что она упустила свой последний шанс.
Поэтому она опустошила свой бокал, встала с постели, надела халат, поправила волосы, вставила ноги в тапочки и прихватила свою связку ключей, на случай если он запер дверь, а ее стука не услышит из-за радио.
На лестнице не было никого. Подниматься ей пришлось, нащупывая ногами ступеньки в темноте. Она собиралась переступить через скрипучую половицу, но споткнулась о топорщившийся край ковровой дорожки, и ее следующий шаг получился довольно-таки громким. Похоже, это никого не потревожило, и она продолжила подъем, а потом постучала в дверь на самом верху. Осторожно попробовала открыть. Но дверь оказалась заперта.
Звук радио приглушили, и мистер Фабер спросил:
– Кто это?
У него было удивительно правильное произношение, без примеси кокни[6] или иностранного акцента – очень приятный, нейтральный говор.
– Можно вас на пару слов? – отозвалась она.
Он, похоже, колебался с ответом. Потом сказал:
– Но я не одет.
– Так и я тоже, – хихикнула она и отперла дверь своим дубликатом ключа.
Он стоял перед радиоприемником, держа в руке нечто, напоминающее отвертку. На нем действительно были брюки, а вот майку он уже снял. Его лицо побледнело, и он выглядел перепуганным насмерть.
Она вошла и закрыла за собой дверь, не представляя, что еще сказать. Внезапно ей на ум пришла фраза из какого-то американского фильма, и она произнесла:
– Не хотите угостить выпивкой девушку, которой одиноко?
Вышло глупо, это она поняла сразу, поскольку знала: спиртного он у себя не держал, а для прогулки в бар ее наряд точно не подходил, – но зато прозвучало чертовски обольстительно.
И, как ей показалось, произвело ожидаемый эффект. Ни слова не говоря, он медленно подошел к ней. У него в самом деле росли волоски вокруг сосков. Она тоже шагнула ему навстречу, а потом он обнял ее, она закрыла глаза, подставляя лицо, и он поцеловал ее. Она изогнула стан в его руках, а затем почувствовала острую, страшную, непереносимую боль в спине и открыла рот, чтобы закричать.
А ведь он слышал, как она споткнулась на лестнице. Дай она ему всего минуту, он успел бы спрятать передатчик на место, убрать шифровальные блокноты в ящик стола, и тогда ей не пришлось бы умереть. Но прежде чем он успел избавиться от улик, в замке повернулся ключ, а когда она открыла дверь, его рука уже сжимала рукоятку стилета.
Похожие книги
Роман Кена Фоллетта – грандиозная панорама самых темных лет в истории Англии, когда борьба за престол и междоусобные войны были привычным фоном жизни. Автор разворачивает перед читателем сплетенные в единый клубок истории самых разных людей – от простых ремесленников до графов и членов королевских семей – и следит за своими героями на протяжении более чем полувека. Воссоздан целый мир страстей и преступлений, интриг, тайн, страхов, любви и верности, на фоне которого медленно и величественно разворачивается строительство самого высокого собора в Англии. Книга поражает воображение, держит в напряжении до самой развязки, этому эпическому полотну присущи магнетизм детектива и триллера.
997 год от Рождества Христова. Темные века на континенте подходят к концу, однако в Британии на кону стоит само существование английской нации… С Запада нападают воинственные кельты Уэльса. Север снова и снова заливают кровью набеги беспощадных скандинавских викингов. Прав тот, кто силен. Меч и копье стали единственным законом. Каждый выживает как умеет. Таковы времена, в которые довелось жить героям – ищущему свое место под солнцем молодому кораблестроителю-саксу, чья семья была изгнана из дома викингами, знатной норманнской красавице, вместе с мужем готовящейся вступить в смертельно опасную схватку за богатство и власть, и образованному монаху, одержимому идеей превратить свою скромную обитель в один из главных очагов знаний и культуры в Европе.
Англия. Середина XVI века. Время восшествия на престол великой королевы Елизаветы I, принявшей Англию нищей и истерзанной бесконечными династическими распрями и превратившей ее в первую державу Европы. Но пока до блистательного елизаветинского «золотого века» еще далеко, а молодой монархине-протестантке противостоят почти все европейские страны – особенно Франция, желающая посадить на английский трон собственную ставленницу – католичку Марию Стюарт. Такова нелегкая эпоха, в которой довелось жить юноше и девушке из северного города Кингсбриджа, славного своим легендарным собором, – города, ныне разделенного и расколотого беспощадной враждой между протестантами и католиками.
Лена Лёвочкина работала личным секретарём. Всё текло ровно в её жизни. Стабильная работа с хорошей зарплатой последние пять лет. В меру капризный шеф, к которому она уже привыкла. Однако пришла беда откуда не ждали. По нелепой случайности она оплошала на службе, за что была тут же уволена. В тот момент, когда она шла домой, понурив голову, не зная, как жить дальше, где взять деньги, чтобы платить за квартиру, она и подумать не могла, что это самое меньшее из бед, что ждут её в ближайшее время. Увольнение – пустяк, по сравнению с тем, что случится через несколько часов. Вот где начнётся самый настоящий экстрим.
Предлагаем Вашему вниманию книгу Бориса Акунина "Турецкий гамбит" из серии "Библиотека Златоуста". Эта книга предназначена для студентов владеющих русским языком на первом сертификационном уровне. После текстовый учебный материал представлен в рубриках: Контроль – вопросы на понимание общей фактологии; Мотивация – вопросы, устанавливающие причинно-следственные связи реакций, действий и поступков персонажей; Дискуссия – вопросы, способствующие более серьезному осмыслению текста; задания этого раздела позволяют использовать текст и на более высоких уровнях владения языком; Справочная таблица исторических деятелей, послуживших прототипами героев романа.
Мои рассказы, повести, романы, а так же немногочисленные стихи – это повествования о жизни людей, живущих вдали от большой политики, большой экономики и любого размера криминала – одним словом, о жизни, какой живу я сама и те, кто мне близок, о сложностях и радостях человеческих взаимоотношений. Я не сужу своих героев – не осуждаю и не одобряю – я их наблюдаю. В моей прозе нет ничего об интригах, предательствах, мести, зависти и прочих явлениях, бытующих в среде спящей части человечества. У меня – совсем о других людях. О тех, кто понимает, что нет несчастий и врагов, а есть лишь чудеса и ангелы, что нет предначертанной судьбы, а есть лишь твой выбор, что нет случайностей, а есть лишь путеводные сигналы на Пути, которым идёшь.
У меня сегодня праздник. День рождения. Вокруг только близкие. Немного устав, решаю найти мужа. Очень хочется его обнять, прижаться к нему, пока никто не видит, и выдохнуть. Долгие годы он моя опора. Мой защитник. Человек, в объятиях которого можно забыть обо всех неприятностях. — Рома. — Дверь в спальню закрыта, поэтому тяну её на себя. — Рома, ты тут. Но как только дверь открывается, я замираю. В первые секунды мне кажется, что я реально перебрала с шампанским, и теперь у меня галлюцинации. Потому что я не знаю, как объяснить то, что вижу. . . Сестра сидит на кровати. А перед ней. . . Меня начинает трясти, и я не могу справиться с дрожью.