Читать онлайн Гюнтер Виктор - Книга Судьбы: Кольцо Власти

«Книга Судьбы: Кольцо Власти» входит в цикл «Книга Судьбы — Истории Времён» — сагу о Теранне, древнем мире на рубеже эпох.

Каждая книга цикла посвящена разным героям, народам и периодам истории. Их события не всегда связаны напрямую, но вместе они складываются в единую хронику мира Теранны.

Судьба — голос богов, отмечающий повороты смертной тропы. Уходит душа — и песок в часах иссякает; в другом месте раздаётся первый крик, и песок снова бежит. Мысль дана каждому, но круг ломается лишь двояко: либо по слову богов, либо тогда, когда человек, пройдя сквозь кровь и страдание, вырывает право идти против их велений. Мы — фигуры их игры; боги связаны законами, ведомыми лишь им, и потому касаются мира руками смертных, порой избранных вопреки собственной воле.

Каждый цикл приносит чей-то последний вздох. У пограничного камня на краю Диких Земель умирающий путник достаёт потёртую, опалённую книгу, открывает её на последней странице и дрожащей рукой выводит несколько строк. Слёзы размывают буквы, рука слабеет, книга выскальзывает из пальцев. Его путь завершён. Но был ли он свободен? Следовал ли своей судьбе — или оставался игрушкой богов? Ветер, вестник конца, шевелит седые пряди, и душа уходит к звёздам, что горят меж двух солнц.

В ту же ночь, далеко на юге, под крики роженицы и раскаты грома, под холодный свет двух лун и глухой гул молота богов рождается ребёнок. Первый вдох — и его часы приходят в движение. Боги, наблюдавшие за его рождением, уже передвигают счёты, толкая его вперёд по дороге, выбранной ими. Их игра редко касается одного имени: она кроит судьбы людей и целых народов. Если круг и треснет, то лишь словом свыше или кровью снизу.

Но смертные, как бы короток ни был их век, отказываются быть пешками. Они восстают против навязанной воли, а мудрецы, помня тех, кто был прежде, при свете умирающей свечи заносят в книги имена дерзнувших сойти с колеи. И даже если боги, ведомые самой Судьбою, решат покарать их, остаётся книга, прозванная всеми Судьбою: она даёт каждому шанс сбить ход часов, заведённых свыше. Так мы вершили и будем вершить свою судьбу сами.

— Из летописи «История судеб». Записал Микелло из рода Франдеура, хронист Эдэрана. Две тысячи сто первый год Эры Света.

Конец Хиберниса (лета). Четвёртая эра — Эра Солнца. Конец четыре тысячи тридцать девятого года.

В непроглядной тьме космоса, озарённый светом двух солнц, парил город, созданный из чёрной звёздной материи.

Он был сокрыт от взоров смертных, и лишь существа, чья сила превосходила силу всего живого, могли узреть его величие. Божественные сущности, которых смертные называли богами, восседали в его чертогах, наблюдая за смертными, которых считали своими детьми.

Древняя богиня Аэру, прозванная Хранительницей Света, наблюдала за Теранной — планетой своего отца. Аэру, первая дочь бога Зерниса, создателя Миров, видела, как угасает планета, и пыталась понять, как спасти одно из последних творений своего отца.

Глядя в странный полупрозрачный шар, называемый Оком Странника, Аэру следила за сердцем планеты. Она видела, как это сердце — огромный сияющий кристалл, от которого тянулись тонкие кристаллические жилы, простиравшиеся по всей планете подобно артериям в теле человека, — постепенно угасает, а вместе с ним угасает и сама Теранна.

В этот момент в комнату вошла женщина, облачённая в тёмную полупрозрачную мантию с капюшоном, скрывавшим её лицо. Под капюшоном вместо лица клубился тёмный сгусток энергии.

Подойдя к Аэру, она направила взгляд в Око Странника. Женщина долго вглядывалась в стеклянный шар, который то и дело показывал ей образы далёких мест и различных существ.

Наконец Аэру, отведя взгляд от Ока, посмотрела на сестру и, сформировав из сияющего сгустка энергии руку, укутанную в белую мантию, возложила её на плечо сестры.

— Суэру, сестра моя, что тревожит тебя? — спросила Аэру, глядя на неё.

— Я не понимаю тебя, сестра. Почему мы до сих пор не покинули этот мир, если наш отец пал от руки эйнеров? — с тяжестью в голосе произнесла Суэру. Затем она отошла от стеклянного шара и взглянула на сестру.

— Сестра моя, отец дал нам наказ — хранить его детей и защищать их, пока жив хотя бы один из них. Мы не уйдём! — ответила Аэру, после чего направилась к балкону.

Выйдя наружу, она увидела множество звёзд и планет, окружавших город, парящий в космосе.

Суэру последовала за сестрой и, выйдя на балкон, увидела два солнца, сиявших вдали среди бескрайней космической тьмы.

— Сестра, отец мёртв, и наша судьба теперь в наших руках. Разве не пора нам возвыситься? — с грустью в голосе произнесла Суэру, глядя на два солнца, мерцавших вдалеке. — Его сердце охраняет твой сын Гелиос. Хадэш, Хронос и Тра-Гра хранят вверенные им миры, а Край Скверны по-прежнему запечатан — она не выйдет за его пределы. Так почему бы нам наконец не оставить этот мир? Давай жить собственной жизнью, — добавила она, сохраняя мрачное спокойствие в голосе.

— Сестра… Я дала клятву защищать его детей. Ты вольна уйти, — сказала Аэру и растворилась в воздухе.

Суэру же в последний раз взглянула на планету. На мгновение её охватила ярость, однако та столь же быстро сменилась печалью.

— Так тому и быть… сестра! — произнесла Суэру, после чего её тело медленно исчезло.

Тюрьма столицы Содружества. Город Эдэран. Ночь.

Тюрьма в Эдэране была зловонным, мрачным местом, где узники доживали последние дни в покрытых плесенью камерах, умирая от болезней и пыток, пережить которые удавалось немногим.

Стражник, держа факел в левой руке, шагал по длинному тюремному коридору в сопровождении человека, чьё лицо скрывал тёмный капюшон. Незнакомец прикрывал рот рукой, стараясь не вдыхать зловоние, смешанное с запахом сырости, нечистот и крысиного помёта.

Добравшись до самого конца коридора, они подошли к камере, в которой лежал человек с золотистыми волосами и лёгкой бородой.

Камера была покрыта грязью и нечистотами. Узник, больше похожий на мертвеца, был истощён, а на его теле виднелись многочисленные следы бесконечных пыток; кое-где кожа была буквально содрана.

Узник с трудом открыл карие глаза и прислушался к приближающимся шагам. Собрав последние силы, он поднялся с пола и подошёл к двери, заглянув в узкую щель.

Сквозь неё он увидел, как незнакомец протянул стражнику туго набитый кошель с монетами. Получив плату, стражник передал ему связку ключей и поспешил в дальний конец коридора, оставив того одного.

Незнакомец быстро подобрал нужный ключ, открыл дверь и вошёл в камеру.

Узник испуганно прижался к стене, ожидая худшего.

Незнакомец высвободил руки из-под плаща и попытался успокоить его.

— Тише, мальчик мой, это я — твой отец, — произнёс он, обнимая узника.

Когда незнакомец снял капюшон, перед узником предстал старик с седыми волосами и бородой. Его лицо было покрыто морщинами, а тяжёлый взгляд говорил о множестве печалей и испытаний, пережитых им за долгую жизнь.

Подтянутая фигура говорила о хорошей физической форме, а богатая, со вкусом украшенная одежда — о высоком статусе и достатке.

Укрыв узника плащом, он вновь обратился к нему:

— Вставай, сын мой, нам нужно уходить. Времени у нас мало! — сказал старик, помогая сыну подняться.

Узник плотнее запахнул на себе плащ и посмотрел в глаза измученного тревогой старика.

— Отец… я невиновен… невиновен! Это он… он во всём виноват! — с отчаянием произнёс узник, вцепившись в одежду отца и притянув его к себе.

Несколько месяцев назад. Северная дорога Центрального тракта.

Центральный тракт — широкая извилистая дорога, соединявшая главные города Содружества. Вдоль этой древней артерии располагались деревни и фермы, которые нередко даже не наносились на карты.

Чаще всего на пути попадались питейные заведения, где усталый путник мог утолить жажду, отдохнуть после долгого пути и провести ночь на соломенной постели, положив голову на подушку, набитую птичьими перьями.

В один из обычных летних дней по Центральному тракту, ведущему на север, двигалась большая армия.

Это было собранное для северного похода войско Торгового Содружества под предводительством герцога Сэкеруса и двух его подчинённых: Алэсэра, сына герцога Фафнэра из рода Дунгареса, и Арена, сына герцога Артуса из рода Франдеура.

Войско двигалось с юга, прямиком из столицы Содружества.

Армия, в основном состоявшая из Вольных Мечей — наёмников, служивших не только состоятельным гражданам Содружества, но и нанимавшихся парламентом для участия в военных походах, — шла почти без соблюдения строя, наслаждаясь окружающими видами.

Наёмники то и дело разбредались по округе, а командующий Сэкерус тем временем кричал на слуг, которые, по его мнению, недостаточно хорошо отполировали доспехи.

Сэкерус был раздражён: он полагал, что «грязные» доспехи опозорили его перед канцлером Содружества Релендом, провожавшим армию у столичных ворот.

В это время юные дворяне, достигшие двадцатилетия — возраста совершеннолетия, — несли знамёна своих домов: стяг дома Франдеура — сияющий орёл на фоне серых гор — и стяг дома Дунгареса — медведь, державший рыбу в зубах.

Они скакали на благородных конях, облачённые в полные латные доспехи, украшенные золотыми узорами и гербами своих домов.

Молодые дворяне вели непринуждённую беседу, почти не обращая внимания на окружающую обстановку.

Вскоре они заметили, что один из наёмников, несший стяг Содружества — серое полотнище с вышитым серебряным якорем, поверх которого был изображён корабль с гербами земель, основавших Содружество, — свернул в сторону ближайшей деревни вместе с несколькими спутниками.

Сэкерус не обратил на это внимания и продолжал путь, любуясь своим отражением в зеркале и ворча что-то себе под нос.

Арен и Алэсэр, прихватив с собой несколько воинов из личной стражи, направились вслед за самовольно покинувшими колонну наёмниками.

Продвигаясь неспешно, Арен решил, что пора высказаться о командующем, пока того нет рядом.

— Этот напыщенный павлин Сэкерус ни черта не смыслит в военном деле! Как этот жирдяй умудрился занять столь высокий пост, не обладая даже крупицей военного таланта? Посмотри: наёмники разбредаются кто куда, а нам приходится их возвращать! — возмутился Арен, глядя на друга в поисках поддержки.

Алэсэр усмехнулся.

— Арен, как ты мог не заметить? У этого «человека» полно друзей в парламенте. Подкупить нужных, надавить на остальных — вот и вся его стратегия. — Алэсэр похлопал друга по плечу. — Ладно, не злись. Лучше радуйся, что мы здесь. У нас есть шанс прославить свои дома в грядущей битве с дикарями с севера.

В этот момент из деревни донеслись женские крики.

Не колеблясь ни секунды, Арен и Алэсэр пришпорили коней и вместе со своими людьми ринулись туда, чтобы выяснить, что происходит.

Деревня близ города Фарган.

Арен и Алэсэр, добравшись со своим отрядом до деревни, застали ужасающую картину.

Наёмники грабили, убивали и насиловали мирных жителей.

Арен пришпорил лошадь и бросился на наёмника, пытавшегося зарубить девушку с бледной кожей, изящной внешностью, необычными серыми волосами и длинными заострёнными ушами.

На полном скаку он врезался в наёмника конём и сбил его с ног.

Упав на землю, тот ударился челюстью о камень и сломал её.

С трудом поднявшись и кривясь от боли, он что-то невнятно прокричал другим наёмникам: