Код 47 - страница 9

Антон сжал кулаки. Он вспомнил тот вечер. Он возвращался домой уставший, злой, голодный. Машина Кравцова снова стояла на его месте. Он стоял на лестничной площадке и говорил сам с собой. Это была всего лишь фраза. Но система восприняла её всерьёз.

Он закрыл отчёт и посмотрел на экран. Теперь он знал, что делать. Нужно было найти доказательства того, что жучок установлен незаконно. И тогда его код аннулируют. Но для этого нужно было выяснить, кто его установил. И зачем.

Антон выключил компьютер и вышел на улицу. Было уже темно. Он дошёл до дома, поднялся на свой этаж и остановился у двери Кравцова. Из-за двери доносился звук телевизора. Антон постоял минуту, потом поднял руку и нажал звонок. Он сам не знал, зачем это делает. Может быть, хотел посмотреть в глаза человеку, которого система назначила его жертвой.

Дверь открылась. На пороге стоял Кравцов — худой, сгорбленный, в старом халате. Он посмотрел на Антона с опаской.

— Чего тебе?

— Геннадий Петрович, я хотел извиниться. За парковку. И за всё остальное. Я был неправ.

Кравцов моргнул. Его лицо выразило удивление, смешанное с недоверием.

— Ты серьёзно?

— Серьёзно. Я устал от этой войны. Давайте жить мирно. Место ваше, я найду другое.

Кравцов помолчал, потом кивнул.

— Ладно. Мир так мир. — Он закрыл дверь.

Антон вернулся в свою квартиру и прислонился к стене. Он сделал первый шаг. Но чувствовал, что это только начало. Система не прощает ошибок. И если он не докажет, что код ошибочен, кто-то другой может решить его судьбу. А он не собирался становиться жертвой собственного творения.Антон стоял в прихожей, прислушиваясь к тишине за дверью. Шаги Кравцова удалились, щёлкнул замок телевизора — старик вернулся к своим вечерним передачам. Всё было как обычно, и в то же время совершенно иначе. Антон только что сделал то, чего не делал за все полгода конфликта: он отступил. И это отступление не было поражением. Оно было тактическим ходом, попыткой выиграть время и сбить систему со следа. Если жучок записывал их разговор, алгоритм должен был зафиксировать снижение агрессии. Может быть, это немного собьёт код. Может быть, нет. Антон не питал иллюзий: одна фраза не перечеркнёт два месяца взаимной неприязни.

Он прошёл в комнату, включил настольную лампу и сел за компьютер. Флешка с программой мониторинга, установленная на терминале Кирилла, должна была уже собрать первые данные. Антон настроил её так, чтобы она отправляла отчёты на его домашний адрес через защищённый канал. Он открыл почту и увидел письмо без темы. Внутри был архив с логами. Антон распаковал его и углубился в чтение.

Программа фиксировала все действия Кирилла за последние несколько часов: какие файлы он открывал, какие команды вводил, какие сайты посещал. Антон прокручивал список, пока не наткнулся на странную последовательность. Вскоре после того, как Кирилл вернулся с перекура, он открыл терминал и ввёл команду, которая обращалась к скрытому разделу сервера. Антон знал этот раздел: там хранились резервные копии профилей, которые не входили в официальную выборку. Те самые профили, которые могли быть использованы для дополнительного тестирования без ведома команды. Кирилл скопировал один из них на внешний носитель. Имя файла было зашифровано, но Антон заметил закономерность: оно совпадало с идентификатором его собственного профиля.

Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Кирилл. Значит, всё-таки Кирилл. Но зачем? Он же не мог не понимать, что делает. Он знал правила безопасности не хуже Антона. Если он копировал профиль, значит, у него была на то причина. Или приказ.