Читать онлайн Любовь Оболенская - Королева скалистого берега. Дочь Одина

© Оболенская Л., 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

От души благодарю замечательных писателей Дмитрия Силлова и Полину Ром за неоценимую поддержку и полезные советы, полученные от них в процессе написания этой книги.

За густыми неподвижными ветвями не было видно неба.

Я шла по лесу, стараясь не споткнуться об мощные, узловатые корни, торчащие из земли, – а также не ободрать бока о стволы деревьев, покрытые неровной металлической корой, густо покрытой рыжим налетом…

Здесь все пропахло смертью и кислым, затхлым запахом ржавчины. Не случайно это место люди зовут Ярнвидом, Железным лесом, который расположен между Мидгардом, миром людей, и Йотунхеймом, обиталищем снежных великанов-йотунов, которые ставят себя выше богов, так как появились на свете намного раньше них.

Что уж говорить о людях?

Нас эти существа вообще не считают достойными внимания, воспринимая лишь как пищу наряду с медведями, оленями и кабанами…

Но я все равно шла по Железному лесу по направлению к Утгарду, городу йотунов.

Понемногу деревья начали расступаться, и мне открылась заснеженная долина, в центре которой раскинулось огромное поселение, обнесенное высокой ледяной стеной…

Мое задание было выполнено: я, наверно, единственная из смертных своими глазами увидела Утгард, почувствовав при этом, как сияние, разливающееся от его сверкающих башен, также целиком вырубленных изо льда, проникает прямо в мое сердце…

Но мне захотелось рассмотреть поближе город йотунов, и я осторожно, прячась за железными кустами, начала спускаться в долину…

Правда, ушла недалеко.

Внезапно один из огромных сугробов передо мной словно взорвался изнутри, и я увидела стража – трехметрового гиганта, глаза которого горели пронзительным холодным огнем. Разинув клыкастую пасть, йотун зарычал – и бросился на меня, размахивая сверкающим ледяным топором.

Разумеется, только увидев это чудовище, я ринулась наутек со всех четырех лап, но в своем мире снежный великан был, конечно, быстрее любого существа, проникшего в Йотунхейм извне. Я слышала, как позади меня, приближаясь, бьют об землю ступни чудовища, – а я все сильнее проваливалась в снег, который на глазах становился все глубже…

– Наставник! – взвыла я. – Помоги!!!

«Беги на свет!» – раздался в моей голове бесплотный голос – и я увидела, как в глубине железных деревьев что-то блеснуло!

Собрав последние силы, я рванулась вперед, видя перед собой лишь этот слабый лучик надежды…

…Внезапно Железный лес стал расплывчатым, словно стремительно утонул в белесой мгле, а тяжкая поступь йотуна за моей спиной стала глуше… Через пелену, повисшую перед моими глазами, проступили очертания обеспокоенного морщинистого лица, обрамленного длинными волосами цвета свежевыпавшего снега и густой седой бородой. Старик держал перед собой до блеска начищенный серебряный медальон, со всех сторон подсвеченный несколькими глиняными лампами. Значит, это его сияние послужило мне путеводной звездой, вытащившей из потустороннего мира…

– Слава асам, ты вернулась! – облегченно выдохнул Тормод. – Еще немного, и твоя фюльгья навсегда осталась бы в Йотунхейме, а здесь твое тело превратилось бы в безвольный овощ.

– Прости, – шмыгнула я носом. – Решила поближе рассмотреть главный город снежных великанов, и страж, вырвавшись из засады, чуть меня не убил.

Тормод осуждающе покачал головой.

– У тебя пока что нет опыта осознанного посещения Девяти Миров. До этого ты попадала туда не по своей воле, а лишь по прихоти асов. Для того, чтобы стать настоящей колдуньей-сейдконой, способной использовать потусторонние силы для своих целей, тебе понадобится не только упорство, но и терпение.

– Если б я пошла туда как хотела, в образе медведицы, а не быстрой волчицы, как ты посоветовал, то мой сын Фридлейв сегодня точно остался бы сиротой, – всхлипнула я. – Обидно умереть вот так, по собственной глупости. Если б ты меня не спас, я сейчас была бы уже живым трупом.

Старик обнял меня и принялся успокаивать, словно ребенка. Что говорить, этот пожилой человек давно уже заменил мне отца. Не счесть, сколько раз помогал он мне с той самой минуты, как Провидение перенесло меня в тело тихой, безответной скандинавской девушки, которую жестокий хёвдинг собирался силой взять замуж за себя. Думаю, не будь рядом со мной Тормода, я уже давно б умерла. И вот сейчас он взялся учить меня тайному искусству сейда, управляемой магии, которая не особенно поощрялась среди жителей Норвегии. Люди боятся всего непонятного и порой бывают весьма жестоки к тем, кто привносит в их жизнь необъяснимое…

Но я понимала: для того, что я задумала, обычных моих сил может не хватить. Потому и обратилась к Тормоду, который, как мне казалось, владел тайными знаниями…

Старик согласился не сразу, лишь после долгих уговоров – боялся, как бы излишняя сила не навредила мне самой. И, наконец, видя мою решительность, уступил. Сначала с неохотой, но потом быстро и сам втянулся в процесс обучения, раскрывая передо мной все новые и новые стороны древнескандинавской магии. И с тех пор, когда мы оставались с ним один на один, я звала его не иначе как Наставником, что старику заметно нравилось.

Еще бы!

Сама знаменитая на всю Норвегию королева скалистого берега считает его своим учителем – а порой даже рыдает у него на плече от бессилия, когда у нее что-то не получается. Обучение сейду оказалось очень сложным, иногда откровенно жутким, а порой, как сегодня, и смертельно опасным. Но мне был нужен источник дополнительной силы, и я шла к нему, несмотря ни на какие трудности.

– Ничего страшного, все уже позади, – приговаривал Тормод, гладя меня по голове. – Главное, что все получилось! Ты увидела сияние ледяных башен Утгарда, оно проникло в твое сердце, и теперь дорога в Йотунхейм для тебя станет менее сложной. Как знать, может, со временем снежные великаны примут тебя за свою…

– И что будет после этого? – шмыгнув носом, спросила я.

– Не знаю, – покачал головой Тормод. – Так далеко не заходил еще ни один из смертных. Но кто знает, может, ты будешь первой женщиной на земле, которая сама, по своей воле научится открывать врата всех Девяти Миров и договариваться с их обитателями.

– Я буду очень стараться, Наставник, – прошептала я.

– Верю, моя королева, – улыбнулся Тормод.

Наша победа в битве при Каттегате была полной.

Бесспорной.

Абсолютной.

И, как многие победители, совершив невозможное, мы допустили ошибку…

Весь оставшийся день и всю ночь викинги праздновали наш потрясающий успех – а наутро в зал, где я и мои хирдманны собрались обсудить дальнейшие планы, заявился Рауд с лицом, помятым после ночного гулянья, не зная, куда девать глаза от стыда.

– Прости, дроттнинг, – прогудел он. – Хотя, конечно, нет нам прощения.

– Что случилось? – встревожилась я.

– Пока мы заливали глаза и орали песни в твою честь, четверо пленников под покровом ночи отвязали рыбацкую лодку и сбежали…

– Плохо дело, – покачал головой Рагнар. – Если они доберутся до Дании, то все расскажут своей королеве в подробностях. И про Зуб Нарвала, и про рисунок наших весенних течений, и про огнеметные корабли.

– Вряд ли, конечно, на рыбацкой лодке они смогут пересечь Северное море, – проговорила я. – Но если это все же случится, то следующей весной сюда приплывут не наемники на одноразовых кораблях, а лучшие воины Дании, знающие все наши секреты.

– Они за тем и приходили, – кивнул Тормод. – Разузнать, как можно нас победить. Королева Хель бросила в бой всякий сброд, который в серьезной битве мог только помешать. Но свою задачу он выполнил. Теперь, коль те беглецы доберутся до Дании, у нас не будет шансов победить следующей весной. Если, конечно, мы как следует не подготовимся к встрече данов.

– Удивительная женщина эта королева Хель, – покачала я головой. – В одиночку подняться из ниоткуда, свергнуть власть в королевстве, подчинить себе и армию, и весь народ…

– Поговаривают, что ей покровительствует богиня с тем же именем, – произнес Тормод. – Она дала ей и силы, и власть, и несокрушимые ледяные доспехи, делающие королеву неуязвимой. Я слышал, что правительница данов вообще есть земное воплощение самой Хель, дочери Локи и владычицы Хельхейма.

– Тем не менее, кем бы она ни была, бороться все равно нужно, если мы не хотим потерять Норвегию, – отозвалась я.

Мы долго совещались на тему, что можно сделать, но так и не пришли к единому мнению. Рагнар предлагал максимально укрепить Каттегат и Зуб Нарвала – остров, на котором мы построили сильный форт, сыгравший не последнюю роль в морском сражении при Каттегате. Тормод считал, что нужно поднимать на битву дальние поселения. Рауд предлагал построить много огнеметных судов и брандеров – пусть не очень надежных, чисто чтобы можно было задавить врага количеством кораблей нашей флотилии.

Все это было, конечно, хорошо, но при этом я понимала: предложенные моими соратниками меры – это далеко не панацея от надвигающейся беды. Если даже нам и удастся отстоять побережье Норвегии, погибнет слишком много наших людей – и тогда на нас пойдут войной или Этельстан, король Восточной Англии, или Карл Второй, правитель Франкского королевства. А может, и оба сразу. Я была почти уверена: они потому так легко и дали своих наемников датской королеве, чтобы посмотреть со стороны, как мы будем убивать друг друга, чтобы потом прибрать к рукам и Норвегию, и Данию, которые ослабнут в междоусобной войне.

Потому, когда мужчины, устав говорить, замолчали, в повисшей тишине мои слова услышали все.

– Если битва неизбежна, нужно нанести удар первыми, – произнесла я.

Викинги принялись недоуменно переглядываться, не торопясь говорить что-либо – слишком уж шокирующе прозвучали мои слова.

Нарушил молчание мой муж Рагнар:

– Ты предлагаешь пойти в вик на Данию? – переспросил он. – Но у нас только четыре драккара. Пять сотен воинов для них мы наберем, правда, при этом в наших городах и дружественных поселениях останутся в основном лишь женщины, дети и старики. Но когда я бежал из Дании, у Хель была армия в шесть тысяч хорошо обученных, сильных воинов. Как бы ни были отважны наши бойцы, нам не победить при более чем десятикратном преимуществе сил врага.

– Чтобы содержать такую армию, данам нужны большие деньги, – проговорила я. – И я уверена, что и серебро, и оружие, и провиант дают им правители Англии и Франкии, надеясь со временем ослабить, а после захватить наши страны. Но если у королевы Дании не будет ни денег, ни оружия, не еды для ее викингов, они просто разбегутся, так как нищий и голодный воин ищет не славы и подвигов, а чем бы ему набить пустой желудок.

– То есть ты предлагаешь напасть на Англию или Франкию? – переспросил Кемп.

– Именно, – кивнула я. – Нас там никто не ждет, и при этом портовые города набиты серебром и оружием для отправки в Данию. Мы заберем все это себе, а на те деньги купим драккары у свеев, которые тоже наверняка захотят поучаствовать в виках вместе с нами, позавидовав нашей добыче. И тогда, возможно, настанет время нанести визит Хель, уничтожив змею в ее логове.

– Безумный план, – покачал головой Тормод.

– Согласен, – кивнул Кемп. – И именно поэтому он может получиться. Мои соплеменники заносчивы, считают себя умнее и сильнее всех и, конечно, не ждут нападения от северян, которых считают тупыми дикарями. Но тут есть одна загвоздка.