Летопись начала - страница 2



Вот по такому, и не по иному принципу должны действовать современные миссионеры и апологеты, если они не желают, подобно Арию, создать новую ересь.

И в любом случае нельзя пытаться христианину «тайком сплетать, – по слову свт. Феофана Затворника, – свои верования, в которых думает совместить и спиритизм, и геологические бредни с Божественным Откровением».

«Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по Стихиям мира, а не по Христу, ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно» (Кол. 2, 8–9).

Глава вторая. Эволюционизм и происхождение смерти

Пред любым защитником «христианского эволюционизма» стоит неразрешимая задача: согласовать православное учение о происхождении тления и смерти в мире через грехопадение Адама с тем «фактом», что эволюция задолго до появления человека шла за счет гибели слабого и выживания сильнейшего.

Любому православному ясна логическая несовместимость самих основ эволюционизма с христианством. Действительно, если мы примем за верное утверждение, что смерть не является плодом человеческого греха, то отпадет нужда и в искуплении.

Предположим вместе с эволюционистами, что мир в его нынешнем, насквозь пронизанном смертью состоянии нормален. Что же мы должны будем предположить об его Создателе? Или Он зол и создал все из садистских побуждений, или же Он бессилен помешать кому-то, искажающему Его замысел! Оба эти предположения полностью противоположны той вере, которой живет Церковь и уже давно осуждены как злейшие ереси (двубожие и манихейство).

На все возражения «христиан»-эволюционистов скажем словами Премудрости: «Бог не сотворил смерти и не радуется погибели живущих, ибо Он создал все для бытия» (Прем. 1, 13–14).

Рассмотрим же, как объясняют это противоречивые «православные» эволюционисты.

Наиболее благонамеренный из них – о. Стефан Ляшевский вообще предпочитает не замечать сути проблемы. Он взывает к читателю: «Была ли смерть в раю? Только один Адам был сотворен бессмертным. А между тем есть распространенное мнение, что и все животные в раю были бессмертны. Откуда это? Где в книге Бытия написано об этом?» А ведь написано – в Бытии 1, 29–31. И почему только Бытие? Что, ап. Павел о. Стефану не указ (Рим. 8, 19–21)?

Далее о. Стефан цитирует слова, прямо опровергающие его теорию: «А всем зверям земным и всем птицам небесным, и всякому гаду, пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу. И стало так» (Быт. 1, 30). Очевидно для всякого непредвзятого человека, что здесь ясно говорится о всех одушевленных, высших животных, а не об обитателях рая, который тогда еще не был создан и в котором, по мнению многих Отцов, неразумные животные вообще не жили (о сотворении рая сказано во второй главе Бытия). Ниоткуда из Писания не видно, что в отсутствии борьбы за существование заключалась покорность тварей человеку. Не учат так и св. Отцы, но о. Стефан предпочитает на них не ссылаться. Из вышеприведенного текста о. Стефан делает совершенно непостижимый вывод: «И стало так. Значит, до создания рая (о котором в этом месте нет и намека) было не так: живые существа пожирали друг друга» (?!)

Логика о. Стефана изумительна! Выходит, птицы до своего сотворения ползали, а «стало так», и они полетели. Свет, до того как «стало так» – темнил, и так далее. Абсурд! Непонятно, неужели Бог не мог сохранить только что созданных Им животных без пищи в течение нескольких часов, прошедших до их благословения? Неужели они появились столь голодными, что тотчас бросились пожирать себе подобных, еще не сподобившихся Божия одобрения?