Неженка - страница 3

Закатив глаза, я продолжила свое грязное дело.

– Джаз, вы скоро? – окликнул друга тощий парень в зеленой толстовке. – Мы уже закончили.

– Да, мы тоже, – громко ответил Джаз.

Именно в этот момент недалеко от нас раздался знакомый вой сирены. Представители правоохранительных органов появились в конце улицы на летных машинах, заполняя собой обе полосы. Не нужно быть гением, чтобы понять, по чью душу они прилетели. Даже до Джаза сразу дошло.

Спешно закинув остальные баллончики в сумку, он бросился наутек. Я тоже не отставала. Надев шлем, завела мот и выехала на дорогу. Здесь каждый был сам за себя.

– Давай же! Давай же! – подгоняла я свою тарахтелку.

Мот набирал скорость, но слишком медленно. Одно из летных авто фактически село мне на хвост.

– Черный мот, немедленно остановитесь! – услышала я сквозь шлем грубый мужской голос, раздавшийся из передатчика.

– Да сейчас, ага, – ответила я, хоть и знала, что меня не услышат. – Только шнурки на ботинках завяжу.

– Черный мот, если вы сейчас же не остановитесь, я буду вынужден стрелять, – предупредили меня, а я снова ускорилась, до боли сжимая зубы.

Едва мы выехали на более-менее свободную трассу, соединяющую второй и третий уровни, я поняла, что меня преследуют сразу два экипажа. Заняв собой обе крайние полосы, они сокращали тот разрыв, что мне удалось за это время обеспечить. Понимала: еще немного – и деваться мне будет некуда, а потому резко ударила по тормозам.

Авто улетели далеко вперед, пока я рывком разворачивалась. Теперь расстояние между нами стало гораздо больше, однако отставать представители правопорядка и не думали. Развернувшись, они вновь летели за мной и...

Выстрел я сначала услышала, а уже потом почувствовала, что они попали по заднему колесу. Впившийся в шину датчик сбивал магниты, что соприкасались с магнитным полем. Он менял их полярность, а потому я почти сразу же потеряла управление.

Потеряла, но не сдалась.

Рухнув на дорогу, мой мот едва не завалился, но мне удалось его выровнять. Скорость падала, я выворачивала на узкий проспект. Еще немного, и я скроюсь в проулке, куда летным авто пути нет. Еще немного...

Летное авто появилось у меня на пути как гром среди ясного неба. Перегородив собой дорогу, оно и не думало двигаться, а мне тормозить было уже слишком поздно.

– Да чтоб вас! – попыталась я развернуться, но тщетно.

Врезавшись боком в дверцу, я уже точно знала, что все пропало. И даже знала, что за этим последует дальше.

– Руки держать так, чтобы я их видел, – грубо произнес полиционер, за шкирку стаскивая меня с мота.

Еще две летные машины остановились недалеко от нас. В одну из них меня и запихнули, зачитывая мои права. Я их знала наизусть, потому что эта встреча с полиционерами была в моей жизни далеко не единственной.

Сканировав штрих-код с моего запястья, эти ребята обрадовались мне как родной.

– Ну что? Полетели домой или в участок, госпожа Мерль?

– В участок! – мигом отозвалась я, стаскивая с себя шлем. – И я не госпожа Мерль.

На меня посмотрели, как на полоумную. Демонстрация планшета повергла меня в ужас, потому что на экране действительно было указано, что я Веролика Мерль. Все уже куда хуже, чем я предполагала. Гораздо хуже, потому что отец официально признал меня своей дочерью. Спустя двадцать лет признал.

– Может, все-таки в участок? – взглянула я на полиционера с мольбой.

Мне не ответили, но по глазам было видно, что участок – это последнее, куда меня повезут. С составления протокола столько не заработаешь, сколько мой отец готов платить за молчание. А он всегда платит, потому что шумиха ему не нужна. Тем более теперь.