Нулевой горизонт - страница 3
Марина закрыла карточку, но Анна повторно её открыла. Время сервера ставилось при загрузке и не зависело от задержки на телефоне. У Дарьи не было внешней авторизации после восемнадцати тридцати двух. Заявление загрузили с внутреннего адреса, привязанного к общему компьютеру отдела.
— У кого есть доступ к этой учётной записи? — спросил Илья.
— У всего отдела. Она служебная.
— Кто утром пришёл первым?
— Дежурный инженер. Потом я и ещё двое.
— Общий компьютер стоит где?
— В соседней комнате. Камера видит дверь, но не экран.
— Запись сохранилась?
— Если её не изъяли, хранится тридцать дней.
— Почему её должны были изъять?
Марина поправила резинку на запястье.
— Потому что Дарья вчера поссорилась с руководителем смены. После таких разговоров у нас любят проверять, кто куда ходил.
Марина села на край стола.
— Вчера она просила меня не лезть. Сказала, что сама всё проверит и утром объяснит.
— Что именно?
— Ряды по северному сектору. Первичные значения расходились с отчётными. Не настолько, чтобы поднимать тревогу, но Дарья считала, что расхождение повторяется.
Анна поставила ноутбук на стол и показала облако точек дома № 17. Под официальным подвалом лежал прямоугольный объём.
Марина наклонилась к экрану и сразу выпрямилась. Дарья не рассказывала Марине о нижнем уровне, однако Марина видела похожий контур на старой схеме Дарьи.
Нижний ящик оказался пустым, кроме кабелей и запасных батарей.
Вчера Марина предупреждала Дарью, что расчёты не примут без повторного ряда. Та ответила, что повтор уже есть. Его дал старый датчик на участке за ограждением. Устройство сняли с баланса, однако Дарья продолжала забирать показания вручную.
Доступ в закрытую зону у неё отозвали неделю назад. В последний раз Марина видела её в 6:20. Дарья забрала рюкзак и ушла пешком.
Марина призналась, что сначала решила: Дарья спряталась на день, чтобы заставить отдел поднять старые данные. После её проверок объясняться с начальством обычно приходилось остальным.
— А если она не прячется? — спросила Анна.
Марина посмотрела на заявление. В коридоре зазвонил телефон, но трубку не сняли.
— Вчера Дарья сказала не доверять итоговым пакетам. Первичные значения меняют перед выгрузкой.
Марина не знала, кто меняет файлы. Дарья либо не знала, либо не успела назвать имя.
Анна попросила исходный ряд. Марина отказалась: передача без разрешения стоила бы ей работы.
— Тогда сделайте копию для себя, — сказала Анна. — Сейчас. Если файл меняют, завтра вы не докажете, что видели другое.
Марина несколько секунд сидела неподвижно, затем вставила флешку в рабочий компьютер. Копирование заняло меньше минуты. Носитель она убрала в карман.
Закончив телефонный разговор, Илья сообщил, что аварийный осмотр дома разрешили из-за перекоса входной двери после утреннего толчка.
Марина проводила их до выхода.
— Найдёте Дарью — позвоните мне раньше начальства.
— Зачем раньше?
— Чтобы я успела сохранить второй ряд.
К дому № 17 они вернулись в половине двенадцатого. Ворота были закрыты. Охранник проверил разрешение и выдал каски.
Охранник дал им пятнадцать минут и запретил спускаться в подвал. Анна попросила осмотреть замурованную стену на первом этаже, но этого пункта в разрешении не было. Илья показал схему: перекос шёл по всей оси подъезда, поэтому стену можно было проверить при спуске.
— Начнётся движение — выходите по моей команде, — предупредил охранник.
Похожие книги
Что, если суд способен признать человека умершим — а затем отменить всех, кого он спас. Небесный трибунал объявляет Глеба Воронца «пустым сосудом», присвоившим чужое имя. Восемь решений, разрушивших принудительные печати, становятся уликами, а спасённые люди начинают исчезать из реестров и памяти. До исполнения приговора — девять судебных суток. Защищать Глеба должна Ли Шэнъюэ, мастерица печатей с повреждённой рукой. Но повестка написана её будущим почерком, а суд предлагает ей место среди тех, кто определяет, кого считать человеком. Частное исключение спасёт Глеба и сохранит систему. Борьба за всех может разрушить порядок, удерживающий мир.
В Заворотино снова беда. На Чёртовом Пятачке появляется странная ярмарка, где продают не пироги и ленточки, а потерянные сказки, чужие судьбы, недосказанные признания и жизни, от которых когда-то отказались. Сначала всё кажется почти праздником: смешные лавки, хитрые торговцы, роли напрокат, чудеса со скидкой и Бурчик, который внезапно решает стать боевым скакуном. Но у каждого желания есть цена. За спокойный день можно заплатить чужой спасённой судьбой. За тишину — исчезнувшей историей. За отдых — миром, в котором больше некому помочь. Агафье Ладиной предстоит понять: что дороже — долгожданный покой или шумная, опасная, родная жизнь, где даже сказки нуждаются в защите.
Август 2025-го. У села Вятское на Амуре открывают мемориал 88-й отдельной интернациональной бригаде – тем, кто умел исчезать в тайге и переходить реку бесследно. Потомок одного из бойцов, Егор Ли, касается холодного камня – и кровь на граните становится подписью: площадка пустеет, время сжимается в одну секунду, а на экране телефона вспыхивает «08. 08. 1945». Егор приходит в себя в теле прадеда-разведчика. Вокруг – лагерь 1945 года, где в одном строю стоят русские, китайцы и корейцы; впереди – тайга, граница и операция, которой «не должно было существовать даже на бумаге». Но у Амура есть своя воля: в воде шевелится тень Чёрного Дракона, а «печать реки» открывается лишь тому, кто готов заплатить памятью и выбором.
Виктор и Виктория снова отправляются из Хабаровск в эвенкийское село Тугур на край света, где летом нет дорог, а погода решает всё. Рейсовый автобус, грузовик по бездорожью и Ми-8 с мешками провизии становятся прологом к главному: чем дальше от привычной жизни, тем тоньше становится граница времени. У костра старый оленевод рассказывает историю рода о белых отрядах, раскулачивании и колхозах, а ночная тайга отвечает видениями. Таёжный чай, кортик, звон оленьих колокольчиков и солёный ветер собираются в одну петлю памяти, где документальная экспедиция 2016 года незаметно превращается в магический реализм и меняет героев.
Книга о двух, чудом выживших людях в мертвом городе. Одного зовут Павел. Он вирусолог. Синтезировав вакцину из добытых им образцов, он просит своего друга Сашу, во что бы то ни стало, доставить ее во внешний мир. Возможно она может спасти все человечество. Саша соглашается, так-как его друг не может передвигаться сам. Он инвалид и уже много лет вынужден быть прикован к инвалидному креслу. Получив от друга все необходимое, Саша собирается в путь. Однако путь главного героя, будет далеко не из легких. Город, который он должен покинуть, располагается на острове и отрезан от внешнего мира. И он буквально кишит нежитью.
Телефон не крадёт ваше время. Всё хуже. Он приучает вас добровольно его отдавать. Вы просыпаетесь и рука уже тянется к экрану. Пять минут превращаются в полчаса. Новости, ролики, сообщения, чужая жизнь. День ещё не начался, а лучшая часть внимания уже потрачена. «Вернуть внимание» книга о том, как перестать быть удобным устройством для собственных устройств. Без истерик про «цифровой детокс». Без побега в лес. Вы узнаете, как вернуть длинное внимание, перестать автоматически хвататься за телефон, переживать скуку без экрана, снова читать, работать, разговаривать и оставаться наедине с собой. Телефон должен быть инструментом.