Пепел и Эхо - страница 4



— Заткнись, мелкий! — рявкнул Илья, и Димка сжался в комок, замолчав.

— Нет, пусть говорит, — неожиданно вступилась Катя. Она перевела взгляд на Димку. — Пусть расскажет. Ему полезно знать правду. Боль — это часть процесса. Но её можно принять. Расслабиться и позволить телу измениться. Сопротивление только усиливает страдание.

Антон сглотнул. Образ того, как его кости выворачиваются из суставов, вызывал тошноту. Он вспомнил утро после первого обращения: дикую слабость во всем теле, саднящую кожу и странное чувство правильности происходящего, которое пугало даже больше, чем сама боль.

— Первый раз самый тяжелый, — мягко сказала Лера, заметив его бледность. — Потом привыкаешь. Тело запоминает путь. В следующий раз трансформация займет минуты, а не часы. И ты будешь помнить себя. Сохранять разум.

— Разум волка отличается от человеческого, — снова заговорила Катя, глядя в огонь. — Он древний. Простой. Там нет места сомнениям, сожалениям или сложным планам. Есть голод. Есть стая. Есть территория. И есть враг. Когда ты обращаешься, наша задача — сделать так, чтобы человеческая часть осталась наблюдателем. Чтобы ты управлял инстинктами, а не наоборот.

— И как этому научиться? — спросил Антон, которому наконец удалось справиться с первым приступом паники. Любопытство брало верх.

— Практика, — отрезал Илья. — Теория бесполезна. Нужно почувствовать свою вторую суть. Принять её. Завтра ночью мы пойдем в лес. Все вместе. Ты побежишь с нами. Почувствуешь стаю.

— Завтра? — выдохнул Антон. — Но полнолуние через три дня!

— Именно поэтому завтра, — пояснила Лера. — Трансформацию запускает не столько луна, сколько её свет и гравитационный цикл. Пик силы приходится на саму ночь полнолуния, но процесс начинается раньше. Завтрашняя ночь идеальна для первого пробного забега. Ты обратишься не полностью, возможно, частично. Это позволит тебе ощутить силу, скорость, новые чувства, но сохранить человеческий рассудок. Будет легче контролировать переход.

— А если я не смогу? Если я сорвусь и нападу на вас? На него? — Антон кивнул на Димку.

На этот раз ответил Илья. Он поднялся на ноги одним плавным движением, отряхивая джинсы от хвойных иголок. В свете костра он казался выше и массивнее.

— Тогда мы тебя остановим, — спокойно сказал он. — Поверь, мы умеем. Каждый из нас проходил через это. Я лично уложу тебя мордой в землю, если понадобится. Без обид. Выживание стаи важнее чувств одного новичка.

Его тон не оставлял пространства для споров. Это была констатация факта, простая и жестокая, как законы природы. Антон понял: эти ребята действительно готовы ко всему. Они живут в этом мире каждую минуту, а не только прячутся по заимкам.

— Хорошо, — твердо сказал Антон, удивляясь собственной решимости. — Что мне делать сейчас?

— Сейчас ты просто слушаешь, — ответила Лера. — И учишься дышать. Запахи — это твои глаза. Закрой их.

Антон недоверчиво посмотрел на неё, но выполнил просьбу. Мир погрузился во тьму, но почти сразу начал наполняться информацией. Первым делом ударил густой запах дыма от сырых дров. Затем — кислый аромат пота от сидящих рядом ребят, который, впрочем, не вызывал отвращения, а скорее говорил о принадлежности к одной группе. Он чуял запах мокрой земли, проникающий сквозь щели в полу, смолистый дух горящих еловых лап и тонкий, едва уловимый металлический привкус крови. Откуда кровь?