Читать онлайн Exlor - Прикосновение Меха

Эту эру назвали Эпохой Мехов.

Не то чтобы появление мехов вытеснило другие виды вооружений. В галактической войне против инопланетных рас, стремившихся уничтожить человечество, военные корабли и оружие массового поражения всё ещё играли важную роль.

Однако ядерная бомба была слишком разрушительна для применения против людей. Инопланетные расы могли легко урвать куш, если бы человечество постоянно ослабляло себя, сводя внутренние счёты.

Эти бессмысленные войны могли закончиться, лишь когда человечество объединило бы все свои разрозненные владения. Многие провидцы пытались это сделать, и им это удавалось – до определённого момента.

Мир никогда не длился долго.

Человеческая раса имела врождённую склонность к разобщению. Великое дело единения проваливалось снова и снова.

Так люди разделились, всё ещё слабо связанные общим наследием предков, но не имея ничего другого общего. Войны продолжались, но сложная паутина договоров ограничивала уничтожение необходимого военного снаряжения. У человечества было больше шансов противостоять вторжениям инопланетян, когда оно перестало уничтожать собственные поселения и боевые корабли.

«Завоёвывать планету соседа – это, конечно, прекрасно. Но, по крайней мере, не доставайте тяжёлые пушки и, пожалуйста, оставьте в космосе дорогостоящее имущество в целости и сохранности».

Не лучшее решение, но человечество кое-как выкарабкалось.

С застоем в космических сражениях наземные боевые действия приобрели новое значение. Пехота, танки и артиллерия вновь обрели популярность, пока сварливая человеческая раса сражалась за собственную территорию.

Естественно, захватчикам приходилось нелегко. Вынужденные действовать на вражеской земле, конфликты часто перерастали в войны на истощение.

Даже если захватчики с огромным трудом одерживали победу над врагами, стоили ли усилия того? К своему ужасу, они обнаруживали, что потеряли на своей армии больше денег, чем приобрели территорий.

Большинство вояк осознало, что ведение войны – убыточное дело.

«Всё как и планировалось», – думали пацифисты, похлопывая себя по спине. Договоры были тщательно разработаны именно для такого исхода. Не имея инструментов, чтобы принудить планету к быстрой капитуляции, воякам приходилось полагаться на старые и неэффективные технологии для завоевания территорий.

Оказалось, что миролюбцы праздновали слишком рано.

С тех пор, как легендарный Мак Лю впервые вышел на поле боя в гигантской человекоподобной машине под названием «мех», война изменилась навсегда. Она перешла в совершенно новую парадигму.

Способные эффективно действовать даже на самых негостеприимных планетах, первые мехи выставили на посмешище медлительный и статичный способ ведения войны традиционных армий.

«Человеческое тело – лучшее оружие человека», – заметил один из ведущих изобретателей современных боевых мехов после того, как первые модели молниеносно захватили половину территории огромной нации. – «Все знают, что пехота гибка, но хрупка, а танки прочны, но неуклюжи. И вот однажды мы подумали: почему бы не создать новое оружие, которое примет человеческую форму, и просто его не увеличить?»

В результате появилось революционное оружие, которое покорило людей по всей галактике своим выразительным видом и впечатляющими возможностями.

Быстрее пехоты, манёвреннее танков и способные нести разнообразное вооружение, они, тем не менее, требовали гораздо меньше припасов для поддержания своей работоспособности. Их логистическая нагрузка составляла лишь малую часть того, что поглощала обычная армия. Уже одно это обеспечило мехам превосходство над всеми остальными родами войск.

Эпоха Мехов развернулась во всём своём великолепии. Трансляции, посвящённые мехам, били рекорды по просмотрам. Онлайн-и оффлайн-игры приближали массы к прославленным новым машинам. Крупнейшие производители оружия инвестировали в быстрорастущую индустрию мехов. Бесчисленные стартапы, предлагающие свой уникальный взгляд на мехи, росли как грибы.

Казалось, Эпоха Мехов возвестила о наступлении нового золотого века для человечества.

К сожалению, лишь немногие из элиты могли войти в настоящий мир мехов. Самые базовые модели мехов включали в себя сотни патентов и других патентованных знаний, лицензирование которых стоило целое состояние.

Тем, кто хотел пилотировать настоящий боевой мех, также требовались подходящие гены. Загадочным нейроинтерфейсом, позволявшим пилотам управлять своими мехами так же естественно, как собственным телом, могла управлять лишь горстка одарённых. Те, кто игнорировал предупреждения, сжигали себе мозг.

Исследователям потребовалось много времени, чтобы составить ясное представление о том, сколько людей обладало нужным потенциалом. Согласно последней статистике, лишь жалкие 3,5 процента всего человечества обладали подходящей генетикой для успешного подключения к нейроинтерфейсу. Эти привилегированные элиты, которых проверяли на совместимость с десятилетнего возраста, наслаждались восхищением и поклонением 96,5 процента тех, кому было суждено никогда не сесть в кабину пилота.

Не все из этих 3,5 % в итоге становились пилотами мехов, но даже самый бедный потентат с самой захудалой планеты должен был пройти обучение. Как только они приобретали базовые навыки пилотирования, их зачисляли в резерв. На всякий случай.

Вес Ларкинсон родился с убеждением, что его место – в кабине пилота. Его отец был пилотом меха. Его дед тоже пилотировал мехи. Он мог назвать по меньшей мере девять прямых предков, которые все с честью служили в прославленном Корпусе Мехов Светлой Республики. Большинство его тётей, дядей и остальных многочисленных родственников из семьи Ларкинсонов имели долгую историю пилотирования мехов.

«Пап, каково это – быть пилотом?»

«Это опасно, но это также единственное время, когда я чувствую себя живым».

Его десятый день рождения изменил его жизнь. Весь его мир рухнул, когда врач из Республики объявил результаты. Его генетика определила его в те самые 96,5 процента. Другими словами, он был плебеем, нормом. Какое бы слово ни было в моде, Вес стал простолюдином, которому было суждено никогда в жизни не сесть в кабину пилота.

«Нет ничего постыдного в том, чтобы иметь другие гены», – успокоил врач юного Веса. Он уже разбил мечты бесчисленного количества детей. Ещё один его нисколько не смутил. – «Никто не может быть хорош во всём. Остальные 96,5 % прекрасно справляются. Найди увлечение в соответствии со своими способностями. Не всем суждено идти по стопам отца».

Его отец, Ринкол Ларкинсон, вяло похлопал юного Веса по спине и дал ему мороженое. А что ещё он мог сделать? Его частые командировки оставляли Веса в одиночестве тонуть в своей депрессии.

Так Вес из не по годам развитого мальчика, мечтавшего о мехах, превратился в угрюмого подростка, топившего себя в играх и вечеринках. С покойной матерью и отцом, отсутствовавшим из-за частых командировок, некому было его обуздать. Он окончил среднюю школу с не самыми блестящими оценками.

«Что теперь?»

Вес наконец-то взял себя в руки, задумавшись о будущем. Он не мог вечно прожигать свою жизнь.

«Я не пилот. И никогда им не стану. Всё, что я по-настоящему знаю, – это мехи. Если мне не суждено пилотировать мех, я всё равно могу заняться чем-то другим. Я всё ещё Ларкинсон. Мехи у меня в крови».

Вес сузил свои цели. Если он не может пилотировать мех, то он будет их создавать.

В Эпоху Мехов конструктор мехов руководил их разработкой. Столь же важные, как и пилоты мехов, они создавали инновационные проекты мехов и воплощали их в реальность. Некоторые из этих конструкторов были так же знамениты, как асы, совершавшие невероятные подвиги на своих мехах.

Некоторые из самых престижных конструкторов работали на крупнейших производителей оружия. Они могли с лёгкостью выдать новый заурядный проект, который продавался миллионными тиражами.

Это были Звездные Дизайнеры, суперзвёзды, у которых ГИДы и главы государств были на побегушках. Даже случайный чих мог повлиять на стоимость акций компаний, в которых они работали, настолько они были влиятельны. Многие крупные человеческие государства полагались на их эксклюзивные проекты, чтобы получить преимущество в конфликтах с участием мехов.

Затем шёл средний класс конструкторов мехов – предприниматели, имевшие в своём активе хотя бы одну полную серию проектов мехов. Сведущие во всех аспектах того, что составляло мех, эти опытные инженеры могли взять груду случайных деталей и создать уникальные проекты, которые выполняли бы большинство стандартных ролей, требуемых любым приличным клиентом. Некоторые конструкторы были сосредоточены на штамповке огромного количества мехов по самой доступной цене, в то время как другие могли потратить всю жизнь на одну-единственную модель.

Оставались отбросы. Около девяноста процентов всех конструкторов попадали в эту категорию. Сюда входили свежие выпускники, неудачливые предприниматели и выдохшиеся старики с устаревшими знаниями. Они не могли спроектировать ничего, кроме подделок или откровенных копий более успешных моделей. Большинству этих отбросов было суждено служить безликими винтиками, работая за кулисами, чтобы ремонтировать или обслуживать чужие мехи.

Счастливчики всё же могли заниматься конструированием мехов, занимая нишу в кастомизации. Они брали существующие мехи и вносили в них небольшие изменения или лицензировали старый, существующий проект и добавляли в него свою изюминку. Жесточайшая конкуренция на перенасыщенном рынке не позволяла многим долго оставаться на плаву. Лишь немногие выживали с такой бизнес-моделью.

Вес надеялся стать одним из них. Со своими так себе оценками он мог забыть о поступлении в престижный университет. Ему удалось наскрести достаточно заслуг, чтобы поступить на программу, предлагаемую Риттерсбергским Технологическим Университетом, средненьким учебным заведением из столицы Светлой Республики.

Всё, что он получил пять лет спустя, – это заурядный диплом из заурядного заведения. Другими словами, в глазах работодателей он был никчёмным.

Но это было не страшно. Его отец Ринкол поддерживал его на протяжении всего пути. Он даже потратил много времени на сбор капитала для запуска бизнеса своего сына.

У них обоих был план. Они откроют мех-бутик на одного человека с достаточной автоматизацией, чтобы печатать собственные детали и позволить Весу собирать мех с нуля. Ринкол будет рекомендовать его своим приятелям по службе для дешёвых заказов и позволит Весу шаг за шагом погрузиться в мир кастомизации. Как только Вес заработает себе репутацию, он сможет перейти к разработке собственных вариантов.

Все эти планы рухнули, когда Вес вернулся в пустой дом на Облачном Занавесе, их родной планете. Ринкол получал хорошую зарплату как пилот меха, так что мог позволить себе большой таунхаус в пригороде. Недавно он продал его, чтобы наскрести достаточно денег на покупку мастерской недалеко от города. В ней хватало места лишь для небольшой жилой зоны.

Мастерской не помешал бы ремонт. Модульная, сборная конструкция выглядела подержанной, словно её подобрали на поле боя или свалке. С таким количеством ржавчины и царапин на её внешней стороне было чудом, что она ещё не развалилась.

Когда Вес вошёл внутрь, он вздохнул с облегчением. Всё самое необходимое было цело. Внутри было довольно чисто. Все ценные станки, необходимые для ведения его дела, были на месте, пусть и подержанные. Его отец, может, и не разбирался в этом, но знал много людей, которые разбирались.