Проект Христа - страница 2

Солнце окончательно исчезло за горизонтом.

Стало прохладно.

— До ближайшей деревни далеко? — спросил Андрей.

— Часа два пешком, я полагаю.

— И куда мы идем?

— В сторону Капернаума.

— Что ты там будешь делать?

— Просто так мне захотелось.

Он уставился на меня.

— Ты идешь через пол-Галилеи просто так?

— Пока да.

— Ты точно нормальный человек?

— А кто по-твоему называется нормальным человеком?

Он покачал головой.

— Я уже начинаю жалеть.

— Рано.

Мы пошли по тропинке вдоль берега. Через некоторое время Андрей спросил:

— У тебя хоть еда есть?

Вместо ответа я снял с плеча сумку. Достал лепешку, несколько сушеных фиников и маленький кусок соленой рыбы.

— Немного.

— И ты всё это время молчал?

— Ты не спрашивал.

— Я с утра почти ничего не ел.

— Теперь спрашиваешь.

Мы свернули с дороги и остановились возле группы деревьев. Ночь уже опускалась на землю. Я собрал сухие ветки. Андрей помог разжечь костер.

Некоторое время мы сидели молча. Ели хлеб. Смотрели на огонь. Пламя потрескивало. Где-то в темноте стрекотали насекомые.

— Знаешь, — сказал наконец Андрей, — утром я думал только о том, как поймать рыбу.

— И что теперь?

Он долго смотрел на костер.

— А теперь мне кажется, что сегодня я поймал что-то другое.

— Осторожнее.

— Почему?

— Обычно именно с этой мысли начинаются самые большие неприятности.

И Андрей впервые за вечер рассмеялся по-настоящему.

***

Мы шли уже больше часа. Ночь окончательно вступила в свои права. Костер давно погас позади, а впереди мерцали редкие огни какой-то деревни. Андрей доедал последний кусок лепешки.

— Не думай, что я иду с тобой навсегда, — сказал он.

— Не думаю.

— Просто провожу немного.

— Хорошо.

— Все равно домой не хочется.

Я усмехнулся.

— Там тебя никто не ждет?

— Ждут.

— Тогда почему не хочется?

Он помолчал.

— Потому что я знаю, что будет дальше.

— И что?

— Завтра отец разбудит меня до рассвета. Потом рыбалка. Потом снова рыбалка. Потом еще одна.

Я кивнул.

— А потом?

— Потом ничего.

Он пнул камень на дороге.

— У нас большая семья. Пять детей. Я младший.

— Пять? Неплохо.

— Неплохо для кого?

— Для твоих родителей.

Он рассмеялся.

— Это точно.

Некоторое время мы шли молча. Потом он сказал:

— Знаешь, что самое обидное?

— Что?

— Я даже не любимый сын. Отец всегда ставил старших выше. Особенно Федора. Он все умеет. Все делает правильно. Все его слушают. Я только и слышу: "Посмотри на Федора. Будь как Федор".

— А ты не хочешь быть как Федор?

— Нет.

Ответ прозвучал слишком быстро и поэтому искренне. Я улыбнулся.

— Тогда кем ты хочешь быть?

Он задумался.

— Не знаю, но точно не им.

— Это не ответ.

— Другого нет.

Мы прошли еще несколько десятков шагов. Потом я спросил:

— А кто будет заботиться о родителях, когда они состарятся?

— Старшие братья.

Я покачал головой.

— Нет.

Он удивленно посмотрел на меня.

— Почему?

— Потому что старшие почти всегда уходят строить свою жизнь.

— И что?

— А младшие остаются.

Он усмехнулся.

— Не в моем случае.

— Ты уверен?

— Конечно.

— Почему?

— Потому что я не собираюсь.

Я рассмеялся.

— Андрей, половина людей на свете живет жизнью, которую не собиралась жить.

Он собирался было возразить, но я продолжил:

— Посмотри сам. Ты младший сын. Ты уже кормишь семью. Твои родители привыкли рассчитывать на тебя. Через несколько лет ты встретишь девушку. Тебе скажут, что сначала нужно помочь семье. Потом скажут, что отец стареет. Потом заболеет мать. Потом появятся новые заботы. И однажды ты проснешься сорокалетним мужчиной и поймешь, что так и не нашел времени на собственную жизнь.