Читать онлайн Елена К. - Расследования Люси и Вадима: когда технологии лгут, а правда прячется в логах

Важное официальное предупреждение (написано дрожащей рукой юриста, который всё равно не верит, что кто-то это читает) :)

Все совпадения в этих историях — абсолютно случайны. Ну, настолько случайные, насколько может быть случайным кот, который уверенно едет в мусоропровод, будто это VIPмаршрут.

Названия кафе, приложений, фирм и даже толстовки с надписями вроде «Я люблю тишину» или «Счастье — это выбор» — чистая фантазия. Никто не копировал ничьи логотипы, слоганы или алгоритмы, которые заставляют верить, что кофе из ведра — это «авторский купаж».

Имена персонажей? Совпадения. Технологии? Выдумка. Даже Барсик — не чейто реальный кот (хотя, если у вас есть кот с такой же деловой хваткой и аппетитом, мы всё понимаем).

А если вдруг вы узнали в «Счастье по минутам» своё приложение, в «Тёте Зине» — любимое кафе, а в тестировщике Пухове — соседа по офису… это просто магия совпадений. Или очень хороший маркетинг. Но я тут ни при чём. Честно.

Так что расслабьтесь, пейте свой кофе (настоящий, без алгоритмов) и помните: это всего лишь истории. Ну, почти… :)

Люся Котова стояла посреди тротуара, держа в одной руке бумажный стаканчик с кофе, а в другой — пакет с эклерами, и искренне пыталась поверить, что этот день будет обычным. Ну, насколько вообще может быть обычным день, когда ты — «частный сыщик по случаю», а твой главный напарник — кот, который считает, что улики вкуснее, если их сначала понюхать, а потом уже есть.

— Барсик, не грызи лупу! — шикнула Люся, пытаясь одновременно удержать пакет, стаканчик и кота, который вцепился когтями в ремешок её сумки, будто это был спасательный трос. — Это инструмент!

Барсик посмотрел на неё с выражением «А я думал, это закуска» и демонстративно зевнул.

День начинался многообещающе. Люся шла к своей лучшей подруге Кате, чтобы забрать забытый вчера шарф (тот самый, с надписью «Я люблю расследования»), и заодно выслушать очередную историю про странного соседа, который по ночам выносит из квартиры мешки с чем-то подозрительно шуршащим. Катя работала администратором в торговом центре «Радуга», и Люся знала: если в радиусе пяти километров кто-то косо посмотрел на витрину, Катя уже в курсе.

Но судьба, видимо, решила, что Люсе сегодня мало эклеров.

Прямо перед ней, у самого входа в «Радугу», стоял новенький, сверкающий, явно очень дорогой автомобиль. А на капоте этого автомобиля сидела… курица.

Не декоративная мини-курица, не игрушка, не костюм аниматора. Самая настоящая, с гребнем, перьями и взглядом, в котором читалось: «Я тут главная, не спорь».

Вокруг машины уже собралась небольшая толпа. Кто-то снимал на телефон, кто-то спорил, откуда она взялась, а охранник дядя Витя пытался её согнать, размахивая жёлтой жилеткой.

— Кыш, зараза! — шептал он, стараясь не делать резких движений. — У нас тут имидж!

Курица в ответ наклонила голову, посмотрела на него одним глазом, как на недостойного собеседника, и чинно переступила лапами.

Люся замерла. В её голове, привыкшей раскладывать всё по полочкам, тут же щёлкнуло: «Курица. На капоте. В центре города. Это не случайность. Это улика».

Она поставила стаканчик на бордюр, аккуратно положила пакет с эклерами сверху (чтобы не утащили голуби — а эти ребята, Люся знала, были организованной преступной группировкой) и достала блокнот. На обложке было выведено красивым почерком: «Важные заметки (и список покупок)».

— Так, — пробормотала Люся, записывая. — 1. Курица. 2. Капот. 3. Отсутствие объяснений. 4. Почему все смотрят на меня, будто я должна это решить?

В этот момент из торгового центра вылетела Катя. Волосы растрёпаны, бейдж перекосился, глаза горят.

— Люся! — закричала она, хватая подругу за рукав. — Ты видела? Откуда она? Это же чья-то птица! Может, её украли? Или это часть рекламной акции? Или… может, это знак?

— Какой знак? — спокойно уточнила Люся, хотя внутри у неё уже крутились шестерёнки. — Что-то должно случиться?

— Да! — Катя махнула рукой в сторону витрины. — У нас сегодня презентация нового бутика «Шёпот роскоши». Туда приедет сама Эльвира Марковна — владелица сети, женщина, которая морщится, если кто-то неправильно произносит «кашемир». И если эта курица испортит ей настроение… меня уволят!

Люся посмотрела на курицу. Та, будто услышав, гордо расправила крылья и издала звук, подозрительно похожий на издевательское «ко-ко».

— Ладно, — вздохнула Люся. — Будем считать это вызовом. Барсик, на позицию.

Барсик, который до этого момента делал вид, что он просто гуляет мимо, тут же принял позу «я тут случайно, но готов к подвигам» — то есть сел, поджал хвост и уставился на курицу, как на врага нации.

Люся подошла к машине. Курица перевела на неё взгляд, полный достоинства.

— Ты тут не просто так, да? — тихо сказала Люся. — Ты — звено в цепи.

Курица моргнула.

— Может, она потерялась? — предположил кто-то из толпы.

— Или сбежала с фермы, — добавил другой.

— Или это отвлекающий манёвр! — вдруг выкрикнул мужчина в кепке, который до этого стоял в стороне и грыз семечки. — Пока мы на курицу смотрим, кто-то крадёт кассу!

Толпа ахнула.

Катя побледнела.

— Касса! — прошептала она. — О боже, я же не проверяла кассу с утра!

Люся подняла руку.

— Стоп. Без паники. Сначала курица, потом касса. Логика — наше всё.

Она наклонилась, стараясь выглядеть максимально не угрожающе (хотя с блокнотом в руке это было сложно), и прошептала:

— Слушай, пернатая, я не хочу тебя пугать. Но мне нужно знать: кто тебя сюда привёл? Или ты сама? Если сама — откуда? Из парка? С рынка? Из секретной лаборатории?

Курица наклонила голову. Потом, к всеобщему изумлению, слезла с капота, подошла к Люсе и… клюнула её в ботинок. Не сильно, но выразительно.

— Это что, язык жестов? — растерянно спросила Люся.

И тут из дверей «Радуги» вышла Эльвира Марковна. Высокая, статная, в идеально сидящем костюме цвета слоновой кости. Она остановилась, посмотрела на толпу, на курицу, на Люсю с блокнотом — и её лицо превратилось в ледяную маску.

— Что. Здесь. «Происходит?» —произнесла она так, что даже голуби на соседней крыше притихли.

Катя сделала шаг вперёд, открыла рот, закрыла, снова открыла…

— Это… это… — пролепетала она.

Эльвира Марковна перевела взгляд на курицу.

— Уберите. Живо.

Дядя Витя, собравшись с духом, шагнул вперёд и схватил курицу. Та возмущённо заквохтала, но сопротивляться не стала — видимо, поняла, что против такой энергетики не попрёшь.

— И чтобы я больше этого не видела, — процедила Эльвира Марковна и, развернувшись, исчезла за дверями.

Толпа начала расходиться, обсуждая увиденное. Катя обессиленно опустилась на бордюр рядом с эклерами.

— Всё, — простонала она. — Меня уволят. Это был мой последний шанс.

Люся присела рядом, взяла один эклер (потому что стресс надо заедать) и задумчиво посмотрела на Барсика. Тот уже успел обнюхать ботинок дяди Вити и теперь смотрел на Люсю так, будто говорил: «Ну что, будем расследовать?»

— Знаешь, — медленно произнесла Люся, — эта курица не могла просто так оказаться на капоте. Кто-то её туда посадил. И у этого кого-то была цель.

— Какая? — устало спросила Катя.

— Либо отвлечь всех от чего-то важного… — Люся сделала паузу. — Либо это и было самое важное.

Барсик мяукнул. В переводе с кошачьего это значило: «Или она просто хотела покрасоваться. Давайте есть эклеры».

Но Люся уже не слушала. В её голове складывалась картина. Курица. Презентация. Эльвира Марковна. Странный сосед с мешками. И тот факт, что сегодня утром кто-то украл все булочки из столовой на первом этаже — а это, по мнению Люси, вообще не могло быть совпадением.

— Катя, — тихо сказала она. — Расскажи мне всё. С самого начала. Про соседа. Про мешки. Про то, почему Эльвира Марковна так боится кур.

Катя подняла на неё глаза.

— Она не боится кур, — прошептала она. — Просто у неё аллергия на перья. И на стресс. А сегодня и то, и другое.

Люся кивнула. Теперь пазл складывался.

— Значит, кто-то знал, — пробормотала она. — Кто-то специально устроил эту сцену. И я выясню кто.

Барсик потянулся, зевнул и улёгся прямо на пакет с оставшимися эклерами — мол, расследование расследованием, но обед по расписанию.

А Люся достала ручку, обвела в блокноте пункт «Курица» и добавила рядом: «Мотив: аллергия + презентация. Подозреваемые: все».

День только начинался. И Люся чувствовала: это будет легендарное дело.

Люся сидела на подоконнике в подсобке торгового центра, ела эклер (Барсик уже отвоевал себе половину и теперь философски вылизывал лапу, будто это была его заслуга) и пыталась выстроить логику. Логика, как назло, не выстраивалась.

— Смотри, — сказала Люся Кате, тыкая пальцем в страницу блокнота. — Курица на капоте. Появление Эльвиры. Аллергия на перья. Это не совпадение. Это… сценарий.

Катя нервно теребила бейдж.

— Но кто? Кому это нужно? У нас тут бутики, а не шпионский штаб!

— Именно поэтому и нужно, — уверенно заявила Люся. — В тихом месте самое интересное и происходит. Кто выигрывает, если презентация провалится?

— Ну… — Катя задумалась. — Конкуренты. У соседнего ТЦ в следующем месяце открытие похожего бутика. Или… кто-то из наших, кто хотел сорвать контракт. Или… — она понизила голос, — уборщица Тамара Степановна. Она терпеть не может Эльвиру Марковну. Говорит, что она «смотрит, как на пыль».

Люся тут же записала: «Тамара Степановна — мотив: профессиональная гордость».

Барсик фыркнул, будто хотел сказать: «Вы серьёзно? Уборщица против владелицы сети? Это как я против пакета корма — неравные весовые категории».

— Ладно, — Люся закрыла блокнот. — Сначала проверим очевидное. Где держат кур в городе? Фермы, рынки, частные хозяйства… и зоомагазины.

— В зоомагазине кур не продают, — возразила Катя.

— А декоративных? А цыплят на Хеллоуин? А… — Люся запнулась. — Слушай, а помнишь, я тебе про соседа рассказывала? Про мешки?

Катя кивнула.

— Тот, который по ночам шуршит?

— Он самый. И знаешь, что меня беспокоит? Он живёт над магазином «Всё для дачи». А там продают…

— Корма, — хором закончили они.

Барсик поднял голову, будто понял, что сейчас решающий момент. И мяукнул. В переводе: «Если мы идём к подозрительному соседу, я иду первым. Вдруг там колбаса».

Они вышли из подсобки и тут же столкнулись с дядей Витей, охранником. Вид у него был помятый, но торжествующий.

— Отвёз я эту курицу, — сообщил он, понизив голос. — В приют для животных. Там сказали: «Опять кто-то выбросил». Но я-то знаю — её не выбросили. Её поставили. Как… как… ну, как вазу с цветами, только пернатую.

Люся прищурилась.

— Дядя Витя, вы гений. Это метафора, но очень точная. Значит, курица была реквизитом.

Дядя Витя гордо выпятил грудь.

— Я ещё и следы видел.

— Какие следы? — подскочила Люся.

— Ну, не куриные. Человеческие. Рядом с машиной. Один отпечаток — большой, сорок пятый размер. И… — он замялся, — пакет. Обычный такой, синий, с надписью «Фермерские радости». Я его убрал, чтобы не мешал проходу. Он в комнате охраны лежит.

Люся почувствовала, как внутри всё подпрыгнуло — то самое чувство, когда пазл начинает складываться.

— Ведите, — скомандовала она.

В комнате охраны на столе действительно лежал синий пакет. Люся осторожно, стараясь не трогать лишнее (хотя перчатки у неё были только зимние, с помпонами), развернула его. Внутри — несколько перьев, кусочек жёлтой верёвки и… этикетка с датой: вчерашний день.