Шираз - страница 5
Глава 3. Магия чисел
16 Хордада 1376 г. (6 июня 1997 г.)
Две недели спустя воздух Шираза, казалось, стал легче. Что-то неуловимо изменилось, словно с города сняли тяжёлое, невидимое покрывало. По вечерам на проспектах и в парках стало больше молодёжи. Они не делали ничего запретного. Они просто были – сидели на скамейках, смеялись чуть громче, чем раньше, и их смех смешивался с музыкой, доносившейся из открытых окон машин. Девушки носили платки чуть свободнее, обнажая пряди волос, непокорные, как первые ростки травы, пробивающиеся сквозь асфальт. Надежда, казалось, была почти физической субстанцией, солнечными пятнами на асфальте, бликами на витринах магазинов.
В ту пятницу Захра гуляла по городу с матерью. Отец остался дома, сославшись на работу над статьёй. Они шли по аллее, и Роксана, обычно сдержанная, сегодня была почти по-детски счастлива. Она покупала Захре сладкую вату, рассказывала смешные истории из своего студенчества.
– Посмотри, – сказала она, кивая на группу студентов у фонтана. – Они словно проснулись.
Но Захра видела не только их. Она видела и тех, кто наблюдал. Мужчин в неприметных рубашках, сидевших поодаль с газетами в руках, но их взгляды были направлены не на буквы. Они были повсюду, как тени, которые отбрасывало яркое июньское солнце.
– У нас в школе старшие классы как будто сошли с ума, – сказала Захра, глядя на группу студентов, споривших о чём-то с жаром и восторгом. – Они говорят о поэтических вечерах, о новых газетах. Говорят, скоро даже разрешат концерты.
– Дай Бог, – Роксана поправила солнцезащитные очки, и в их, как в зазеркалье, на мгновение отразилось небо. – Надеюсь, слова дяди Джавада останутся только словами. Просто мрачной сказкой для взрослых.
Она произнесла это тихо, почти как молитву. Молитву о том, чтобы реальность оказалась проще, чем её описывал брат.
Когда они вернулись домой, их встретила тишина. Но это была не та умиротворяющая тишина, которая бывает, когда отец работает. Это была плотная, наэлектризованная тишина. Из гостиной доносились приглушенные голоса. Отец и дядя Джавад.
Если вам понравилась книга, поддержите автора, купив полную версию по ссылке ниже.
Продолжить чтениеПохожие книги
Хорхе Луис Борхес однажды заметил, что за всю историю человечества было рассказано всего четыре истории: об осаде города, о возвращении, о поиске и о самоубийстве бога. «Мэйхуа. Триптих 2. о» – это смелый и, без преувеличения, грандиозный литературный проект, который берет эту лаконичную формулу и превращает ее в свою архитектуру. Это книга, которая исследует их как фундаментальные законы бытия, как строки кода, на которых написана сама реальность. Первая часть цикла – триптих микророманов «Дорога в тысячу лет», «Тропы» и «Река» – мастерски разыгрывает первые три архетипа. На этом этапе кажется, что перед нами – виртуозно исполненная, но все же классическая сага о травмах XX века.
Книга о двух, чудом выживших людях в мертвом городе. Одного зовут Павел. Он вирусолог. Синтезировав вакцину из добытых им образцов, он просит своего друга Сашу, во что бы то ни стало, доставить ее во внешний мир. Возможно она может спасти все человечество. Саша соглашается, так-как его друг не может передвигаться сам. Он инвалид и уже много лет вынужден быть прикован к инвалидному креслу. Получив от друга все необходимое, Саша собирается в путь. Однако путь главного героя, будет далеко не из легких. Город, который он должен покинуть, располагается на острове и отрезан от внешнего мира. И он буквально кишит нежитью.
В мой свадебный салон внезапно приходит беременная дочь моей подруги, и я становлюсь невольным свидетелем ее разговора. — Юра сказал, что мы поженимся, как только он разведется. Он уже сделал мне предложение, — раздается из примерочной голос Милы. Из дальнейшей беседы становится ясно, что она ждет ребенка от моего мужа и собирается выйти за него. У меня в голове это не укладывается. Милана выросла на моих глазах, ее мать — моя лучшая подруга. Неужели у нее отношения с моим мужем, который старше ее на двадцать лет. Мы много лет в браке, у нас взрослая дочь, которая скоро подарит нам внука, и тут словно гром среди ясного неба: муж уходит от меня к любовнице.