Стертая личность - страница 3



«Узнаешь себя, Вадим?»

Этот вопрос эхом отдавался в его голове, пока он смотрел на ночную Москву, раскинувшуюся под ним, сверкающую миллионами огней и пронизанную бесконечными потоками данных – правдивых и ложных, как его собственная жизнь.



Глава 2: Цифровые следы

Утро начиналось с ритуала. Вадим выпил стакан свежевыжатого апельсинового сока, затем принял контрастный душ, после чего десять минут стоял у панорамного окна, разглядывая просыпающуюся Москву. Он называл это "синхронизацией с реальностью" – небольшая дань прошлому, когда люди еще разделяли реальный и виртуальный миры.

После странного происшествия с флешкой Климова и не менее странной встречи с Анной Державиной он чувствовал необходимость в этой утренней медитации еще острее, чем обычно.

Сообщение от Грифа пришло в 7:15: «Данные проанализированы. Все сложнее, чем казалось. Личная встреча. Обычное место. 10:00».

Гриф не любил электронные коммуникации, предпочитая встречаться лично. Паранойя, граничащая с безумием, но именно она сделала его лучшим хакером в "темной сети" и сохранила жизнь, когда многие другие специалисты его профиля таинственно исчезали.

Вадим быстро просмотрел утренние новости через "Нейролинк". Мозговой имплант проецировал информацию прямо на сетчатку глаза, позволяя обрабатывать гигабайты данных, не прикасаясь к внешним устройствам. Элитная модель правительственного класса, официально не поступившая в гражданское пользование. Привилегия стоимостью в миллионы, полученная через связи Марка.

«Индекс Национального Цифрового Благополучия вырос на 0,7% по сравнению с предыдущим кварталом…»

«Министр цифрового развития объявил о запуске нового этапа программы "Чистый разум"…»

«Количество граждан с нулевым цифровым рейтингом достигло исторического минимума благодаря успешной работе программы социальной реинтеграции…»

Пропаганда. Сладкая, как патока, липкая, как смола. В реальности "нулевики" – люди, потерявшие цифровую репутацию – ютились в гетто на окраинах города, лишенные доступа к нормальной работе, медицинскому обслуживанию и даже элементарным удобствам. Цифровая смерть была страшнее физической. По крайней мере, мертвым не нужно было выживать в мире, который полностью отвернулся от них.

Вадим тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли. Еще недавно он бы просто посмеялся над этими социальными проблемами. Почему сейчас они вызывают дискомфорт?

Через час он был уже в центре Москвы, шагая по Патриаршим прудам. "Обычное место" – это была маленькая кофейня "Аналог", одно из немногих заведений, где можно было отключить "Нейролинк" без подозрительных взглядов. Там собирались те, кто ценил редкие моменты цифрового детокса или просто боялся слежки.

Гриф ждал его за угловым столиком, сгорбившись над кружкой черного кофе. В свои сорок он выглядел на все пятьдесят пять – изможденное лицо, воспаленные от постоянного сидения перед экраном глаза, дрожащие руки. Типичный портрет цифрового наркомана, но вместе с тем – один из самых опасных людей в невидимой части российского интернета.

– Выглядишь паршиво, – сказал Вадим вместо приветствия, садясь напротив.

– И тебе доброе утро, Ревнев, – хрипло отозвался Гриф, нервно оглядываясь по сторонам. – Знаешь, некоторые предпочитают здоровый образ жизни, а другие – знать слишком много. Второе не способствует первому.

Вадим заказал эспрессо и, дождавшись, когда официант отойдет, активировал на столе небольшой генератор помех – еще одно запрещенное устройство из его коллекции.