В итоге из всего многообразия представленного я выбрала успокаивающую соль, пахнущую лавандой и геранью. А, когда наконец легла в горячую воду и вдохнула умиротворяющий аромат, то чуть не застонала от удовольствия. Постепенно мое состояние приходило в норму, мышцы расслаблялись, а тревоги улетучивались. В доме стояла благодатная тишина. Я даже чуть не уснула.
Вторым пунктом моего релакса стали средства по уходу за телом с запахом персика. Уж раз появилась возможность, грех не воспользоваться. Надеюсь, утром Эйлин не прибьет меня за неэкономичность.
Только когда моя кожа благоухала и практически скрипела от чистоты, а волосы напитались масками с натуральными маслами, я соизволила покинуть ванную комнату. И какое же это наслаждение после долгой дороги за рулем смыть с себя всю пыль и пот. Моих сил едва хватило на то, чтобы высушить волосы феном, настолько меня разморило.
С ощущением полного блаженства прямо в махровом халате я шлепнулась на кровать, застеленную моим любимым покрывалом. Оно было словно сшито из разных по размеру и цвету лоскутов. Прямо как моя жизнь, склеенная из кардинально отличных друг от друга осколков.
Кензи всегда говорила, что от вида моей кровати у нее в глазах рябило. Помню, как купила это, безумно приятное на ощупь, покрывало у Ганы, живущей дальше по улице. Сколько раз эта чародейка в годах гоняла своей тростью местных шалопаев, даже считать не берусь – уж очень сильно местной детворе нравились яблоки с ее участка. И шила она пусть и чудаковато, зато сразу чувствовался ее непривычный взгляд даже на такие банальные вещи. Некоторые вообще считали Гану чокнутой.
Мне бы навестить эту пожилую чародейку. Хотя бы из чувства вежливости. Именно она дала мне совет взять перерыв с магией, раз та стала мне в тягость. По сути Гана – единственная, кто не корила меня за слабость. Говорила, что просто не пришло мое время. А раз появилась возможность отдохнуть и набраться сил, ведь они мне еще очень сильно пригодятся, стоило этим воспользоваться.
Что я и сделала.
Надеюсь, это не было пророчеством, ведь Гана обладала этим даром. Порой ее глаза застилала молочная пелена. Чародейка начинала что-то монотонно шептать, а потом, чаще всего, напрочь забывала о том, что успела напророчить.
То ли я слишком устала ехать без перерыва, то ли так подействовали волшебные эликсиры Лин, но я провалилась в сон прямо в халате.
Но даже талант старшей Блэкторн не помог мне избежать кошмаров.
Мне снился горящий дом. Пламя лизало занавески и деревянные стены. В нос бил запах гари. Я буквально кожей чувствовала этот жар, пот тек по коже, глаза застилали слезы. Я подняла свои руки. Они были все в крови, на пальцах танцевали искорки. Затем раздался душераздирающий детский плач и истошный женский крик.
Все пролетело, словно мгновение.
Мое тело дернулось, и я очнулась, отчаянно хватая ртом воздух. В комнате было жуть, как душно. Я практически задыхалась от кошмарного сна и недостатка кислорода. Волосы прилипли ко лбу из-за пота. Мои сестры открыли бы окно с помощью заклинания, но не я, поэтому пришлось встать. Мое тело сразу же взбунтовалось и дало знать об этом ощущением сотни иголочек. От долгого лежания в одной позе оно попросту затекло, отчего я походила на сломанную куклу.
На экране телефона, лежащего на тумбочке, высветилось 00:05.
Вставать явно рано. Да и поспала я не так уж и много.
