Читать онлайн Аглая Строгая - Ты попал, красавчик!

Глава 1. Дивное окончание дня

Октябрьское солнце заливало аудиторию мягким светом, в котором плавали пылинки. Они кружились медленно, словно исполняя некий древний танец. Лера Волкова любила этот момент: последняя пара закончилась, одногруппники спешно собирали вещи, грохотали стульями, а она могла еще немного задержаться, наслаждаясь тишиной, которая наступала после.

— Лер, ты с нами? Мы в «Ботанику» собрались, кофе попить, — Алина уже накинула пальто и выжидающе смотрела на подругу.

— Не сегодня. У меня кружок, — Лера аккуратно сложила конспекты в папку, проверила, не помялись ли уголки. — Вера Матвеевна обещала объявить что-то важное.

— Ой, да что там может быть важного? Опять стихи читать будете? — фыркнула Алина, но без злобы. — Ты в этом кружке уже три года. Скоро сама Верой Матвеевной станешь.

Лера улыбнулась, но ничего не ответила. Объяснять Алине, что литературный кружок — это не просто посиделки с чаем и обсуждением рифм, было бессмысленно. Для Леры это была своего рода отдушина. Место, где мир становился правильным, упорядоченным, подчиненным законам композиции и красоте слова. Именно там её окружали люди, которые говорили нетривиальные вещи. Там не было хаоса, который царил в остальной жизни. И можно было обсуждать книги. Лере совершенно не с кем было обсудить их. А тут, пожалуйста, всегда есть пытливые умы, желающие выразить свое мнение, спорить, аргументировать.

Впрочем, любовь к литературному кружку была одним из штрихов образа. Староста группы, круглая отличница, пример для подражания — все эти ярлыки приклеились к Лере еще на первом курсе и с тех пор держались намертво. Она вообще-то не возражала. Быть правильной оказалось удобно: от тебя ждут определенных вещей, ты их делаешь, и все довольны. Родители гордятся, преподаватели ставят в пример, одногруппники просят конспекты перед сессией. Система работала безотказно.

Она вышла из аудитории, поправила сумку на плече и направилась в корпус гуманитарного факультета. Литературный кружок проходил в небольшой аудитории на втором этаже. Она давно нуждалась в ремонте, но выглядела монументально с высокими потолками и деревянными панелями на стенах. Там даже воздух был другим: пахло книгами, сладостью и сушеными яблоками, которые Вера Матвеевна всегда приносила с собой.

Лера пришла первой, как обычно. Расставила стулья полукругом, проверила, работает ли проектор, положила на стол преподавателя распечатки. Она делала это автоматически, без принуждения. Порядок требовал поддержания, и Лера охотно становилась его хранительницей.

Постепенно подтягивались остальные: Маша с вечно испуганными глазами, Рита, которая писала странные верлибры и носила шарфы не по сезону, пара тихих второкурсников. Всего человек десять. Лера знала каждого и чувствовала себя здесь почти хозяйкой. Почти — потому что настоящей хозяйкой была, конечно, Вера Матвеевна.

Преподавательница вошла ровно в пять. Высокая, сухощавая, с пучком седых волос на затылке и взглядом, который, казалось, видел человека насквозь, включая все его потаенные страхи и невысказанные желания.

— Добрый вечер, господа поэты и прозаики, — произнесла она, и в голосе ее послышалась едва уловимая ирония. — У меня для вас новость. Присядем.

Лера опустилась на стул, чувствуя, как внутри начинает зудеть предвкушение. Она знала: сейчас объявят про конкурс. О котором она мечтала последние два года и в этот раз ощущала готовность участвовать каждой клеточкой своего тела. Межвузовский конкурс короткой прозы с публикацией в серьезном сборнике. Победа в нем — это не просто строчка в резюме. Это признание, входной билет в мир, где ее писательство перестанет быть «милым хобби» и станет чем-то настоящим.

— В этом году наш университет участвует в ежегодном литературном конкурсе имени Кнорозова, — продолжала Вера Матвеевна, поправляя очки. — Тема этого года — оригинальная история любви. Главное условие — работа в соавторстве.

По аудитории пробежал шепоток. Лера нахмурилась. Соавторство? Это было неожиданно. Она привыкла полагаться только на себя. Текст, написанный в одиночку, был понятен и управляем. А соавтор — это всегда компромисс, уступки, чужая манера письма, которая может испортить всю оригинальную задумку.

— Я уже подобрала пары, — Вера Матвеевна обвела аудиторию взглядом, который Лере показался странным. Словно преподавательница заранее знала, что участники будут не рады её назначению и это знание ее забавляло. — Маша, ты работаешь с Димой. Антон — с Ритой.

Она называла имена одно за другим, и Лера ждала, когда прозвучит ее фамилия. С кем ее поставят? Кто будет ее напарником? Она перебирала в уме всех присутствующих, оценивая потенциал каждого.

— И последняя пара, — Вера Матвеевна сделала паузу. — Лера и... Артем.

Лера замерла. Сначала ей показалось, что она ослышалась. Артем? У них в кружке нет никакого Артёма. У неё будет воображаемый напарник?

— Простите, Вера Матвеевна, — она подняла руку, чувствуя, как внутри поднимается волна паники. — Вы, наверное, ошиблись. В нашему кружке нет человека по имени Артём. Или у меня будет виртуальный соавтор? Искусственный интеллект?

— Что ты. Артём вполне себе реален, — невозмутимо ответила преподавательница. — У него особые привилегии стремительно влиться в наш уютный литературный мир.

Именно в этот момент дверь аудитории открылась, и на пороге возник он собственной персоной.

Лера видела его раньше, конечно. Невозможно было учиться в одном институте и не знать Артема Титова. Сын известного в городе бизнесмена, владельца сети автосалонов и еще бог знает, чего. Мечта всех девушек с потока — так о нем говорили, и Лера всегда морщилась от этой формулировки, находя ее пошлой и унизительной для всех участников процесса. Высокий, с вечной небрежной ухмылкой, одетый так, словно только что вышел с обложки глянцевого журнала, он и сейчас смотрелся в этой старой аудитории, среди стопок книг и скромных студентов, как павлин в курятнике.

Он явно не горел желанием здесь находиться. Прислонился плечом к дверному косяку, засунул руки в карманы дорогой куртки, обвел помещение взглядом, в котором читалось легкое презрение пополам со скукой.

— Я не опоздал? — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Как раз вовремя, — Вера Матвеевна кивнула ему. — Проходите, Артём. Я как раз объясняла вашей напарнице суть задания.

Лера почувствовала, как внутри что-то обрывается. Нет. Только не он. Она столько работала, уделяла внимание литературе и поиску стиля, ждала этого конкурса — и теперь ее шанс зависит от... этого?

— Моей напарнице? — Артем перевел взгляд на Леру, и ухмылка стала шире. — Волкова? Отличница наша? Староста? Ну, хоть что-то приятное в этом дурдоме.

Он прошел и уселся на свободный стул, закинув ногу на ногу с видом человека, который оказывает всем присутствующим великую честь. Лера стиснула зубы.

— Вера Матвеевна, — она старалась, чтобы голос звучал ровно. — Можно вас на минуту?

Они отошли к окну. Лера встала так, чтобы Артем не мог слышать.

— Почему он? — спросила она тихо, но в голосе звенело напряжение. — Почему я должна работать с человеком, который даже в кружке никогда не был? Он же ничего не понимает в литературе. Он... вообще нагрубил ректору, его чуть ли не выгоняют, я слышала об этом. Это его наказание? А я чем так провинилась, чтобы его терпеть целый месяц и завалить работу?

Вера Матвеевна посмотрела на нее поверх очков. Взгляд был спокойным, чуть насмешливым и мягким.

— Лера, ты хороший писатель. У тебя прекрасный слог, отличное чувство языка, безупречная грамматика. Но знаешь, чего не хватает твоим текстам?

— Чего? — Лера напряглась.

— Жизни, — просто сказала Вера Матвеевна. — Ты пишешь о так, словно вычитала о реальном мире из энциклопедии. Красиво, гладко, правильно. Но не достоверно. А у Артема... — она бросила взгляд в сторону молодого человека, который с независимым видом разглядывал потолок. — У него, я полагаю, богатый жизненный опыт. Я уверена, он знает о любви, страсти и разочарованиях не из книг. Пообщайтесь немного, обсудите героев вместе и вот увидишь: он поможет сделать твою работу живой. Достоверной.

— Но...

— Это не обсуждается, Лера, — мягко, но твердо отрезала преподавательница. — Конкурс требует соавторства. Я подобрала пары так, как считаю нужным. Месяц работы. Сможете сработаться — будет твой самый лучший текст. Не сможете... ну что ж, значит, конкурс пройдет мимо тебя в этот раз.

Лера вернулась на свое место, чувствуя, как внутри закипает смесь ярости и отчаяния. Артем проводил ее взглядом, и она кожей ощутила его усмешку, хотя он ничего не сказал.

— Итак, — Вера Матвеевна снова обратилась ко всем, — у вас есть месяц. Дедлайн — пятнадцатого ноября. Текст должен быть оригинальным и написанным в соавторстве. Жанр — любовный роман в короткой форме. Все вопросы — ко мне. Пары могут обсудить планы работы уже сегодня. Занятие окончено, все свободны.

Студенты начали расходиться, переговариваясь и обсуждая новость. Лера осталась сидеть, глядя прямо перед собой. Она чувствовала, как идеальный мир, который она так тщательно выстраивала, дает трещину.

— Ну что, напарница, — голос Артема раздался прямо над ухом. Она вздрогнула. Он стоял слишком близко, нарушая ее личное пространство с той же легкостью, с какой, видимо, нарушал все правила. — Давай сразу договоримся. Мне нужна бумажка от Веры Матвеевны для ректора, чтобы меня не отчислили. Тебе нужна победа. Работаем быстро, четко, без лишних соплей. Идет?

Лера подняла на него взгляд. Красивое лицо, самоуверенная улыбка, глаза, в которых горел вызов. Он явно привык получать всё, что хочет. Девушки, оценки, поблажки — всё доставалось ему по щелчку пальцев.

Только не в этот раз.

— Идет, — сказала она холодно, вставая. — Встречаемся завтра в библиотеке. В три часа.

Она развернулась и вышла из аудитории, не оборачиваясь. Спиной чувствовала его взгляд. А потом раздался тихий смешок.

— Библиотека, — донеслось до нее. — Ну кто бы сомневался.

Лера сжала кулаки и пошла быстрее. Всего месяц общения с этим человеком. Она должна справиться. У нее нет другого выхода — победа в конкурсе была ей нужна не меньше, чем ему его дурацкая рекомендация.

В три часа Лера сидела в библиотеке за дальним столом, возле окна. Перед ней лежали блокнот, две ручки, на случай если одна подведет. Рядом красовалась аккуратная стопка книг по писательскому мастерству. Она пришла за пятнадцать минут, чтобы успеть настроиться и продумать план беседы.

Артём опоздал на десять минут.

— Ну и дыра, — сообщил он вместо приветствия, плюхаясь на стул напротив. — Я тут последний раз был на первом курсе, когда пытался произвести впечатление на одну библиотекаршу. Скучная оказалась девчонка.

Лера пропустила его реплику мимо ушей.

— Я составила список вопросов, которые нам нужно обсудить. Характеры героев, сюжетная арка, конфликт...

— Слушай, — перебил Артём, откидываясь на спинку стула и разглядывая ее с откровенным любопытством. — А ты вообще живая? Ходишь куда-нибудь, кроме библиотеки? У тебя парень-то есть?

— Это не относится к делу.

— Очень даже относится. Мы тут любовный роман пишем. А ты, похоже, последний раз сердечко рисовала на полях в школе. Ты как Снежная королева — красивая, холодная, и весь мир у тебя изо льда.