Читать онлайн Ева Карелина - В тени близнеца

Мониторы кашляли синим светом в полумрак подвала. Кира не помнила, когда в последний раз видела солнце, и, честно говоря, её это мало волновало. Солнце было слишком предсказуемым. Оно вставало и заходило по расписанию, в отличие от серверов Министерства цифрового развития, которые сегодня упирались уже три часа.

На Кире была растянутая черная толстовка с капюшоном, скрывающим половину лица, и старые армейские ботинки — её броня от внешнего мира. На левом запястье, прямо под ремешком поношенных часов, чернела татуировка: схематичный силуэт осы с неестественно длинным жалом. Её личная подпись в даркнете.

Пальцы летали по механической клавиатуре с глухим, костяным стуком. Экран мигнул, выдавая каскад зеленых строк.[SUCCESS]: ACCESS GRANTED. NODES BYPASSED: 14/14.

— Готово, суки, — тихо прошептала она, даже не улыбнувшись. Для неё это была просто математика. Чистая, холодная логика, в которой не было места человеческой глупости.

В этот момент за её спиной звякнул колокольчик на входной двери. В её полуподвальное убежище, замаскированное под мастерскую по ремонту старой электроники, редко заходили люди. А те, кто заходил, обычно пахли дешевым пивом или сыростью.

Но этот запах был другим. Дорогой парфюм с нотами жасмина и горького миндаля. Запах, который стоил больше, чем вся техника в этой комнате.

Кира не оборачивалась. Она видела отражение в выключенном боковом мониторе. Из темноты коридора вышла женщина. На ней было кашемировое пальто цвета слоновой кости, безупречные туфли на шпильках, а идеальные светлые волосы лежали волосок к волоску.

Это было как смотреть в дорогое, начищенное до блеска зеркало. Только копия выглядела холеной, сытой и фальшивой.

— Ты не меняешь замки, Кира. Это беспечно, — раздался мягкий, тщательно поставленный голос.

— А ты не меняешь привычки, Кристина. Приходить без приглашения — это наглость, — Кира наконец повернулась на скрипучем стуле, скрестив руки на груди. — Что нужно жене будущего мэра в моей помойке?

Кристина сделала шаг вперед, и только сейчас Кира заметила, как дрожат её пальцы, сжимающие дорогую кожаную сумку. На безупречном лице сестры под слоем тонального крема отчетливо проступала мертвенная бледность.

— Мне нужна твоя голова, Оса, — Кристина попыталась усмехнуться, но губы её не послушались. — Меня убьют, Кира. И твоего зятя тоже. Нас обоих.

Кира медленно откинулась на спинку стула. Скрип пластика прозвучал в сыром подвале как сухой выстрел. Она не видела сестру почти три года — с тех пор, как Кристина выскочила замуж за Виктора Власова, восходящую звезду региональной политики, и мгновенно вычеркнула из своей новой, сияющей жизни «странную нелюдимую родственницу».

— Убьют? — Кира цинично приподняла бровь. — Судя по твоему пальто, тебя пока только слегка напугали. Кто? Кредиторы? Или Виктор снова забыл задекларировать очередной офшор на Кипре, и к вам постучались из налоговой?

— Если бы, — Кристина сделала еще шаг, почти вплотную приближаясь к рабочему столу. Запах жасмина теперь душил Киру, перебивая привычный и родной аромат канифоли и перегретого текстолита. Кристина резко, словно отсекая канат, положила на стол свой смартфон. Новейшая модель, матовый титан. На экране тускло светилось открытое окно мессенджера без аватара и имени пользователя. Только длинный буквенно-цифровой ID.

— Смотри, — выдохнула Кристина.

Кира скользнула взглядом по строчкам. Текст был коротким.«Завтра в 20:00 на благотворительном вечере ты передашь мне флеш-карту из сейфа мужа. Или это видео уйдет во все федеральные СМИ. Виктор не просто снимется с выборов, он сядет. А ты пойдешь как соучастница. Время пошло, Кристиночка».

Ниже было прикреплено видео. Кира кликнула по экрану. Запустился короткий пятисекундный ролик, снятый на скрытую камеру под углом, словно из вентиляционной решетки. На видео Кристина — в каком-то полумрачном номере отеля — передавала плотный конверт мужчине, чье лицо оставалось в тени. Но самым жутким было не это. На заднем плане, на стеклянном столике, лежали раскрытые папки с гербами Министерства обороны и чертежами закрытого оборонного объекта.Кира почувствовала, как внутри шевельнулся холодный азарт исследователя.— Шпионаж? — Кира подняла глаза на сестру. В её голосе впервые за вечер исчезла насмешка. — Твой муж торгует гостайной, Кристина? Или это ты решила подработать на стороне?— Это не то, чем кажется! — Кристина перешла на панический шепот, оглядываясь на темную лестницу, словно убийцы уже стояли там. — Виктор чист. Ну, почти... в рамках политики. Этот архив собирала я. Я хотела... господи, Кира, я хотела сбежать от него! Виктор — чудовище. Он контролирует каждый мой вздох, каждый рубль, каждую мысль. Этот особняк — тюрьма. Я собирала компромат на его спонсоров, чтобы обеспечить себе безопасность и безбедную жизнь после развода. Но кто-то вскрыл мой тайник. Кто-то узнал.— И теперь этот «кто-то» хочет забрать весь архив твоими руками, — закончила за неё Кира. — А если ты откажешься или пойдешь в полицию, тебя уничтожат. Классика.— Мне нужно время, Кира. Всего несколько дней, — Кристина схватила сестру за руки. Её ладони были ледяными, несмотря на теплое пальто. — Они ведут за мной наружное наблюдение. Мой телефон прослушивается. Я не могу сделать ни одного шага в сети, Виктор нанял лучших специалистов по кибербезопасности для своей кампании. Но если на моем месте будешь ты...Кира замерла. Она медленно перевела взгляд со смартфона на лицо сестры.— Ты с ума сошла. Окончательно.— Мы близнецы, Кира! Мы идентичны до последнего колена ДНК. Если ты наденешь мое платье, сделаешь укладку и макияж, никто не отличит нас в полумраке этих чертовых светских раутов. Мне нужно, чтобы ты покрутилась в особняке три дня. Пожила моей жизнью. Покажись на паре встреч, улыбнись Виктору, сделай вид, что ты покорно ждешь инструкций от шантажиста. А ты в это время изнутри дома сможешь взломать их сеть и узнать, кто этот ублюдок! Ты ведь гений. Ты Саландер местного разлива, ты можешь всё!— А ты где будешь в это время? — холодно спросила Кира.— Я останусь здесь. В твоем подвале. Без телефонов, без связи. Оденусь в твое тряпье, закажу еду на левое имя. Никто не подумает искать жену миллионера в этой дыре. Три дня, Кира. Пожалуйста. Я заплачу. Сколько ты хочешь? Триста тысяч? Полмиллиона? Назови цифру.Кира молчала. Логика кричала ей: «Выставь эту дуру за дверь. Это чужая грязная игра». Но внутри неё, под броней из черной толстовки, просыпалось то, что она пыталась заглушить годами. Скука. И дикий, первобытный интерес к сложным задачам. Взломать систему безопасности кандидата в мэры прямо из его собственной спальни? Провести высокомерного политика и его шпионов? Это был вызов, который её мозг просто не мог проигнорировать.— Миллион, — тихо сказала Кира. — И твоя машина остается за углом с ключами в бардачке. На всякий случай.Кристина судорожно вздохнула, и на её холеном лице впервые появилась слабая, облегченная улыбка.— Согласна. Давай переодеваться. У нас мало времени.Она начала торопливо сбрасывать свое дорогое кашемировое пальто, а Кира замерла, глядя на то, как сестра небрежно бросает вещь стоимостью в её полугодовой заработок на пыльный системный блок. Взгляд Киры упал на левое запястье Кристины, где тускло поблескивал золотой браслет. Кожа там была чистой, гладкой, без единого изъяна.В отличие от самой Киры.Кира невольно прижала правую ладонь к своему левому запястью, где под грубой тканью черной толстовки скрывалась татуировка осы. Этот жест, как и запах дорогого жасминового парфюма сестры, мгновенно, словно ржавый триггер, пробил брешь в её цифровой броне. Разум Киры швырнуло назад, в темноту тринадцатилетней давности, из которой они обе так отчаянно пытались сбежать, но выбрали совершенно разные маршруты.Зима 2013 года. Третий областной интернат для детей-сирот.В спальне тринадцатого отряда всегда пахло сырой штукатуркой, хлоркой и старыми шерстяными одеялами, которые не грели, сколько бы ты в них ни заворачивался. Огромные чугунные батареи вдоль стен были ледяными — котельная экономила мазут, и по углам комнаты, прямо на обоях, проступал сизый налет инея.

Одиннадцатилетняя Кира сидела на краю своей жесткой железной кровати, поджав под себя худые ноги в застиранных колготках. Пальцы на руках окоченели так, что едва удерживали обломок ржавого гвоздя, который она стащила днем в столярной мастерской. Её губы были плотно сжаты, а в глазах горел тот самый упрямый, злой огонь, который через годы превратит её в Осу.С соседней кровати донесся тихий, прерывистый всхлип. Кристина — её точная копия, но всегда чуть более хрупкая, чуть более ранимая — забилась под одеяло с головой, пытаясь спрятаться от леденящего сквозняка из разбитого окна.— Кира… мне страшно, — раздался из-под одеяла приглушенный шепот сестры. — Завтра опять приедет комиссия из министерства. Директор сказал, нас будут показывать спонсорам. Если нас не выберут… мы останемся здесь еще на год. Я не выдержу, Кира. Нас опять заставят мыть полы в актовом зале до полуночи.Кира не ответила. Она с силой прижала обломок гвоздя к задней деревянной стенке старого, ободранного платяного шкафа, который разделял их кровати. Металл со скрипом вошел в иссохшую сосну. Стружка посыпалась на пол.— Они нас не выберут, Крис, — тихо, но сокрушительно уверенно произнесла Кира, выцарапывая первую цифру на дереве. — Богатые спонсоры любят ласковых кукол. А мы с тобой дикие. Мы из этого детдома выберемся сами. Нам никто не нужен, поняла? Только ты и я.Она царапала глубоко, до крови на пальцах, оставляя на дереве их первый, секретный код. Это была комбинация из инвентарных номеров их железных коек — 04 и 12 — и даты, когда их, семилетних, привезли сюда в запертом милицейском УАЗе после гибели родителей: 09.11.2009.— Смотри сюда, — Кира рванула одеяло с головы сестры, заставляя Кристину посмотреть на шкаф. В полумраке комнаты, освещаемой лишь тусклым уличным фонарем, прорезанные в дереве цифры казались глубокими шрамами. — Это наш шифр. Наш системный ключ. Что бы ни случилось в будущем, где бы мы ни оказались, этот код откроет любую дверь между нами. Если тебе будет плохо — используй его. Я найду тебя по этому маркеру. Обещаю.Кристина протянула дрожащую руку и коснулась пальцами ржавых царапин на дереве. Её слезы капали на инвентарный номер кровати Киры.— Обещаешь? Никогда-никогда не бросать меня?— Обещаю, — Кира протянула ей свое левое запястье.В ту ночь они еще не знали, что через пару лет Кристину действительно заберет богатая бездетная семья из столицы, полностью переписав её документы и навсегда отрезав от «прошлого из детдома». А Киру оставят здесь. Оставят выживать среди жестоких интернатовских законов, где за каждый лишний кусок хлеба приходилось драться на бетонном полу за гаражами, зарабатывая те самые шрамы на спине и ледяную, выжженную пустоту в груди. Именно там, в кабинете информатики, на допотопном компьютере с допотопным интернетом, Кира напишет свой первый вирус, назвав его «Оса» — в память о той маленькой, злой девочке, которая поклялась сломать систему, уничтожившую её семью.Возврат в реальность (2026 год, подвал Киры).