Читать онлайн Декстер Амби - 7 шагов до себя

Обычно в книгах по саморазвитию первую главу начинают с какой-нибудь вдохновляющей истории. С рассказа о том, как автор объездил полмира, нашел гуру в Гималаях или, наоборот, с детства знал, кем хочет стать, и упорно шел к цели. У меня всё было с точностью до наоборот. Мой путь к себе начался не с вершины и даже не с ровной дороги. Он начался с обычного, вязкого, липкого дна. С того самого состояния, которое в народе ласково называют «полный швах».

Если вы ждете истории про бывшего миллионера, который потерял всё состояние и теперь ночует под мостом, – сразу разочарую. Я не был миллионером. Я вообще никем не был. Я был просто среднестатистическим парнем, каких в нашей стране миллионы. Мой кризис был не в деньгах (хотя с ними тоже было не очень), а в тотальном отсутствии самого себя. Я существовал, как рыба в аквариуме: плавал по кругу, ел корм, который сыпали сверху, и даже не задумывался, что за стеклом есть какой-то другой мир.

Давайте сразу договоримся: пафоса тут не будет. Я не буду называть вас «путниками» или «ищущими». Я буду говорить «ты», потому что мы с тобой, читатель, одного поля ягоды. Я пишу эту книгу не потому, что я гуру, просветленный или коуч с дипломом. Я пишу её потому, что однажды я выбрался из той самой каши, которая чуть не сожрала меня с потрохами. И сейчас, оглядываясь назад, я понимаю: то дно, на которое я упал, было не могилой, а самым прочным фундаментом в моей жизни.

Всё началось с обычного утра. Хотя какое там утро… Это было пробуждение после очередного дня сурка. Будильник орал как резаный, за окном моросил дождь, а в голове была вата. Я лежал с открытыми глазами и смотрел в потолок. Обычный белый потолок с небольшой трещиной в углу. Я знал эту трещину уже три года. За это время я мог бы, наверное, научиться играть на гитаре, выучить испанский или хотя бы сделать в квартире косметический ремонт. Но вместо этого я просто лежал и смотрел, как она становится чуточку длиннее.

Рядом на тумбочке дребезжал телефон. Там, в мессенджере, уже висело три непрочитанных сообщения от начальника, одно от банка с напоминанием о кредите и пять – в общем чате с коллегами, где они скидывали мемы про тяжелую рабочую неделю. Мне было 27 лет. У меня была «двушка» в спальном районе, доставшаяся в наследство от бабушки, подержанный «Логан» (который постоянно что-то просил, кроме бензина), и работа, которую я ненавидел тихой, лютой ненавистью.

Я работал в офисе. Менеджером среднего звена. Если переводить на человеческий язык, я был винтиком в огромной бюрократической машине, которая перемалывала бумажки и ничьи нервы. Мои обязанности были настолько размыты, что я мог целый день делать вид, что работаю, перекладывая документы с места на место и строя умные лица на планерках. Но эта имитация бурной деятельности высасывала силы похлеще, чем разгрузка вагонов. К вечеру я чувствовал себя выжатым лимоном, хотя физически почти ничего не делал.

В чем причина? А хрен его знает. Просто однажды я перестал понимать, зачем я всё это делаю. Зачем я встаю в этот серый час, зачем еду в этот душный автобус, зачем сажусь за этот скрипучий стул. Зарплата? Она была ровно такая, чтобы хватало на кредит, коммуналку, еду и пару раз в месяц сходить в пивной ресторан с друзьями. На путешествия не хватало, на хорошую технику не хватало, на нормальную одежду не хватало. На жизнь, по сути, тоже не хватало. Я не жил. Я доживал от получки до получки, от выходных до выходных, от отпуска до отпуска, который, кстати, я обычно проводил на диване, потому что на море ехать было не на что и не с кем.

Друзья… Странное дело. Друзья вроде были. Мы вместе учились в школе, в универе. Мы могли встретиться в пятницу, пожарить шашлыки (если у кого-то были деньги на мясо), выпить, посмеяться, обсудить новости, политику, идиотские законы, дураков-начальников и зарвавшихся звезд. Это был такой ритуал. Способ сбросить напряжение. Но если присмотреться, о чём мы говорили на самом деле? Мы жаловались. Всегда. Один жаловался на жену, другой – на ипотеку, третий – на здоровье, четвёртый – на то, что всё дорожает. Я слушал, кивал, поддакивал, а потом рассказывал про своего идиота-начальника. И в этом круговороте нытья проходили часы. Мы подпитывали друг друга негативом, как вампиры, и расходились по домам с чувством выполненного долга: «Ну вот, пообщались».

А дома меня ждал уютный кокон моего личного ада. Я заказывал еду (готовить было лень), включал телевизор или ютуб и тупил до двух ночи. Новости о том, как всё плохо в мире, сменялись ток-шоу, где орущие друг на друга люди доказывали, кто больше прав, а потом – роликами про то, как какой-то парень собрал гараж за три минуты или как девушка наносит макияж, который стоит как моя зарплата. Это было бесконечное, вязкое болото контента. Я переставал соображать, глаза стекленели, мозг отключался. Я превращался в овощ. В идеальный, лежащий на диване огурец, который только и может, что листать ленту большим пальцем.

И вот в один из таких вечеров, листая ленту, я наткнулся на фотографию своего одноклассника. Он стоял на фоне моря, загорелый, счастливый, с каким-то трофеем в руках. Он, кажется, занимался дайвингом и только что вернулся с Мальдив. Я посмотрел на него, потом на себя в отражении темного экрана телевизора. Уставшее, серое лицо, мешки под глазами, сальные волосы, растянутая футболка с пятном от соуса. И меня как током ударило.

«А чем ты лучше него?» – спросил я себя. – «Ты умнее? Глупее? У тебя руки не из того места растут?».

И тут же включился внутренний голос, тот самый, который всегда всё оправдывает. Ну, ему повезло. У него родители богатые. Он просто удачно устроился. Ему просто обстоятельства благоприятствуют. Знакомые отмазки, да?

Но в этот раз я себя не перебил. Я позволил этому голосу договорить, а потом спросил снова: «А если дело не в везении? Если дело во мне?».

Эта мысль была настолько неудобной, настолько колючей, что я хотел её сразу затолкать обратно в подсознание и залить пивом. Но она застряла. Заноза заноза.

Я попытался вспомнить, когда в последний раз я делал что-то, чему был по-настоящему рад. Не просто «было неплохо», а прям чтобы внутри загоралось, чтобы мурашки по коже. И не мог. Лет пять, наверное. А может, и больше. Я вспомнил, как в детстве мы с отцом мастерили скворечник. Как я в 15 лет впервые сел за руль отцовской «шестерки» и у меня тряслись руки от восторга. Как я в универе написал статью в студенческую газету, и мне было чертовски приятно видеть свою фамилию напечатанной. Куда это всё делось? Когда я успел превратиться в этого унылого, апатичного мужика, которого интересует только то, что пиво в магазине опять подорожало?

Я включил свет. В комнате был бардак. Но не тот живописный творческий беспорядок, а обычный, запущенный, депрессивный срач. Кружки с засохшим чаем на столе, разбросанные носки, куча каких-то чеков, фантиков, старых газет на тумбочке. Я перевел взгляд на полку с книгами. Пыль. Куча книг, которые я купил года три назад, прочел страниц по двадцать и бросил. Рядом валялись диски с играми, в которые я уже не играл, какие-то сувениры, подаренные людьми, которых я уже лет десять не видел. Всё это было покрыто толстым слоем пыли. Буквально и фигурально.

Я зашел в ванную посмотреть на себя в зеркало. Честно, давно я так пристально себя не рассматривал. Из зеркала на меня смотрел чужой дядька. С каким-то потухшим взглядом. С ранними морщинами. С выражением лица, которое говорило: «Сдался я тебе, отвали».

И тут я понял страшную вещь. Я не просто устал. Я не просто в депрессии. Я отсутствую. Меня нет. Есть тело, которое ходит на работу, платит кредиты, ест, спит, смотрит тупые видосики. Но личности, того самого «Я», которое принимает решения, мечтает, злится, любит, творит – его нет. Я как будто продал себя в аренду этой серой реальности, и срок аренды давно истек, а я всё продолжаю сидеть в чужой квартире и делать вид, что так и надо.

Знаете, бывает такое чувство, когда идешь по знакомой улице и вдруг понимаешь, что заблудился. Всё вроде на месте, дома, деревья, лавочки, но картинка не складывается, и ты не понимаешь, куда идти. Вот это было именно оно. Я заблудился в собственной жизни.

Ночь я не спал. Просто лежал и смотрел в темноту. В голове крутился один и тот же вопрос: «Что делать?». Я перебирал варианты. Уволиться? А на что жить? Куда-то уехать? А куда и зачем? Начать заниматься спортом? Да сколько можно уже начинать с понедельника? Пойти к психологу? Дорого и стыдно, я же мужик. Найти хобби? Какое? Мне ничего не интересно.

Я перебрал все стандартные советы из глянцевых журналов и понял, что все они не работают. Потому что они для тех, у кого ещё есть силы. А у меня сил не было даже на то, чтобы выкинуть мусор из ведра, которое уже воняло на всю кухню.

Под утро я, кажется, задремал. И мне приснился странный сон. Будто я строю дом. Тяжелые бетонные блоки, цемент, арматура. Я вкалываю как проклятый, но дом никак не получается. Стены кривые, фундамент проседает, крыша протекает. Я стою посреди этой стройки, весь в грязи и поту, и вдруг подходит ко мне какой-то старик (типичный образ мудреца из снов) и говорит: «Ты чего строишь-то?». Я говорю: «Дом, не видишь что ли?». А он смеется и отвечает: «Дом на болоте строят только дураки. Ты сначала воду откачай, грунт осуши, фундамент заложи прочный. А потом уже стены возводи». Я проснулся от того, что будильник снова орал.

И вот тут, лежа с открытыми глазами в шесть утра, слушая эту трель, я вдруг четко осознал смысл сна. Я пытаюсь построить новую жизнь на старом фундаменте. А фундамент мой – это моя усталость, мои обиды, мой бардак в голове и в квартире, мои бесполезные знакомства, мои кредиты, моя лень. Это же болото! И какой бы красивый дом я ни пытался возвести на этом болоте, он всё равно утонет.

Мне нужно было остановиться. Полностью. Выключить этот бешеный бег по кругу. Перестать пытаться «начать новую жизнь с понедельника» в сотый раз. Нужно было признать: я на дне. Я в полной заднице. И это не стыдно. Это факт.

Знаете, есть такое дурацкое выражение: «Удариться о дно». Обычно его воспринимают как катастрофу. Как конец. А я в то утро понял другой смысл. Чтобы оттолкнуться и выплыть, тебе нужно коснуться дна ногами. Если ты просто болтаешься в толще воды, ты не можешь понять, где верх, а где низ, тебя носит течением. А когда ты коснулся дна, у тебя есть точка опоры. Пусть оно илистое, пусть холодное и страшное, но оно есть. От него можно оттолкнуться.

Я перестал сопротивляться. Я сказал себе: «Окей. Я неудачник. У меня нет денег, нет цели, нет девушки, нет перспектив, и меня бесит моя работа. Я ленивый, толстый и лысеющий мудак. Принимаю». Это был не самобичевание, нет. Это была инвентаризация. Я просто зафиксировал исходные данные, как бухгалтер: активы – минус сто, пассивы – до хрена.

И знаете, после этого признания мне вдруг стало легче. Как будто я снял с себя рюкзак, в котором камни таскал. Да, я стою посреди пустыни, рюкзак пустой, воды нет, палатка порвана. Но я хотя бы перестал делать вид, что я крутой турист. Я понял масштаб бедствия.

Я не пошел на работу. Я позвонил и сказал, что заболел. Начальник, конечно, поворчал, но отстал. И я остался дома один. Без телевизора, без телефона (поставил на беззвучку и засунул в ящик стола), без интернета. Я просто сел на пол в комнате. Вокруг был бардак, но я сидел в центре этого бардака и смотрел на него.