Акт до осмотра - страница 5

— Тогда вы знаете, что квалификация не отменяет порядок допуска.

Дарья повернулась к Максиму.

— Вас устраивает, что меня оставят за дверью, а рядом с вами пойдёт человек застройщика?

— Нет, — сказал Максим. — Но устраивать порядок здесь не мне.

— Очень удобный ответ.

— Удобным было бы взять вас внутрь, дать коснуться рюкзака и потом списать любой спор на испорченное место. Я этого не сделаю.

Дарья побледнела, хотя в цоколе и без того был серый свет.

— Я не собиралась портить место.

— Вчера вы вошли через открытую дверь.

— Потому что моего брата увезли, а никто не говорил куда.

— Я не обвиняю вас. Я объясняю, почему сейчас лучше остаться здесь.

— Вы объясняете мне, как правильно стоять возле комнаты, где умер Артём.

Соколова подняла взгляд от планшета.

— Дарья Ильинична, если хотите помочь, запишите всё, что помните о рюкзаке: карманы, бумаги, повреждения до пожара. Не фотографию из головы, а то, что точно знали раньше. Это полезнее спора.

Дарья ничего не ответила. Достала телефон, открыла заметки и отошла к стене.

Максим расписался на экране планшета. Соколова разрезала старую ленту у двери, не снимая пломбу, и наклеила рядом полоску с новым временем: 10:19. Затем надела маску и кивнула пожарному дознавателю, который ждал наверху. Тот спустился с металлическим чемоданом, представился Павлом Юдиным и сразу предупредил:

— Заключения сегодня не будет. Я беру смывы и остатки проводки. Вопросы задавайте, но в руки ничего не получаете.

— Мне достаточно видеть, — сказал Максим.

— Всем сначала достаточно.

Дверь открылась внутрь на ладонь и упёрлась в разбухшую от воды коробку. Юдин просунул руку, осторожно сдвинул коробку багром и открыл проход. Из кладовой вышел тяжёлый холодный запах. Ночью здесь уже выгорело всё, чему полагалось гореть, но стены продолжали отдавать гарь, как мокрая одежда отдаёт табачный дым после возвращения домой.

Окна в кладовой не было. Единственная лампа под потолком лопнула, и помещение делилось на то, что выхватывал фонарь, и чёрное вокруг. Максим включил нагрудную камеру, вслух назвал дату, время и фамилии. Соколова повторила, что запись страховой компании не заменяет следственную.

Первым Максим снял дверной проём. Копоть шла над ним наружу, а внутри сильнее всего почернел верх стены справа. На полу лежали банки с засохшей краской, две детские санки, кусок столешницы, свёрнутый ковёр и остатки деревянного стеллажа. Отказ называл помещение складом личного имущества жильцов. В этом он не лгал. Но наличие вещей не объясняло, где начался огонь и почему погиб человек.

Розетка находилась на дальней стене, примерно в метре от пола. Пластиковая накладка оплавилась и сползла, оставив вокруг винта коричневый венчик. Над ней стена была чёрной, но не самой чёрной в комнате. Кабель уходил вверх в белом коробе, который раскрылся от жара. В двух метрах левее стоял металлический шкафчик с инструментами. Его правая дверца выгнулась наружу.

— Вот, — сказал Лавров из дверей. — Розетка. От неё вверх всё выгорело.

Юдин не обернулся.

— За лентой стойте.

— Я просто показываю.

— Тогда покажите молча.

Максим присел, не наступая на отмеченные участки пола. Перед розеткой лежал удлинитель. Его вилка не была вставлена. Провод уходил под остатки стеллажа, а свободный конец лежал у порога. Изоляция на нём вздулась, но медные жилы не были видны.

— В момент первого осмотра вилка была здесь? — спросил Максим.

Назад Вперед

Акт до осмотра - страница 5

Похожие книги