Амити - страница 4



Джун стояла рядом с мистером Харпером, когда тот пил послеполуденный чай и пересказывал ей новости, касающиеся войны и его профессии. Джун смешила его безобидными шутками по поводу прохожих на улочке возле дома. Джун чувствовала, когда ему нужно чуть-чуть выпить перед сном, чтобы успокоить нервы. Дочь точно так же не была ему ровней, как и жена – женщина намного ниже его не столько по положению, сколько по уму, болезненная и склонная к детским фантазиям. Поэтому Флоренс он избегал.

Что, если бы этим все и ограничилось? Возможно, Флоренс научилась бы бороться с ревностью, которая вела лишь к вспышкам гнева и оскорблениям, постоянно растущему аппетиту, целой коллекции недугов, которые злили и ужасали ее отца еще сильнее. Возможно, она даже научилась бы прощать его. Но если посмотреть на последовавшие события, на более глубокое описание внутренних демонов этого человека, станет ясно, что семья никак не могла оправиться от последствий его поступков.

Мистер Харпер, окружной землемер, все реже находил работу и все глубже залезал в долги. Откуда возьмутся правительственные ассигнования, если у правительства нет денег, да и вообще законных полномочий? Человек, чья жизнь строилась вокруг моделей и чисел, азимутов и расстояний, теперь лишился их, и по набухшим мешкам под глазами, по дрожащим рукам, в которых трепетала газета, по угрюмому молчанию, ставшему его постоянным спутником, было видно, что прежняя жизнь исчезает у него на глазах. Возможно, вследствие этой боли, вследствие его собственных неудач в принимаемых им решениях появилась нотка безумия. Вероятно, он только осознавал, что жизнь в Батон-Руж подошла к концу и о ней лучше забыть. Война шла к концу, и его должность вообще попала под сокращение по мере того, как правительство Конфедерации медленно, но неизбежно двигалось к развалу. Однажды ранней весной настал день, когда в дверь постучал другой землевладелец и попросил о встрече с ним.

Дальше разговоры шли без посторонних на протяжении нескольких недель, но Джун передавала мне все, что слышала. Группа людей, опасавшихся возмездия со стороны северян, решила перебраться в Мексику, чтобы строить там жизнь в соответствии со своими убеждениями и при этом разбогатеть. Страна пребывала в неопределенности, мексиканцами правил монарх, поставленный французами. Оппозиция готовила восстание, и власть постоянно переходила из рук в руки между разными группировками. В образовавшемся вакууме люди, преследуемые в Соединенных Штатах, могли обрести свободу. Там они могли жить в соответствии с собственными желаниями. Посевы там росли с невероятной скоростью, и все эти плодородные земли требовалось разделить и нанести на карту для всех, кто рискнул отправиться в путешествие. Нужно было строить железные дороги, могли понадобиться и склады. До них дошли слухи, что французы могут заплатить за эти услуги. Разве он не учился на инженера? Разве это не кстати? Все это могло дать человеку вроде Уайатта Харпера столько работы, что ему больше ни одного дня не пришлось бы провести в праздности. Деньги можно было бы отправлять домой семье, пока работа не будет завершена. И каким-то странным ходом мыслей, последним знаком своего несуразного увлечения мистер Харпер пришел к решению не только отправиться самому, но и забрать Джун служанкой во временный дом в глуши. Остальные должны были отправиться в Новый Орлеан в дом детства миссис Харпер, потому что поместье мистера Харпера в Батон-Руже предстояло продать для финансирования путешествия – эти деньги должны были поступить в общий котел, которым распоряжался капитан.