Бесстрашные - страница 4

– Ты это… Ладно… Сиди, пожалуйста. Хоть до вечера. Хоть ночуй здесь. – Она смутилась окончательно и больше ничего говорить не стала.

Мальчишка шмыгал носом. Стаська отошла в сторону, чтобы не смущать человека. Но совсем не уходила. Пинала подвернувшийся камушек и время от времени поглядывала на мальчишку. Тот наконец успокоился. Обернулся.

Стаська подошла.

– Больно? – спросила она, кивнув на ушибленную руку.

– Терпимо.

– У тебя что-то случилось?

– Ничего у меня не случилось.

– Ах ты, умник! Вот и посочувствуй такому!

Стаська рассердилась. Но как-то не по-настоящему. Она сама не знала, почему всерьёз разозлиться на парнишку не получалось. Какой-то он был… беззащитный и в то же время упрямый. Такие не отступают, даже если бледнеют от страха.

– Не обижайся. – Мальчишка смотрел на ноги, но говорил уже спокойно, без дрожи в голосе. – Ты просто не вовремя появилась. Я прыгнуть хотел.

– Серьёзно? Тогда, я бы сказала, наоборот: очень вовремя. Что так?

– Да… – Он махнул рукой. – Достало всё.

Его звали Мишкой. Он с родителями переехал в город совсем недавно. Отец – военный в отставке, мужик, судя по всему, суровый. У Мишки даже голос менялся, когда он о нём говорил. Отношения с ребятами в новой школе у Мишки как-то сразу не заладились, так что ему приходилось ежедневно бороться за жизнь. Ну и, конечно, учиться стал хуже.

Узнав про школу, Стаська понимающе кивнула.

– А ты с родителями делился своими проблемами?

– А смысл? Отец всё равно скажет, что я должен сам их решать. Как мужик! Ну, он и прав, наверное. Я же родителей за парту с собой не посажу.

Стаська неопределённо дёрнула плечом.

– А вообще-то я на крыши часто лазаю, – переменил тему Мишка. – Я в нашем районе уже все высокие точки знаю.

– Да ну? – удивилась Стаська. – Я тоже. Знаешь что, – вдруг осенило Стаську, – переходи-ка ты к нам. У нас приличная школа. Профильные классы и всё такое. Ты в каком классе учишься?

– В седьмом.

– И я в седьмом. Может, ещё за одной партой будем сидеть.

За одной партой им сидеть не пришлось – когда Мишка уговорил-таки родителей перевести его в Стаськину школу, его впихнули в параллель. Но к тому времени они и так стали лучшими друзьями.

На крыше Мишка чувствовал себя как рыба в воде. То есть как птица в небе. В общем, был на высоте. Во всех смыслах. В отличие от Стаськи. У неё по-прежнему дрожали ноги, кружилась голова и непреодолимо тянуло прыгнуть вниз.

Мишка уверял, что высоты боятся все без исключения, но есть одна вещь, узнав которую, бояться перестанешь.

– Ты ведь почему боишься высоты? – говорил он. – Ты боишься не тогда, когда летишь пассажиром в самолёте, а когда висишь на пожарной лестнице на высоте, ну там, десятого этажа. Хотя здесь какая-то сотня метров, а в самолёте – несколько тысяч.

– Какая разница, с какой высоты я грохнусь, – возражала Стаська.

– Дело не в этом, – отмахивался он. – Ты держишься за ступеньку и знаешь, что если отпустишь, то – всё! Особенно страшно, когда именно от тебя зависит, удержишься или нет. Хотя должно быть наоборот. Странно, правда?

Мишка собирался стать лётчиком. И фанател от писателя Антуана де Сент-Экзюпери. Его легко можно было отвлечь от чего угодно, если попросить рассказать про мальчика Тонио…

Пыльный солнечный луч подбирался к старому тряпью в дырявой корзине, служившей гнездом кошке и её пока ещё слепому потомству. Тонио пошевелился и обнаружил, что правая нога затекла. Сидя возле корзины, он наблюдал за пищавшим на разные голоса семейством около получаса.